Боинг-Боинг
Шрифт:
БЕРНАР: Не волнуйся, две другие ей ни в чём не уступают! Представляешь, через какое сито их просеивают в авиакомпаниях прежде, чем допустить к полетам! Их там чуть ли не под лупой рассматривают! По разным параметрам! Не только физическим, но и моральным, и интеллектуальным. То есть подготовительная работа для меня была уже проделана! А я выбирал уже среди эксклюзивных экземпляров. Класс, да?
РОБЕР: Да, действительно… не хило…
БЕРНАР: Единственное ограничение: нужно было выбирать среди тех авиакомпаний, которые не пересекаются одновременно в нашем в аэропорту! Понял? Короче, нужно, чтобы расписания авиакомпаний не совпадали. Тогда и мои очаровашки не будут встречаться!..
РОБЕР: Теоретически всё это красиво! Хотел бы я посмотреть, как ты их разводишь на практике!
БЕРНАР: Нет ничего проще, старик! Мэри, моя американская невеста, ну, та, которую ты видел… American airlines…(смотрит на часы) она вылетает через десять минут. А через пятнадцать минут приземлится Мишель.
РОБЕР: Мишель?
БЕРНАР: Ну, да! Это моя французская невеста! Местная… М-м-м… Просто игрушка! Она приедет обедать!
РОБЕР: Рассчитано как по нотам!
БЕРНАР: Именно! Но сегодня – исключение: Мишель пробудет в Париже недолго - транзитом. Поэтому она заедет просто пообедать. А обычно всё происходит очень регулярно. Два дня Мэри, потом два дня Мишель и два дня Марта! Марта – это моя немецкая невеста.
РОБЕР: В общем, гарем интернасьональ?
БЕРНАР (берет глобус): Voila! Смотри! Сегодня вечером Марта прилетит из Рио; в это же время Мишель уже продолжит свой транзитный путь, а Мэри будет преспокойненько спать в своей постельке в Лос-Анджелесе. Понимаешь, какая требуется ювелирная работа, чтобы всё это свести?
РОБЕР: Да, это постоянное туда-сюда. Так и крыша может съехать!
БЕРНАР: А чтобы она никуда не съехала, нужно всё это «туда-сюда» организовать, упорядочить, математически выверить. А это нетрудно сделать, поскольку расписание составлено нечеловечески светлыми головами. Земля вертится, а вместе с ней и мои невесты. А я, таким образом, веду скромную семейную полигамную жизнь у родного очага. Кстати, я не только женщин меняю трижды в неделю…
РОБЕР (испугавшись): А кого ещё?
БЕРНАР: Не кого, а что! Я ещё трижды в неделю полностью меняю кухню. Как в ресторане. Никакой монотонности! Ни в каком виде! Ни в постели, ни в еде. Как видишь, жизнь прекрасна и удивительна!
РОБЕР: Да, просто ошеломляюще!
БЕРНАР: Правда, когда здесь Мэри, у меня почти всегда начинаются проблемы с желудком… Мне и вчера было не очень хорошо. Нормально, на обед каперсы в шоколадном соусе?
РОБЕР (с рвотным позывом): Бедный!
БЕРНАР: Но за исключением этого, всё идеально!
РОБЕР: Идеально!
БЕРНАР: Мечта, я тебе говорю, мечта…
РОБЕР: Да, конечно! Колись, как ты на них выходишь?
БЕРНАР: Это до смешного просто: у меня есть приятель, который работает в сувенирном магазинчике в аэропорту. Он знает всех стюардесс. Они к нему забегают между рейсами потрепаться. Он их разводит на откровения… А потом знакомит меня с теми из них, кто в данный момент мается от одиночества. Таким образом, ниточка вдевается в иголочку… Видишь? С поставкой невест у меня всё в порядке, больше мне не нужно, но, если хочешь, я могу позвонить этому приятелю по поводу тебя.
РОБЕР: О, нет, спасибо! Это всё не для меня! С моим характером! Нет! А ты, конечно, виртуоз!
БЕРНАР: Какой там виртуоз! Расписание оно и в Африке расписание! Нужно только тупо им руководствоваться!
РОБЕР: А вдруг что-то поменяется в маршрутах? А?
БЕРНАР: Исключено! Маршруты полетов также железобетонны, как и расписание.
БЕРТА (входит и показывает на Робера): А этот мёсьё тоже будет с вами обедать?
РОБЕР: Нет, нет, это неудобно.
БЕРНАР (Берте): Да! Он остаётся.
БЕРТА: Остаётся?
БЕРНАР: Да!
БЕРТА: И где остаётся?
БЕРНАР: Господи! Здесь!
БЕРТА: Это прекрасно, а в какой комнате он остаётся?
БЕРНАР: В какой захочет… ну, посмотрим...
БЕРТА: Ну, хорошо, смотрите. (Выходит в комнату окнами в сад.)
БЕРНАР (Роберу): Где твои вещи?
РОБЕР: В камере хранения.
БЕРНАР: Немедленно отправляйся за ними!
БЕРТА (возвращается с пиджаком Бернара): В котором часу мёсьё желают откушать?
БЕРНАР: Как только приедет Мишель.
БЕРТА: Хорошо, но конкретное время обеда тем не менее для загадка!.
БЕРНАР: Господи, вам-то зачем конкретное время?
БЕРТА: Как зачем? Из-за мяса!
БЕРНАР: Хорошо, я вам скажу...
БЕРТА: А я отсчитаю. Но вы согласны, что это не жизнь для служанки? Это какая-то гипертрофированная пародия на неё!
БЕРНАР: Да! Безусловно, согласен! Что бы я без вас делал, Берта?! О, какое вам grand merci!
БЕРТА (делая вид, что уходит): Ах, да! Я совершенно забыла! Утром пришло письмо для Мэри. Из Америки.