Чтение онлайн

— Тем не менее ситуация изменилась… — Ньюхауз опустил руку ниже. — Бернард Шоу писал столетия назад… Догадайтесь, что? — продолжил он тоном университетского профессора.

— "Женщина предпочитает довольствоваться частью блистательного мужчины, нежели иметь в полном своем распоряжении всего, но заурядного".

— Поясните.

— Объясняю. Так как я — единственный мужчина на планете, у меня есть полные основания считать себя незаурядным. Поверь, моя лапочка, я с удовольствием затерялся бы в этих дебрях с тобою вдвоем. Но ничто нам не мешает сделать это прямо сейчас…

Терезина наконец заметила, к чему подбирается рука третьего помощника, и попыталась освободиться, но Ньюхауз лишь рассмеялся и еще крепче прижал ее к себе. Попытка освободиться не увенчалась успехом. Космонавт развернул ее лицом к себе и собрался поцеловать.

Девушка что есть силы стукнула его лбом по носу…

Его объятия разжались, и, хрипя от боли, он отпрянул назад. Терезина вынула винтовку.

— Мне совсем не хочется стрелять по вам, — выдохнула она.

— Пожалуйста, больше не пытайтесь приставать ко мне. — И девушка торопливо добавила: — Прошу вас, не заставляйте меня стрелять.

Ньюхауз, морщась, потирал разбитый нос.

— Уберите эту штуковину, — прошептал он, морщась от боли.

— Вы что, захотели превратиться в убийцу?

Сердце бешено билось у нее в груди, но чувство превосходства подняло ее настроение.

— А вы сами что собирались совершить? — поинтересовалась она.

— То, что предписывает закон, — ответил Ньюхауз. Но ответ прозвучал весьма уныло.

— Идите вы… к черту со своим мычанием, — сказала Терезина, дивясь собственным словам. — И закон ваш пусть катится… Неужели вы считаете, что я боюсь одиночества. — сейчас ли, в старости ли? Неужели надеялись, что отправлюсь в ваш гарем? Приведите хоть одну причину, из-за которой я должна становиться воспроизводительницей ваших потомков.

— Жизнь нашей колонии, — твердо ответил Ньюхауз.

Терезина припомнила грубое славянское слово, вычитанное ею в какой-то книге на Земле, и сказала его в качестве эксперимента.

Ньюхауз оказался так шокирован, что она отважилась повторить его еще раз.

— Какая бы компания старух, напяливших брюки, не сочинила бы этот закон, — добавила она, — эта компания должна была пасть так низко, что забыла о том, что воспроизведение — отнюдь не венец человеческой мысли. Есть ценности и поважнее. Око за око… Ну, все, хватит!

И она тщательно прицелилась. Ньюхауз отшатнулся и упал, споткнувшись о корень.

— Что вы собираетесь делать? — поинтересовался он охрипшим голосом.

— Немного успокоиться, а затем вернуться в лагерь, — ответила Терезина. — Про это происшествие нам лучше поскорее забыть.

Ньюхауз сидел в нерешительности на земле.

— Простите, — вымолвил он. — Я вас не понимал…

— Советую быть менее самоуверенным в понимании других.

— Но закон есть закон. Любая община должна уважать законы. Где кончается закон — начинается хаос. Да и кто захочет рисковать и подвергнуться наказанию в случае спасения. Ведь все остальные члены нашей колонии будут подвергнуты наказанию за соучастие… если начнут потакать вашему упрямству.

Ответ пришел настолько неожиданно, что Терезина в который раз подивилась своей находчивости.

— Это мы обсудим позже. Закон требует размножаться. Великолепно. Но он не указывает, в каком порядке оно должно проходить. Сомневаюсь, что было бы удобно и умно делать всех женщин беременными одновременно. Поэтому предлагаю вам… начать с другого объекта. Когда родится первый ребенок, тогда будем думать о следующей кандидатуре.

— С другого? — изумленно выдохнул он.

— На вашем месте я бы начала с Хедвиг Трамбл, — фыркнула Терезина. — На мой взгляд, она готова предоставить свое тело для нужд колонии.

Сообразив, что пришло время для достойного отступления, она развернулась и ушла, оставив кавалера растерянности.

В следующий раз население колонии приступило к работе на закате. В течение нескольких часов на небе пылал золотой закат. Не, как ни странно, Терезина, постоянно жалевшая, находясь на Земле, о том, что любоваться закатом можно в течение лишь нескольких коротких минут, заключила, что местные закаты нудны и чрезмерно монотонны. Возможно, именно из-за этого первые звезды показались ей особенно желанными.

Компания в полном составе расположилась возле новостройки и развлекалась разговорами. По большей части это были воспоминания. Земля, друзья и родственники, надежды на возвращение домой. От подобных разговоров Хедвиг чуть не разревелась. Заметив состояние подруги, Лори в весьма резкой форме предложила прекратить тратить время на пустую болтовню и обсудить насущные проблемы. Работать они могут и ночью при свете прожекторов, а вот охоту и прочие мероприятия, связанные с походами в лес, приходилось отложить до следующего восхода. Но было бы интересно выяснить, что же творится в лесу ночью. Фред с Ньюхаузом могли бы…

— Нет, Ньюхауз не должен рисковать, — сказал Фред и вызвался отправиться в экспедицию в одиночестве. Ему практически ничто не могло угрожать…

Терезина вызвалась сопровождать гиганта, но Ньюхауз запретил ей подвергать риску ее яйцеклетки. Терезина обиделась и стала доказывать, что она — свободный человек… Но остальные поддержали третьего помощника. Один Арсанг поддержал девушку, и то скорее из-за недовольства окружающими. Его обязанностью стал сбор ягод, а он считал, что физическая работа несовместима с достоинством Лорда Высшего Гонгонта…

Наговорившись, все разошлись спать. Перед сном, чтобы не осложнять себе жизнь ночными дежурствами, включили сигнализацию. Терезина мимоходом с ехидцей заметила, что Ньюхауз попрежнему отправляется спать в одиночестве. Хедвиг, видимо, пытаясь изменить подобную ситуацию, что-то ему сказала, но он, не обратив внимания на ее слова, быстро прошел к себе, тщательно заперев каюту.

Арсанг и Хедвиг отправились спать в пассажирский салон. Остальные расположились под звездным небом в спальных мешках. Фред устроился просто на голой земле, для него было достаточно охапки сена.