Если мы будем вместе...
Шрифт:
– Я думаю, что к тестированию следует приступить прямо сейчас, пока не закончилась гарантия. – Сережа положил руки мне на колени только для того, чтобы раздвинуть ноги.
– Жаль, что ото льда пока придется отказаться. Хотя… – Миша ловко расстегнул платье и спустил его с плеч. Горячие губы тут же нашли на шее самое чувствительное место. При слове «лед» у меня между ног все сладко заныло. Но сейчас надо было думать о будущем ребенке, так что экстрим придется отложить на несколько месяцев. – Хотя, я уверен, что и без этого найдется немало интересных способов ммм… проверить стол на прочность.
– А еще, у нас новый диван. Ему тоже срочно требуется проверка. – Сергей уже встал на колени и начал целовать внутреннюю сторону моих бедер, подбираясь все ближе к заветному месту, уже влажному и горячему от нетерпения.
– Да, – согласилась я, уже с трудом сосредотачиваясь на теме, – и ковер мне очень нравится. Интересно, на него есть гарантия? А та шкурка у камина, наверняка такая же мягкая, как и на столе… ах! – Сережины пальцы, сдвинув трусики в сторону, проникли в меня и принялись ласкать. Я прижалась спиной к Мишиной груди и еще шире раздвинула ноги…
После этого я еще очень долго не могла связно мыслить и, тем более, говорить. Мы провели испытания всех упомянутых мест и еще душа, который был предусмотрительно оборудован в смежной комнате. В процессе испытаний я искусала губы в кровь, чтобы своими стонами и криками не перебудить всех в доме. Пока Сережа с хитрым видом не сообщил мне, что в комнате сделана хорошая звукоизоляция, так что я могла кричать, сколько моей душе угодно, не боясь напугать и смутить домочадцев. Я попыталась на него обидеться. Правда, пыталась. Но через минуту уже забыла из-за чего.
В общем, мои мужчины долго и тщательно пытались загладить свой промах (тот самый, который касался моей беременности), а я просто таяла от счастья в руках любимых и благодарила Бога за то, что после всех испытаний, он дал мне возможность любить и быть любимой. Я не знаю, сколько еще испытаний нас ждет, но уверена в одном – мы преодолеем все, если мы будем вместе…
Не вошло в книгу.
– Ой, вы что опять целовались? – Анечка удивленно всплеснула руками.
– Фууу. Противно! – Танюшин носик очень мило сморщился.
– А Ксюша говорила, что взрослым это очень нравится. Ее родители тоже постоянно целуются, – шепотом проговорила первая.
– Как это может нравиться? Это же мерзко. Беее… – Вторая опять скорчила смешную рожицу.
– Пока сама не попробуешь – не узнаешь, – с видом знатока проговорила Аня.
– Даже не собираюсь пробовать.
– Тогда я попробую и тебе расскажу.
Мы с Сережей посмотрели друг на друга.
– Только после того, как тебе исполнится восемнадцать. – Он старался говорить строго, но смех так и прорывался наружу.
– Восемнадцать?! – Возмущению малышки, кажется, не было предела. – Это мне ждать еще… – она подняла глаза к потолку и приложила к губам грязный пальчик, производя подсчеты, – двенадцать лет? А что, пораньше никак нельзя? – Мы с Сережей дружно покачали головами. – Эх. Придется поверить Ксюше на слово.
– Ну, тогда целоваться точно приятно. – Печально вздохнула Танечка. Мы с удивлением посмотрели на нее.
– И с чего ты решила? – Ее сестра была удивлена не меньше нашего.
– А с того, что родители про все самое интересное говорят, что детям этого нельзя. Сама вспомни: телевизор весь день смотреть нельзя, в комп играть нельзя, даже мороженого много нельзя.
– Точно! – Они обе сощурившись смотрели на нас и мне почему-то показалось, что этот раунд мы проиграли. – Теперь понятно, почему они все время целуются.
– Ладно, – я решила сменить тему, – так что вы нам хотели показать?