Чтение онлайн

— Если будет невмоготу, мы с удовольствием поможем, мы возьмем Еву, у нас ей будет хорошо!

И вот теперь я вспомнила тот давний разговор. Я решила, что поеду к Семеновым в ближайшую субботу.

В речной порт мы с Русланом приехали пораньше. С трудом втиснувшись в маленький пароходик, наконец-то перевели дух. Весь пароход был забит дачниками, которые тащили корзины и сумки-каталки, чтобы наполнить их доверху своим нехитрым урожаем, и потом, обливаясь потом и толкаясь, тащить свое добро в город. Дачники везли с собой на воскресные дни собак и кошек. Коты нервно жмурились и мяукали, между собаками в тесноте то и дело вспыхивали коротенькие перепалки: то черный пудель лаял на таксу, то молодой доберман никак не мог подружиться с лохматой собачкой неизвестной породы… Но у меня в этой веселой воскресной суете на душе становилось все тяжелее и тяжелее. Никогда не смогу я вот так беззаботно ехать вместе с Евой в этой веселой толпе… Ева чужая этим людям, этим собакам, этому пароходу. Она, Ева, пришла бы в ужас от этих гудков и дыма, от шума мотора и плеска волн. Вот и сегодня она осталась дома, такая печальная и все понимающая. Даже не подошла к двери, а лежала в своем углу и внимательно, грустно следила, как мы с Русланом собирались.

Стояли последние и по-летнему жаркие дни августа. Но солнце уже начинало припекать только к полудню, волжская вода остывала. Пахло свежестью и тиной, а еще тем печальным, почти неуловимым запахом ранней осени — то ли дымом костра или дальних лесных пожаров, то ли уставшей землей и сухим сеном, спелыми травами и перезревшими яблоками. Лениво и по привычке за пароходиком летели чайки.

Дом Семеновых стоял на краю деревни, почти на обрыве. Сразу за огромным вишневым садом начинался дубовый лесок. Если Наташа с Володей согласятся, здесь вскоре придется поселиться Еве. И я, приближаясь, осматривала дом, забор, сарай и ворота с особой придирчивостью.

Стоило нам постучать в ворота, как дом ожил, словно бы налетел на гостей, суетливый и шумный: залаял и радостно завилял хвостом Чел, Дашка, увидев Руслана, завизжала от радости и сразу потащила его куда-то в сад, Володя, который возился с мотором, включил музыку на полную громкость, а Наташа, спускаясь с лестницы, тоже кричала, возведя руки:

— О-о, кто к нам приехал! Элька! Молодчина!

— А мы как раз купаться едем! — улыбался Володя.

— Купаться! Купаться! — кричали и прыгали дети.

— Да вода ж холодная? — попыталась было отвертеться я, но уже чувствовала, как беззаботное веселье, которое почти всегда царило в доме Семеновых, охватывает и меня, и все мои проблемы и печали начинают казаться решаемыми и не такими уж трагическими.

Веселый пикник растянулся на весь день: сначала купались на дальнем пляже и вода показалась всем действительно теплой; потом поехали в заброшенные сады за яблоками, потом решили заехать в соседнюю деревню и посмотреть, как там реставрируется церковь. Дома Семеновы тут же затеяли шашлыки, и лишь под вечер, когда мы, разморенные, объевшиеся и усталые сидели на балконе и пили чай, я будто бы очнулась и вспомнила, зачем я сюда приехала.

— Я же тебе говорил, что у тебя будут проблемы, — вздохнул Володя.

— Нет, Эль, мы обязательно возьмем Еву. Ведь невозможно же ее обратно в зоопарк! — веселое доброе лицо Наташи омрачилось.

— Да, но где она будет у вас жить? — я до сих пор не была уверена, правильно ли я поступаю, — Я даже не знаю, как она к вам отнесется…

— В первое время будет в вольере, а потом поглядим. Ты же нас знаешь, мы зверье всякое любим. Неужто она нас не поймет? — Володя подмигнул мне, стараясь ободрить, — В общем, решено. Я сам на машине приеду и заберу вас с Евой. А ты поживешь у нас дня три, чтобы она более-менее привыкла.

— А что скажет Чел? Вот ведь еще проблема…

— Наш Чела — очень добрый пес, не волнуйся, мы их подружим! — уверенно сказала Наташа.

— Хорошо, давай через неделю, — обреченно вздохнула я, — Что бы я делала без вас, ребята… А сейчас нам надо ехать, а то на последний пароход опоздаем.

— Так воскресенье же завтра! Ночуйте! — в один голос сказали Наташа с Володей.

— Дома Ева, она нас ждет.

Дома мне предстоял еще и разговор с Русланом. Как ему все объяснить и чем его утешить — я пока не знала.

У своей двери мы столкнулись с двумя милиционерами, которые громко пинали ее ногами. Уже начали выползать из своих квартир любопытные и жадные до любого скандала соседи. Старый знакомый Чесноков, увидев меня, закричал:

— Гражданочка Сафина, так как вы еще не убрали свою волчару, мы ее сейчас и заберем! Вот должна бригада подъехать. Открывайте дверь и привязывайте зверя… Сейчас составим протокольчик!

Мне стало так страшно, что я впервые на людях заплакала. Я снова ощутила себя зверем, загнанным в кольцо толпой охотников…

— Пожалуйста, товарищ милиционер, не надо! Я обещаю вам, через неделю ее здесь не будет, я ездила договариваться, мы ее из города увезем… Пожалуйста, я штраф заплачу, если надо…

— Что, органы подкупать?! — маленькие белесые глазки Чеснокова с ненавистью вытаращились. Второй милиционер, более спокойный и молчаливый, взял его за рукав:

— Ладно, Сань, говорит же, уберет сама, давай через неделю придем, проверим.

— Ани, не отдавай Еву! — испуганно заплакал Руслан.

— Через неделю я приду проверить, — удовлетворенно сказал Чесноков, и милиционеры начали спускаться по лестнице, чему-то радостно смеясь.

Соседские двери одна за другой захлопывались, и я слышала сдержанное шушуканье.

А на пороге нас радостно встретила Ева — облизала, как всегда, лицо Руслана, ткнулась большим холодным носом в мои руки, как бы спрашивая, где же мы были так долго.

В тот день поначалу Ева не почувствовала ничего особенного. Она радовалась тому, что ее мать и брат не собираются оставлять ее одну в квартире, и глядя, как Эля собирает дорожную сумку, Ева поняла, что они куда-то поедут все вместе. Вот радость! Они носились с Русланом по квартире и играли в прятки.

— Ева, ищи меня! — весело кричал мальчик и лез под кровать или в шкаф. Волчица, как настоящая охотница, терпеливо выжидала в засаде, и когда терпение мальчика лопалось, и он невольным шумом выдавал себя — с торжествующим рыком Ева бросалась вперед, легонько хватала Руслана за одежду и тянула к себе.

Глядя на их веселую возню, я на минуту забыла, что сейчас приедет Володя и повезет нас к себе. Не на приятный пикник. Для того, чтобы оставить там Еву. Да и Руслан словно забыл, что только вчера он горько плакал и умолял меня не увозить волчицу. Мне тоже хотелось хотя бы на миг стать беззаботной и такой же веселой. Но на душе у меня кошки скребли. Вот ошейники Евы, поводки, шлейка, намордник, большая миска… Впрочем, разве я не знала, чем должно кончиться пребывание в квартире волка? Зато теперь все обрадуются — и соседи, и бывший муж, и мама, которая вздохнет с облегчением и поблагодарит Аллаха.