Чтение онлайн

Утомившись от неудачных попыток, я кружилась в офисном стуле и поглядывала из окна на серые волны моря. День был мрачным.

— Где ты, Вай? — произнесла я вслух.

У стены во сне всхрапнул Дамблдор. Как только он немного подрос и научился самостоятельно подниматься и спускаться по лестнице, у него вошло в привычку спать в студии. Я радовалась, что в течение дня не одна в кабинете. Думаю, ему нравилось нежиться под лучами солнца возле стены. Секретной стены, как в шутку мы ее называли. Потому что именно здесь он любил сворачиваться клубочком, даже зимой, когда солнце не было столь активным. В конце концов, мне пришлось постелить на этом месте специально для него коврик.

Я улыбнулась щенку и вернулась к работе. А что, если в истории художницы нет счастливого конца? Несмотря на мою любовь к ней и отчаянную надежду на то, что ее жизнь удалась, факты указывали на иное.

— Я разберусь. Мною прочитано достаточно криминальных романов, опрошено достаточное количество полицейских и написано достаточно детективов, чтобы придумать правдоподобный конец.

С новым приливом энтузиазма, я вытерла белую доску. Настало время, чтобы выяснить: кто, где, когда. Итак. Эдвин Форрест. Отрицательный герой, склонный к насилию. Фрэнсис и Вайолет, как ни странно, союзницы. Уильям Филипс. Мастер на все руки. Хорошо знал дочь хозяина, у которого работал на протяжении нескольких лет. Скорее всего, был ее защитником.

Весь день я провела в офисе, разглядывая доску. Зная немало о преступлениях, домашнем насилии и убийствах я проигрывала разные сценарии того злополучного дня. Единственное, что смущало, так это то, что Филипс был найден снаружи дома Форрестов, в то время как Эдвин оказался внутри, возле лестницы, а его жена наверху, на лестничной площадке.

— Это была ты? — обратилась я к Фрэнсис на фото, которую Винни отдала мне. — Ты сопротивлялась и столкнула мужа с лестницы?

Если это так, то я не осуждаю, а наоборот восхищаюсь ее поступком. И все-таки, что случилось с Вайолет?

Четыре участника драмы возле дома Форрестов: Вайолет, Фрэнсис, Уильям и Эдвин. Идет дождь. Значит, не до болтовни и не до садоводства. Можно лишь выходить, либо заходить в дом. Предположим, Вайолет, проходя мимо, стала свидетельницей ссоры или драки между Фрэнсис и Эдвином. Жена просила мужа уйти? Какова бы ни была причина, я представляю, как Вайолет бросается на помощь. Уильям Филипс оказался тоже втянутым? Известно, что Эдвин жесток. Может, мужчина напал на Вайолет, а Филипс поспешил на защиту?

Я нарезала круги по кабинету. Дамблдор путался под ногами в надежде поиграть со мной.

— Значит, скандал, — вслух размышляла я. — Вайолет пытается все уладить, а Эдвин нападает. Он жестокий и злой. Что ей делать? Он бил ее раньше? Ей страшно? Она хочет убежать?

Я посмотрела из окна на бурное море.

— Куда бежать? На пляж?

Я покачала головой. Девушка не рискнула бы скрыться на побережье в такой ненастный день, когда ветер вздымает волны.

— Она бы пошла домой, — сказала я Дамблдору. — Бежать туда, где безопасно.

Щенок тявкнул в знак согласия, или просто потому, что хотел играть. Я наклонилась и погладила его. На радостях он побегал вокруг меня, потом бросился к своему коврику. Снова улегся, свернувшись. Я задумчиво смотрела на собаку.

— Она хотела быть в безопасности, — медленно повторила я. — Наверное, только здесь, в студии, она чувствовала себя в безопасности?

Я оглядела шкаф позади себя: при желании можно протиснуться внутрь. Но оставаться там долго невозможно: Вайолет непременно нашли бы. Я воззрилась на загадочную стену: а что, если сумасшедшее предположение имеет место быть?

Я осторожно отодвинула коврик с собакой и прикоснулась к стене. Она была немного теплее в этом месте. Почему щенок предпочитал спать именно здесь? Скорее всего, он просто согрел этот участок своим теплом. Сидя на полу, я провела рукой по кирпичам у плинтуса в надежде почувствовать что-то еще? Любимый участок Дамблдора более гладкий, в то время как остальная часть стены, заклеенная обоями, шершавее.

— Мамочка?

Я вздрогнула. Возле меня стоял Оскар. О, который час? Неужели уже так поздно?

— Привет, милый! Как школа?

— Я хочу iPad. Можно?

— Не сейчас. После ужина.

Я была слегка раздражена из-за того, что ход мыслей прерван.

— Всего на минуточку, — мило улыбнулся сын. — Почему ты на полу?

— Я кое-что искала. Хочешь помочь?

— А после возьму iPad?

— Нет, только после ужина. Теперь поможешь?

Оскар пренебрежительно посмотрел на меня:

— Не буду помогать, пока не получу iPad.

— Нет, — снова ответила я.

— Но… — начал Оскар.

— Нет!

— Ты даже не даешь мне сказать.

— Нет!

— Ненавижу этот дом, — вспылил сын. — Дурацкий, дурацкий дом!

И со всей силы, на зависть Дэвиду Бекхэму, мальчик пнул стену возле меня. Неожиданно его нога проломила дырку и застряла.

— Мамочка! — в ужасе закричал сын, прыгая на одной ноге.

— Оскар! — Я подхватила его, боясь, что он упадет.

— Прости. Ты сердишься?

Я поднялась и поцеловала плачущего сына в макушку.

— Вообще-то, нет. Ты нашел то, что я искала. Ты — умница!

Оскар растерялся. Я хотела аккуратно вытащить его ногу из стены. Мне не удалось: спасибо прочной школьной обуви.

— Вытащи ногу из туфли.

— Не могу. Помоги мне!

Я сдержала смех и наклонилась. Дотянулась сквозь дырку до липучки башмака.

— Поверти ногой.

Оскар послушался, и вскоре вытащил ногу без обуви. Башмак остался в стене. Сын стоял, опустив голову.

— Прости, мамочка.

— Зачем же пинаться? — как можно строже спросила я, скрывая восторг по поводу дырки в стене. — Но, возможно, ты мне очень помог.