Чтение онлайн

Спать я боялась. Как Долли, пила на ночь кофе, читала до утра, но это, конечно, было бессмысленно. Я не привыкла подолгу бодрствовать, и под утро не спать стало совершенно невыносимо. Кое-как я дождалась рассвета и всё же легла. Мой расчёт был на то, что, если сатир не хочет обращать на себя излишнее внимание, он будет спать ночью, как все.

Мои стройные рассуждения изрядно портило воспоминание о Милли, которая, если верить полиции, умерла под утро, то есть негодяй гнался за ней именно ночью, но на меня ведь он пытался напасть посреди ночи, значит, у меня есть шанс.

К счастью, я оказалась права. Кроме меня, в лесу, кажется, не было никого. Моё дерево обнимало меня ветвями и осыпало внезапно пожелтевшими листьями. Я снова жалась с нему и плакала, думая о том, сколько же недвижимых, не реагирующих ни на что людей прячут в лечебницах. На какой-то миг мне и самой захотелось стать всего лишь ещё одной ветвью на моём дереве, чтобы не знать, не видеть, не помнить, как ужасен и несправедлив мир.

Но наступала пятница, и я должна была сделать то, чего от меня хотела лампада. Я должна была наконец принести хоть какую-то пользу, сделать хоть что-то, что оправдало бы моё существование.

Заснув поздно, я и проснулась поздно, смиренно выслушала возмущение матушки по этому поводу, наскоро пообедала и стала собираться к мисс Марпл. Перед выходом из дома я опустилась на колени перед распятием и долго и горячо молилась о том, чтобы букентавр — в человеческом обличье, разумеется — сегодня появился среди нас.

К моему крайнему изумлению, у дверей меня ждал Джеймс.

— Ты… тоже? — выдавила я.

Он кивнул.

— Я тоже. Пойдём, Фрэн.

У мисс Марпл собралось немало людей, и, похоже, не все они вообще представляли, что именно их ожидает.

Долли не было, и это уверило меня в том, что сатира здесь, скорее всего, тоже нет. Ведь она могла бы узнать его в лицо. Но зачем тогда мы все здесь?

Что придумала лампада?

Я оглядывалась. Помимо мисс Марпл и миссис Перегрин, здесь были Корды, Хаттингтоны, родители Долли, инспектор Слэк со своими констеблями и несколько молодых людей, которые были мне незнакомы. Двое из них явно сопровождали очаровательную большеглазую девушку, похожую на нежный цветок лилии.

Мисс Марпл сердечно здоровалась со всеми. На её кресле, как обычно, лежало вязание, а у камина лежали старые беззубые псины и умильно смотрели на всех: не угостит ли кто-нибудь вкусненьким?

— Что вы, инспектор, — долетал до меня старческий голос, — конечно, вы разберётесь во всём, я уверена в этом. Представляю, как вам непросто сейчас, раз Скотланд-Ярд требует постоянных отчётов о продвижении расследования. Я очень постараюсь не отнимать слишком много вашего времени. Ну и, кроме того, вы и ваши констебли поужинаете.

— Бедняжка Миранда, — комкая в руках платок, обратилась ко мне миссис Корд, — неужели мы больше никогда не услышим её смех?

— Хотелось бы надеяться, — сказал её муж, — что это всё же проявление какой-нибудь чудовищной болезни. Мысль о том, что нечто подобное может произойти там, повергает меня в ужас.

На лице миссис Корд не дрогнул ни один мускул. Она участливо покивала.

— Но что же это за болезнь такая, о которой никто не знает? — воскликнул мистер Роджер Хаттингтон. Мне этот мужчина был инстинктивно неприятен: у него была непропорционально толстая и неестественно красная шея.

Мистер Тревор Корд пожал плечами.

— А вы много знаете об этом, дружище?

Миссис Корд чуть заметно поджала губы. Говорить на такие темы при дамах было не принято.

— Инспектор, — довольного громко позвал мистер Хаттингтон, — вы уже знаете хоть что-нибудь об этом деле?

— Знаю, конечно же, — с готовностью отозвался инспектор Слэк, — и буду рад рассказать вам.

— О, просим, просим! — закричали все, сгрудившись вокруг инспектора.

— Нет-нет, — возразила мисс Марпл, — так будет неправильно. Давайте все удобно рассядемся и выслушаем нашего славного инспектора.

Так мы и поступили. Инспектор Слэк встал посередине комнаты и торжественно начал свой рассказ.

— Итак, как вы все знаете, мисс Миранда Хопкинс, к нашему превеликому сожалению, находится в больнице, и никто не знает, вернётся ли она когда-нибудь к нам. И несмотря на то, что я, как и все, глубоко скорблю по этому поводу, мой служебный долг предписывает мне прежде всего ответить на вопрос: было ли то, что случилось с нею, последствием преступления, которое может быть наказано по закону? Увы, я вынужден ответить на этот вопрос положительно. Я говорил с докторами, которые осматривали мисс Хопкинс, и они в один голос утверждают, что её состояние может быть последствием, — он сделал драматическую паузу и обвёл всех присутствующих взглядом, — удушения.

Кто-то ахнул; я смотрела на инспектора и не поняла кто, но, кажется, Милдред Хаттингтон. У неё голос ниже, чем у Бетти Корд.

— Иными словами, — продолжал инспектор Слэк, — я утверждаю, что некто забрался в спальню мисс Хопкинс и, пока она спала, какое-то время душил её. Целью этого ужасного деяния вовсе не было убийство: преступник удовлетворял извращённую страсть. Как вы все понимаете, найти того, кто любит совершать столь ужасные вещи, очень легко, и я уже знаю, кто это. Вот и вся…

— И всё же, инспектор Слэк, — перебила его мисс Марпл, — позволю себе заметить, что вы не с того конца начали.

— И с какого же конца начали бы вы, мисс Марпл? — с трудом скрывая раздражение, спросил инспектор.

— С убийства, конечно же. Всё-таки это самое серьёзное, что произошло за последнее время в Сент-Мэри-Мид. Вы сами сказали, что бедняжку Миранду никто не хотел убивать, а вот Милли, напротив…

— Мисс Марпл, — возмутился мистер Корд, — вы сравниваете мисс Хопкинс и эту… эту… потаскушку, да простят меня милые дамы?

— Я сравниваю живого человека и живого человека, мистер Корд, — возразила мисс Марпл. — Двух людей, которые по Божьей воле когда-то появились на свет — и безо всякого на то соизволения Всевышнего этот свет оставили.

Все зашумели, мистер Хаттингтон вскочил на ноги, крича, что мисс Хопкинс жива. Мисс Марпл лишь покачала головой.

— Видите ли, леди и джентльмены, всё дело в том, что судьбы этих двух девушек связаны. И связал их, разумеется, мужчина. Если вы позволите, я расскажу вам, как это случилось.