Друзей не выбирают

Черное грозовое небо нависало над головой так, что казалось, вот-вот рухнет на землю. Погода злилась, хотя еще совсем недавно, на закате не было ни облачка. Всего какой-то час изменил капризное настроение матушки-природы. Налетел шквальный ветер, пригибая к земле макушки деревьев, черные тучи заполонили небо, готовое вот-вот разразиться ливнем.

Сверкнула молния, разрезав напополам небосвод, и на миг озарила необыкновенной красоты храм, стоящий на берегу широкого озера и одиноко сидящую фигуру на противоположенном берегу.

Он сидел прямо на траве, вытянув одну ногу, а на вторую, согнутую в колене положил руку. Обычная с виду поза, но в его исполнении нельзя было не заметить, что он скорбит. Иссиня-черные, как грозовое небо, волосы пытался спутать непокорный ветер, то и дело, открывая взору удлиненные остроконечные уши, выдавая эльфийское происхождение сидящего. Эльф даже не поморщился, когда очередной порыв ветра растрепал его недавно изящную прическу. Он не отрывал взгляда своих зеленых глаз от храма, стоящего на том берегу.

Не высокое здание, сразу за которым начинался густой лес, поражало своей красотой. Храм, а то был именно он, был выстроен с любовью эльфийского народа, об этом говорила каждая его арка, каждая узорная мозаика окон, каждый фигурный кирпичик из белого мрамора, высокая дверь с изящной резьбой.

— Я так и знал, что найду тебя здесь.

Рядом с эльфом встал молодой мужчина, тряхнув копной черных, как смоль волос. С хрустом потянулся и с видимым удовольствием размял огромные, словно нетопыриные, крылья. Эльф только усмехнулся в ответ, а мужчина, невзирая на праздничную одежду, уселся рядом с другом на траву, со вздохом поднял с земли золотой обруч с изумрудом:

— Нельзя так разбрасываться символами власти.

Эльф мрачно усмехнулся:

— Сегодня мне плевать.

Мужчина покачал головой:

— А должно быть наоборот, сегодня же твой день рождения. Не каждый день принцу исполняется 333 года.

— Крис, мне плевать. Это должен был быть не только мой праздник, — эльф зло сплюнул.

Крис только покачал головой:

— Марк, уже прошло больше двухсот столетий. Смирись.

Марк вскочил на ноги и разъяренно прорычал:

— Как я могу смириться??? Как можно смириться с тем, что боги отняли часть меня?!? Как ты можешь так спокойно об этом говорить?

Крис пожал плечами, но на мгновение в его карих глазах промелькнула боль:

— Я вампир. Мне легче.

Наследный принц сверкнул глазами:

— Но мне нет. Зачем боги отняли ее у меня?!?

Последние слова он буквально прокричал в пустоту. Вампир виновато опустил крылья и положил руку эльфу на плечо. Марк поднял лицо к небу, тяжело дыша и совершенно не обращая внимания на первые крупные капли дождя. Сверкнула молния, озарив храм, а на берегу тем временем появилась призрачная фигура, словно сотканная из лунного света.

— Я не отнимала её у тебя, принц.

Эльф повернул голову, раскосые глаза изумленно расширились, а губы тихо прошептали:

— Мама…

Призрачная фигура невообразимо красивой, изящной молодой женщины с длинными серебристыми волосами, одетая в серебристое шелковое платье, чуть подалась навстречу эльфийскому принцу и с воистину материнской нежностью погладила изумленного Марка по щеке:

— Это я, сын.

— Но ты же… — изумленно выдохнул эльф.

— Умерла? Нет, сынок, боги не могут умереть, — грустно рассмеялась женщина, — Я всего лишь лишилась своего земного существования. Такова была цена за спасение твоей сестры.

— Спасение? Ты хочешь сказать, что… — и так широкие от удивления глаза эльфа расширились до невозможности.

— Да. Селениэль жива.

Хеллиана

— Так… и что мы имеем? — я задумчиво почесала затылок, пытаясь рассмотреть немного… кхм… ну ладно, сильно помятую карту Аранеллы, моего мира. Ну, не виновата я, что положила ее в задний карман штанов! Ну, может немного и виновата…

— Ну и долго ты будешь на нее смотреть? От этого дорога сама не покажется! — раздался насмешливый голос с моего же левого плеча. Я с двойным усердием уставилась в карту, пытаясь сделать вид, что мне ну оочень стыдно. Судя по недовольному фырканью, мне это не очень удалось.

— Да ладно тебе, Химо, ну не будь ты таким скрягой, — я с улыбкой почесала живое чучело паучка, который сразу же начал отмахивался всеми лапками, но вскоре довольно прищурился и забавно заурчал.

— Тебе все лишь бы шутить! — пробурчал Химо, перебираясь с моей руки на карту. Я с интересом смотрела за его действиями. Может действительно разберется, куда мы забрели. Хотя мне кажется, что мы просто свернули не туда, и дорога в Эллидар вот за тем поворотом. Об этом я и сообщила своему спутнику. Химо выпучил глаза:

— Ты что, ельфик что ли, чтобы лесные тропинки чувствовать?

— Не ельфик, Химо, а эльф! — я убрала карту обратно в карман, а паучок тем временем уже прочно обосновался у меня на голове, окончательно превращая в воронье гнездо то, что раньше называлось волосы… Я махнула рукой на это безобразие и невозмутимо потопала дальше по тропинке. Встретятся разбойники, так хоть будет чем их напугать. А что, вполне сойду за местного лешего, благо и вид у меня после недельного перехода вполне подходящий: неумытая физиономия, пыльная одежда, из каждой складки которой торчали листья и веточки, стоптанные сапоги. Отдельное спасибо за это стоит сказать Химо, которому, видите ли, почудился ручеек “вооон за тем кустиком!”. Собственно говоря, мы из-за этого и заплутали.

Кстати, не смотря на все заскоки этого старенького, местами побитого молью чучелка, Химо мне был безгранично дорог, как мой друг, советник и память о дедушке.

Дедушка, он же почтенный архимаг Ауст Валанди, один из старейших магов Аранеллы, живет последнее неполное столетие в небольшом городке под названием Скайра, находящийся в десяти дневном переходе от главной человеческой столицы Эллидара. Которую, впрочем, населяли и другие расы, но их количество было не столь велико.

Ауст воспитывал меня с 13 лет. Что было до этого… я не хочу вспоминать. Все свои познания о магии, да и о мире вообще, я узнала именного от него.