Дверь в мансарду
Шрифт:
— Бедный папа, — посетовала Эва. — Он просто ужасно выглядит. Из-за этого напряжения и тревоги он постарел лет на десять, если не больше. А сегодня вид у него еще хуже, чем вчера. Он…
— Он отличный парень, — с неподдельной теплотой отозвался Терри. — И как я заметил, ведет себя тактично. Мы с ним поладим. Эва, вы…
— А я за него побаиваюсь, — нахмурилась она, разломив вилкой отбивную. — Теперь он с головой уйдет в работу у себя в институте и станет проводить там дни и ночи, как одержимый. Уж я-то его знаю. Ему и правда надо куда-нибудь поехать.
— Ему, вам и мне тоже! — воскликнул Терри. — Мы можем отправиться все вместе.
— Почему? Что вы хотите этим сказать? — спросила Эва, широко раскрыв глаза.
— Я хочу сказать, что мы… вы… Послушайте… — Терри наклонился к ней ближе. — Первым делом я отправляюсь на Парк-авеню и как следует накостыляю этому гаду, который от вас сбежал!
— Терри.
— Ну ладно, ладно. Никуда я не пойду, если вы так скажете, — пробурчал Терри. Его загорелое лицо болезненно искривилось, он тяжело вздохнул и снова наклонился к ней. — Эва, я хочу сказать, что вы и я…
— Пардон, — прошептал решительный голос. Они оглянулись. Это был старший официант.
— Pardon, pardon, monsieur, mais vois faites trop du bruit. [4]
— Xa! — равнодушно откликнулся Терри.
— Месье, будьте так любезны!
— Убирайся отсюда, Лафайет, — произнес Терри, крепко взяв Эву за руку. — Знаете, дорогая, я хотел сказать, что…
— Он говорит, — перебила его Эва и немного отодвинулась, — что вы чересчур расшумелись…
— И если месье не утихомирится, — уже более уверенно добавил старший официант, — я попрошу его покинуть зал!
4
Извините, месье, но вы слишком громко разговариваете (фр.).
Терри посмотрел на него, а потом спокойно обратился к Эве:
— Оставайтесь здесь, на месте. — Он поднялся, широко расставил ноги и смерил галльского джентльмена презрительным взглядом. — Если я вас правильно понял, вы сказали, что я слишком раскричался в вашей забегаловке. Что я не в меру «bruit»?
Старший официант попятился.
— Филипп! Антуан!
К нему подбежали два крепко сбитых, смуглых гарсона.
— Проводите мадемуазель и месье…
— Ну, держись, Антуан! — пригрозил Терри.
В зале повисла тишина. Посетители ресторана с ужасом смотрели на них. Эва почувствовала, что ее бросает то в жар, то в холод. Она была готова спрятаться под стол от стыда.
— Пожалуйста, Терри, — прошептала она. — Не забывайте, где вы находитесь… Прошу вас, не надо.
— Ну как, Антуан? — занервничал старший официант.
Смуглый кулак Антуана замахнулся на Терри. Тот немного пригнулся, а Эва закрыла глаза. Она знала, что сейчас в ресторане произойдет драка. Настоящая потасовка. В роскошном, дорогом ресторане. О чем он думает? Завтра в газетах появятся заметки о скандале. Последняя капля, переполнившая чашу…
— Я сказал: держись, — услышала она голос Терри. И его тон был таким странным, что Эва быстро открыла глаза. Терри перехватил руку Антуана и почти умоляюще поглядел на него. Загорелое лицо молодого человека покрылось потом. — Послушай, Антуан, — произнес он, облизав губы, — ты когда-нибудь был влюблен?
Антуан вздохнул и повернулся к старшему официанту.
Тот был белый как мел. И дрожащим голосом поинтересовался:
— Может быть, месье себя неважно чувствует? Может быть, нам надо позвать врача?..
— Любовь. Любовь, — настойчиво повторял Терри. — Ты знаешь, что такое любовь? Знаешь? Амур? Китчи-ку. Л-ю-б-о-в-ь!
— Он сумасшедший, — пробормотал Антуан и осторожно отпрянул назад.
— Да, конечно, я сумасшедший! — заорал Терри, размахивая длинными руками. — Я и впрямь рехнулся и пытаюсь подыскать слова, чтобы сделать предложение любимой девушке, а он еще говорит, будто я слишком расшумелся!
«Теперь мне понятно, какие муки испытывала Жанна д'Арк, стоя в горящем костре», — подумала Эва. Ее щеки пылали. Еще ни разу в жизни она не была так унижена. Ресторан гудел от выкриков. Все хохотали. Даже старший официант с облегчением улыбнулся.
— Вы болван! — тяжело дыша, выпалила Эва и вскочила с места. — После всего, что мне пришлось пережить…
Она бросилась бежать, со всех сторон сопровождаемая взрывами смеха. Это напоминало ночной кошмар. Да как он мог?.. Это какой-то, какой-то…
Но девушка успела добежать лишь до резинового коврика у входа. Там ее ждал неизвестно откуда взявшийся Терри.
— Послушайте, детка, — хрипло проговорил он. — Выходите за меня замуж и поскорее избавьте меня от этой жуткой тоски. Мы будем счастливейшей парой на свете!
— О, Терри! — всхлипнула Эва и крепко обняла его. — Я так счастлива. А вы такой дурак. Но я все равно вас очень люблю.
Сзади них послышались восторженные возгласы «ура!». Они столкнулись в дверях ресторана с целой толпой, а старший официант галантно поклонился им.
— Вив ля Франс! — негромко воскликнул Терри и поцеловал Эву.
Доктор Макклур позвонил в дверь. Ему открыл Джуна, который сначала удивился, потом рассердился и под конец отнесся к его визиту по-философски. Джуна уже успел привыкнуть к гостям, появлявшимся в их доме в вечерние часы со шляпой в руках.
— Здравствуйте, — неторопливо приветствовал доктора Эллери, привстав с кресла, у камина. — Входите, пожалуйста.
— Я вас долго не задержу, — начал доктор Макклур. — Знаете, я еще не поблагодарил вас как следует и, конечно…
— А, вы об этом? — Эллери явно смутился. — Садитесь, доктор. Папа в управлении, подчищает последние детали и, кажется, готов удовлетворить любопытствующих репортеров. Так что я сейчас совсем один, и мне немного не по себе.
— Терри сказал, что вам нездоровится, — заметил доктор и взял предложенную хозяином дома сигарету. — Полагаю, это естественная реакция на все случившееся. Но вы блестяще обосновали дело — рационально и убедительно. А вид у вас и правда неважный. Как вы себя чувствуете, скажите мне откровенно?