Чтение онлайн

Когда мы добрались до дома, я чувствовал себя на вершине мира. Но, выключив двигатель, я увидел, что Джеки крепко спит. Я попытался разбудить ее, однако мне не удалось.

Я открыл пассажирскую дверь, перехватил Джеки прежде, чем она вывалилась, и на руках отнес в дом, вверх по лестнице.

В доме было пусто. Ноубл наверняка проводит время с Элли, Тудлс — у мисс Эсси Ли. От этих мыслей я почувствовал себя еще более одиноким.

Я пошел на кухню, налил себе бурбона и вернулся в гостиную.

В гостиной сидел человек. Высокий, стройный, умопомрачительно красивый мужчина. Рассел Дани.

Может, я себе льщу, но в тот же момент я заметил, что в комнате кое-что не так. Как картинка в детском журнале: найди шесть отличий.

Во-первых, все сделалось слишком уж идеально. Цветы, которые Джеки поставила в вазу три дня назад и которые пора было бы уже выбросить, снова стали свежими — и безукоризненно красивыми: ни обгрызенных жуками листьев, ни коричневых крапинок на лепестках. Выцветший ситец на подержанном диване, что по случаю купила Джеки, казался новым и ярким.

Да и несмотря на то что пробило уже три часа ночи, комнату заливал солнечный свет. И лился он вовсе не из окон.

Мне захотелось убежать и спрятаться — но я не мог. Не знаю, что подталкивало меня к нему — его воля или мое неуемное любопытство, но я не удержался и вошел.

Он закурил сигарету, черную с золотистым фильтром, похожую на элегантную сигару, и посмотрел на меня сквозь облачко дыма.

— Мне кажется, у тебя есть ко мне вопросы, — произнес он бесподобно красивым голосом.

Да простит меня Господь, но я теперь понял, почему Джеки решила, что влюбилась в него. Я даже понимал, почему после встречи с ним она три дня жила как в тумане.

— Есть парочка, — ответил я, прочистив горло. Неужели он явился сюда отвечать на мои вопросы?!

— Почему? Ты всегда хочешь знать почему... — Он улыбнулся, давая понять, что знает обо мне все, что нужно знать. — Мне нравилась та женщина, Амариса, — сказал он немного погодя. — Тебе кто-нибудь говорил, что у нее случались видения? Так, ничего важного, но ей удалось остановить... несколько моих проектов. Но что по-настоящему бесило мать Джеки, так это что ее муж помогал Амарисе, когда у нее бывали видения.

— Как я Джеки? — заметил я.

Я боялся, но в то же время готов был скакать от радости. Я разговариваю с дьяволом! С настоящим дьяволом, честное слово! Я, как слепой, нашарил кресло и сел напротив него. Мне хотелось перестать моргать. Возможно, я не доживу до утра, но хочу быть уверенным, что если доживу, то сумею воспроизвести каждое слово, каждый взгляд, каждый оттенок того, что я вижу, слышу и чувствую.

Вместо ответа он улыбнулся:

— Амариса могла меня видеть. Она видела меня красивым мужчиной. А маленькая Джеки — Санта-Клаусом. Ты и представить себе не можешь, как я устал от образа красного существа с хвостом. Так банально...

У меня в голове промелькнуло название главы: «Дьявол устал». Или лучше «Жизнь с точки зрения дьявола»?

— Амариса разговаривала со мной. Тебе рассказали, что священник первым бросил в нее камень? Он, знаешь ли, теперь у меня. — Он сладко улыбнулся. — У меня там много так называемых святых людей.

Я вмиг стал серьезным: от его слов у меня мурашки побежали по спине.

— Но Амариса другая. Она меня не боялась. Она... 339

— Ты влюбился в нее? — Я услышал свой голос и поразился собственной смелости — или глупости.

Снова улыбка.

— Влюбился? Возможно. Потому что даже у меня есть чувства. Скажем так: есть люди, которых я хочу больше, чем других.

Меня снова пробрала дрожь — и все-таки мне страшно захотелось узнать, на каком месте в его рейтинге нахожусь я. Наверху списка? В самом низу?

— Ее мать, — он кивнул в сторону комнаты, где спала Джеки, — завидовала Амарисе, потому что она была хорошая... в душе хорошая. Такое редко встречается.

Пока он говорил, за его спиной от пола к потолку поднимались клубы красивого цветного дыма. Дым струился, свивался в таинственные узоры, и это зрелище завораживало. Глаз не отвести... Постепенно я стал различать в нем картины.

Я видел сцены из нашей с Пэт жизни. Видел ее родителей. Вот они все трое смеются и поглядывают друг на друга. Вот отец Пэт рыбачит. Картинка изменилась: я увидел его на веранде, с инструментами. А мать Пэт в этот момент что-то готовила на кухне... Она пекла свое фирменное печенье со специями и изюмом. Я отлично его помню, от него по всему дому разливался божественный сладковато-пряный аромат. В этот момент я вновь его ощутил. На миг я позволил себе закрыть глаза и вдохнуть. Когда я открыл их, мать Пэт стояла прямо передо мной и протягивала мне целую тарелку этого печенья.

Инстинктивно я потянулся за ним. Моя рука прошла сквозь воздух. Видения, увы, нематериальны...

— Ты уверен? — Он взял с тарелки печенье и откусил кусочек. — М-м-м... Как вкусно. Так на чем я остановился?

Подозреваю, он привык к тому, что люди бывают слишком ошарашены, чтобы отвечать ему. Он продолжил, хотя я не сказал ни слова. Но думал я не о нем — я думал о Пэт. Вспоминал ее. Запах печенья витал в воздухе, и, рассказывая, он размахивал этим драгоценным печеньем. Один кусочек, подумал я. Дай мне хоть один кусочек. Я хочу вспомнить точно. По-настоящему вспомнить.

— Ах да, — говорил Рассел Данн. — Ты, получается, хочешь узнать побольше? Посмотрим-посмотрим. С чего бы мне начать? — Он встал и прошелся по комнате — элегантный, очень красиво одетый мужчина. — Удивительно, что ты не догадался, что это я бросил вам камень через стену. Вы подрасслабились, и я начал беспокоиться, что вы и вовсе прекратите расследование. А если бы это случилось... ну... — Рассел пожал плечами, давая понять, что мы оба находимся здесь потому, что он так задумал. — Он ткнул в меня печеньем, потом взглянул на него удивленно. — Это тебе досаждает? — В мгновение ока печенье испарилось, он подкующе улыбнулся. — Знаешь, хочу подчеркнуть: у меня очень-очень легкая работа. Люди думают, что я только и делаю, что сную рядом и что-нибудь нашептываю им на ухо, подстрекая к какому-нибудь злу. Но это не так. Я оставляю это все на их совести — и они делают то, о чем я никогда бы даже не додумался. Люди гораздо изобретательнее меня. Ты наверняка слышал о людях, которые черпают в книгах идеи для своих преступлений?