Чтение онлайн

В Хинаяне к учителю совсем другое отношение, нежели в Дзогчене и Тантре. В Сутре учитель принадлежит к сангхе, то есть к общине, состоящей по меньшей мере из четырех монахов. По существу же, истинная сангха в Хинаяне должна состоять из архатов, просветленных существ, которые навсегда вышли из сансары. В Махаяне сангха состоит из бодхисаттв, но это слово тоже неоднозначно. Например, если мы понимаем Бодхичитту и развиваем ее так, чтобы она проявилась в нашем измерении, то мы — бодхисаттвы, но все еще находимся на пути. Истинный же Бодхисаттва достиг такого уровня, с которого уже нет возврата в сансару. Неизвестно, вернемся ли мы в сансару: если накопим множество проступков, постоянно отвлекаясь, то придется расплачиваться кармическими последствиями. Ведь мы очень зависим от сансары, потому что имеем тело, подвластное карме, и должны есть и спать. Это значит, что мы еще не достигли реализации. В Махаяне, например, считается, что пожертвовать свое материальное тело могут только Просветленные. Если кто-нибудь придет к бодхисаттве и попросит его голову, бодхисаттва может позволить ее отрубить и может вернуть ее на место, потому что пребывает в состоянии реализации. Если же голову отрубят нам, мы не сможем приставить ее обратно и распрощаемся с жизнью.

Итак, истинную сангху составляют Просветленные, но символом ее может быть группа как минимум из четырех монахов. В системе Сутры человек может принять обет или покаяться в проступках только перед такой группой, к которой должен принадлежать и его учитель. Но кроме сангхи есть еще Будда и Дхарма. Будда — это Просветленный, который дал передачу пути, а Дхарма — его учение. Те, кто следует учению, — сангха. В данном случае сангха, в отличие от Будды, не считается полностью просветленной. В отличие от Сутры, в Тантре и в Дзогчен учитель, считаясь полностью просветленным, олицетворяет и Будду, и Дхарму. Произнося слова НАМО ГУРУ БхъЕ, мы принимаем прибежище в Будде, Дхарме и Сангхе.

Есть и другие слова Шантидэвы, в которых говорится:

Как Татхагаты прошлых времен

Зарождали обет Бодхичитты,

Проходя ступень за ступенью

Путь, коим шли бодхисаттвы,

Так и я ради блага других

Зарождаю обет Бодхичитты

И постепенно пройду

Те же ступени пути, что проходили они.

Мы исследуем свое намерение и развиваем стремление обрести реализацию ради всех существ. Обычно эту строфу повторяют три, пять или семь раз, но самое важное — сосредоточиться на смысле и упражнять свой ум в этом намерении.

Есть еще такие слова:

На этот раз моя жизнь оказалась плодотворной:

Я обрел полноценное человеческое рождение.

Действительно, благая карма предшествующих жизней созрела, потому что, не сделай я никакого добра, я бы, во-первых, не родился человеком, а во вторых, даже и родившись человеком, не встретился бы с учителем и учениями. Дальше идут такие строки:

Ныне я родился в семействе будд И стал сыном Будцы.

Отныне любой ценой

Я всегда буду поступать, как подобает моему роду,

И никогда не запятнаю Этот чистый и достойный род.

В данном случае вполне можно думать о себе, как о бодхисаттве, — не для того, чтобы возгордиться и ставить себя выше других, но чтобы быть внимательным и постоянно наблюдать себя.

Махаяна говорит, что нужно действовать на благо всех существ, а не только людей своего круга. Обычно это бывает очень трудно, потому что мы крайне ограничены вообще и представлениями о дружбе, и круге друзей в частности. Но если у нас есть друзья, то, несомненно, есть и враги, то есть мы уже отошли от принципа «жить ради блага всех существ».

Разумеется, это не значит, что стоит нам начать зарождать Бодхичитту, как все представления о врагах исчезнут. Но постепенно они будут уменьшаться, и мы сможем стать более открытыми, преодолеть какие-то ограничения. В Дзогчен говорят о ваджрных братьях и сестрах, имея в виду людей, тесно связанных с учением, но на самом деле не следует слишком обособляться, ведь кто знает, какие взаимоотношения, в том числе и духовные, были у нас с другими людьми в предыдущих жизнях. В Махаяне утверждается, что все живые существа могли быть нашими матерями и отцами, потому что сансара бесконечна. Если это так, то все живые существа могли быть и нашими ваджрными братьями и сестрами.

Поскольку усвоить такой образ видения не так легко, есть много способов в этом упражняться. Например, Шантидэва в Бодхисаттвачарьяаватаре говорит, что следует упражняться в размышлении о равенстве себя и других. Затем нужно постепенно перейти к размышлению о том, что важнее заботиться о других, чем о себе. Например, можно думать так: поскольку мы уже на пути, у нас есть шанс обрести реализацию, другие же, полностью зависимы от страстей и не ведают о своем истинном состоянии. Благодаря такому размышлению возникает сострадание, и мы начинаем уделять больше внимания другим, чем себе. Это уже труднее, чем просто думать о равенстве живых существ. Еще важнее мысленно меняться местами с другими и ставить себя на место того, кто страдает. Даже не имея возможности осуществить это физически, мы упражняемся в размышлении над этим и в своем намерении.

Например, однажды, когда известный учитель школы Сакьяпа, которого звали Ронгтон, давал учения по Праджняпара-миталанкаре, громко заскулила собака, в которую кто-то запустил камнем. Вдруг, ко всеобщему удивлению, Ронгтон тоже вскрикнул, и все увидели у него ушиб в том же месте, куда ударили собаку. Это означает, что Ронгтон реализовал данный аспект практики. Такого уровня достичь нелегко, но мы можем мысленно упражняться, чтобы наше большое «Я» уменьшилось, — тогда, в конце концов, мы ослабим свою напряженность и научимся уважать других и сотрудничать с ними.

Приняв обет Бодхичитты, следует его развивать, как взращивают зерно, посеянное в плодородную почву. Под плодородной почвой имеется в виду рождение человеком, которое позволяет нам развивать Бодхичитту и принадлежать к семейству бодхисаттв. В Учении Дзогчен говорится, что состояние человека изначально совершенно, но если мы это не осознаём, то и состояние наше не соответствует этому положению. Вспомните притчу о нищем, который жил в пещере и каждый день ходил в город просить пропитание. Прожив всю свою жизнь в пещере, бедняк умер в страшной нищете. Вскоре после этого просветленный бодхисаттва, живший по другую сторону горы, благодаря своей ясности разглядел, что в камне, на который нищий каждую ночь клал голову, скрыт большой алмаз. Но нищий этого не знал и умер в нужде.

Обычно то же самое происходит и с нами: мы не ведаем о том, что обладаем семенем татхагат, или, как говорят в Дзогчен, неисчерпаемой потенциальностью. Нужно пробудить в себе это знание, развивая Бодхичитту, как взращивают семя, способное произвести плод. Мы должны его не только посеять — одного этого недостаточно, — но и охранять, чтобы его не вытоптали животные, заботиться, чтобы оно получало влагу и свет. Таково воззрение Махаяны, но в Дзогчен мы поступаем так же. Каждый день мы выполняем разные очистительные практики, потому что очищение означает развитие ясности, а развивая ясность, можно пробудить знание нашей потенциальности.