Чтение онлайн

Ольга вышла из туалета, покосилась на Стаса, вытянув шею, высмотрела Гурова и спряталась в ванной.

Гуров, увидев в комнате две наполненные окурками пепельницы, взглянул на Стаса. Тот сразу же вытянул из кармана пачку с сигаретами.

Не желая шутить вслух, чтобы Ольга не услышала из ванной и не сделала неправильные выводы, Стас все-таки не удержался и защелкал каблуками, передавая сигареты непосредственному начальнику.

– Забыл согнуться буквой «зю», – проворчал Гуров. – Чтобы в следующий раз изобразил, как положено.

– Как скажете-с, – пробормотал Стас. – А почему не садитесь, господин полковник?

– Не вижу куда, – проговорил Гуров, – бардак какой-то кругом. На бомжатник похоже после вчерашней уборки.

Ольга вышла из ванной, нарочно не торопясь, чтобы не подумали эти мерзавцы, что она испугалась их ментовских штучек, и остановилась в дверях комнаты.

Стас еще до ее выхода скользнул обратно в коридор, Гуров остался стоять перед шкафом, боком к незастеленной кровати.

– Мне нужно позвонить, – с независимым видом сказала Ольга и пошла к телефону, стоящему недалеко от кровати. – Я из-за вас на работу опоздала. Мне нужно уезжать.

– Я полковник Гуров, – представился Гуров. – Вы думаете, что мне делать нечего, и я шляюсь по квартирам из-за развлечения? Сядьте!

Ольга, из которой весь ее напускной гонор вылетел после первой же фразы Гурова, плюхнулась на кровать и запахнулась халатом. Однако сдаваться она не собиралась.

– Вы знаете, что пытки запрещены Гаагской конференцией? – спросила она.

– Мне кажется, – пробормотал Стас, – конференция была Баден-Баденской или Лондон-Лондонской.

– Тем более, – обрадовалась Ольга. – Вы все знаете, а сами нарушаете мои права! Да знаете ли…

– Как его фамилия? – спросил Гуров у Стаса.

– Ванильчиков.

Ольга замолчала и напряженно взглянула на Гурова.

– О чем это вы?

Гуров огляделся еще раз, поморщился и вытащил из-за стола стул. Убрав с него несколько старых газет, Лев Иванович поставил стул перед Ольгой и сел на него.

– Или мы разговариваем здесь и сейчас, или – у нас в управлении. Это ясно?

Ольга не пошевелилась.

– Решила стать глухонемой? – поинтересовался Стас. Он стоял в дверях комнаты, курил и насмешливо смотрел на Ольгу. – Это уже поздно, Оленька.

– А что происходит? – Ольга потерла запястье. – Не понимаю я ничего. Я – психолог, школьный учитель и работаю в лицее… А что вы там говорили про Ва… Ва… нильчикова? – Она внимательно взглянула на Гурова и полуотвернулась.

– Дело тут в следующем, – сказал Гуров, вполне уже составивший себе представление об этой женщине. – Вчера на полковника Крячко, – Гуров кивнул в сторону Стаса, – было совершенно нападение. В нападении участвовал некий гражданин Ванильчиков. Этот гражданин, как оказалось, является вашим хорошим знакомым, более того, сегодня он приехал к вам, а вы, разговаривая с полковником Крячко, как я понимаю, в этой комнате, знали о приезде Ванильчикова, но почему-то вели себя так, словно вам очень не хотелось их встречи… Скажу больше. Этот Ванильчиков уже задержан, не без некоторого ущерба для его здоровья, и дает теперь показания. У него обнаружено огнестрельное оружие. Ваша задача – опередить его. А то ведь, как я понимаю, этот негодяй оговорит невинную девушку.

Ольга непонимающими глазами обвела обоих мужчин, вздохнула два раза и начала плакать, размазывая слезы по лицу.

– Хватит! – крикнул Гуров, стукнув кулаком по колену. – Я вижу, по-хорошему вы не хотите! Это ваше дело. Собирайтесь живо!

– Куда с-собираться? – прошептала Ольга, успокаиваясь, но не полностью, чтобы при случае сразу же опять начать плакать.

– В узилище, – любезно подсказал ей Стас, – то бишь на нары. Ваш дружок, тот самый, который обладает аристократической фамилией Ванильчиков, оказался на редкость словоохотливым. То, что я зафиксировал вас у двери, помогло вам остаться как бы вне событий, а то неизвестно еще, как вы могли поступить, пока я разбирался с вашим другом. Вдруг вы бы решили кому-то позвонить и тем самым усугубили бы свою вину. А так как вы дама, вне всяких сомнений, симпатичная и я к вам испытываю эту самую симпатию… – Стас поймал на себе взгляд Гурова и замолк, понимая, что распелся он, наверное, не к месту.

Сейчас говорить собирался Гуров.

– Так мы едем в СИЗО? – спросил Гуров, вставая.

– Подождите! – Ольга подскочила на кровати и снова села. – Подождите, пожалуйста! Мы же еще и не начали говорить! Вы мне слова сказать не даете!

– А нужно нам это ваше слово? – недоверчиво спросил Гуров, однако, не садясь обратно на стул. – Ну-ка, проверю. Вчера Ванильчиков отвез вас в «Харбин». Зачем?

– Я должна была рассказать все, что произошло… ну, в смысле, про допросы. От Нонки что узнаю…

– Кому же вы должны были это рассказать?

– Александру Анатольевичу.

– Ветринову?

– Ну да, ему. А я и не знаю другого Александра Анатольевича. Был, правда, еще один у нас школе завучем, но это… давно было. То есть недавно.

Гуров переглянулся со Стасом.

– А Ветринов-младший сам вам позвонил, или вы, так сказать, по собственному почину проявили инициативу?

Ольга молчала, поразительно быстро став бестолковой и не понимающей русского языка.

– Он позвонил? – громче спросил Гуров.

– Ну да, конечно. Только потом. В машине уже, когда я ехала. Тут дело вот в чем…

– Ну-ну, – Гуров снова присел на стул и поторопил: – Быстрее!

– Я просила деньги у Нонки, – Ольга заволновалась и закрутила пальцами в воздухе. – Паша, ну, то есть Ванильчиков, очень просил, чтобы я заняла денег у Анатолия Анатольевича. Вот я и ходила, а когда я пришла к Нонке в тот день, вчера то есть, то Паша меня ждал в машине. Я-то думала, что Нонка деньги уже получила, а там… вот что вышло-то.

Гуров нахмурился.

– Что-то я не пойму. Но сейчас разберусь… Много нужно было денег?

– Десять тысяч долларов.

– Для банкира это немного. Так, ладно. Если я правильно понял, то с младшим Ветриновым у вас отношения лучше, чем со старшим. Уже по одному тому ясно, что с младшим вы сами разговариваете, а на старшего сестру напускаете. Я прав?

– Я ее не напускала, а просто попросила.

– Я не об этом говорю.

– Ну да, с Сашей, то есть с Александром Анатольевичем, у меня неплохие отношения.