Чтение онлайн

– А у них в России правительство не бедное, – сказал Приходько. – Продаст президент несколько часиков или лишнюю резиденцию, вот и появятся деньги.

– Вы лучше со своим президентом разбирайтесь, – буркнул Белов.

Продолжать спорить на сытый желудок не хотелось. Он находился в самом благодушном настроении и ворчал лишь для виду. Похоже, Приходько тоже не искал новых поводов для ссоры.

– Лично у меня нет президента, – заявил он. – Я сам по себе, они сами по себе. Власть делят, бабки, сферы влияния.

– Кстати, о президентах, – оживилась Джезла. – У нашего Йовери Мусевени есть двоюродный брат. Его зовут Салех Салем. Он помешан на сексе.

– И что здесь плохого? – спросила Мали, разглядывающая свои соски, словно сравнивая, какой из них ей нравится больше.

Бросив на нее взгляд, Белов поперхнулся пивом и так закашлялся, что Приходько несколько раз ударил его кулаком между лопатками.

– Салем извращенец, – продолжала Джезла. – И страшно боится огласки, потому что президент запретил бросать тень на свое доброе имя.

– Скажите пожалуйста, доброе имя! – фыркнул Приходько. – Как у того аллигатора.

– Погоди, – перебил его Белов.

Он понял, к чему клонит африканская красавица. Если родственник Мусевени боится огласки, то его можно шантажировать и выудить из него нужные сведения. Обычная практика. Половина всех шпионских сведений выуживается именно таким способом.

Белов обратился к Джезле:

– А кто он, этот Салем?

– Новый министр иностранных дел, – ответила она. – Временный. Его назначили в связи с кончиной прежнего. То ли отравился, то ли от змеиного укуса умер.

Это была удача! Даже если глава МИДа не знал братьев Беридзе, превратившихся в братьев Берри, он мог навести справки.

– Нужно будет его пощупать, – решил Белов.

– А ее не хочешь? – спросил Приходько, кивая на Мали.

– Остап! – предостерегающе воскликнула Джезла. – Ты обещал соблюдать приличия!

– Так приличия соблюдены. Не я же собираюсь щупать Мали. Пусть этим занимается наш гость. Должны ведь мы оказать ему гостеприимство. Мали, ты как, не против?

– Такие вопросы обычно решают мужчины…

Мали посмотрела на Белова, ожидая, что скажет он. Но Белов молчал. Его гортань сделалась слишком узкой, чтобы сквозь нее мог протиснуться даже самый слабый и тонкий звук.

– Значит, решено. – Приходько встал. – Спокойной ночи. – Он ободряюще хлопнул Белова по плечу: – Не робей, парень. Главное, не позволяй ей себя оседлать, иначе эта дьяволица тебя заездит до смерти.

– Остап! – повысила голос Джезла и потянула украинца за собой.

– И уши, береги уши! – крикнул он на прощание, после чего пара черных женских рук втянула его в дверной проем.

Последнее, что услышал Белов, это совет затыкать Мали рот, когда он начнет кричать. Он стал не просто красным, а багровым. Что касается африканки, то она деловито потянулась и встала:

– Уже поздно. Пойдем, я покажу тебе свою спальню.

И она показала. По прошествии двух часов Белов не сомкнул глаз и вымотался так, словно все это время носил Мали на руках. Сношаться с нею было все равно что бороться с противником, примерно равным по силе. Иногда Белов укладывал ее на лопатки, иногда она его. А затыкать ей рот было бесполезно. Когда Мали начинала голосить от избытка чувств, ей вторили все гиены и шакалы в округе.

– Все, – сказала она после третьего спарринга.

– Правильно, – обрадовался взмокший Белов, обдумывая, на каком боку будет удобней засыпать.

– В следующий раз я хочу очень медленно и нежно, – сказала Мали, трогая языком воспалившиеся губы.

– Ты не устала? – хрипло спросил Белов.

– Я устала без секса. Твой друг, этот нахальный павиан, не прикасался ко мне уже три недели.

– Правда?

На самом деле Белов ничуть этому не удивился.

– Правда, – мрачно произнесла Мали. – Он поменял меня на Джезлу. А раньше трахал меня каждый день, каждую ночь.

– Наверное, у него здоровья много, – предположил Белов, собираясь повернуться к ненасытной туземке спиной.

Она его остановила, схватив за то место, которое, похоже, ценила у мужчин в первую очередь.

– У тебя тоже здоровья много, мой синеглазый красавчик, – прошептала Мали. – Иди ко мне.

Тоскливо вздохнув, он покорился.

Зевая во весь рот, генерал Тананзе смахивал на толстого бегемота, высунувшегося из воды. Кстати, это сравнение его совершенно не оскорбило бы. Он был столь же умен, могуч и чуть ли не половину жизни проводил в воде, для чего по всему дворцу стояли вместительные ванны. При желании окунуться Тананзе оставалось лишь сбросить халат и забраться в емкость, что находилась ближе.

Этим утром он сидел в ванне на втором этаже, рядом со столовой, где его уже поджидал майор Кулафье. Они часто завтракали вместе. Числясь на службе, майор почти все свое рабочее и личное время проводил в резиденции генерала. В его обязанности входило обеспечение безопасности босса. Все охранники подчинялись ему…

«Когда не выполняют мои особые распоряжения», – мысленно добавил Тананзе, растянув толстые красные губы в улыбке.

Его главной страстью было командовать и подчинять людей своей воле. Оставь ему богатства и лиши его власти, и он зачах бы от тоски. Он был прирожденный тиран и деспот. Унижая других, он вырастал в собственных глазах.

– Выше, – потребовал он, не оглядываясь.

Мальчик, почесывавший ему спину инкрустированным скребком из слоновой кости, мгновенно подчинился. Под его левым глазом расплывался синяк – результат нерасторопности.

Таких мальчиков с синяками, шишками и ссадинами всегда хватало в окружении Тананзе. Обычно они причиняли ему лишь мелкие неприятности. Но несколько дней назад в доверие к нему вкрался маленький негодяй по имени Генри. Он очень сильно подвел своего благодетеля. Из-за этого засранца в Уганду прибыл сотрудник русского Антитеррористического Центра. Теперь этот тип рыщет по стране в поисках братьев Беридзе. Хуже всего, что ему были известны их новые имена и фамилия. Тананзе это не нравилось, очень не нравилось.