Чтение онлайн

– Я тебя всё ещё смущаю, - заметил он, не сумев второй раз поймать её взгляда. Дами нервно улыбнулась.

– После ночи как-то неловко… когда темно – легче. – Энди приподнял брови, словно умиляясь. Верящий в её невинность, он искренне не хотел шокировать или задеть чем-то подаренную ему Джиёном юную супругу.

– Но не сможем же мы есть в темноте?

– Нет, конечно, - сорвался у Дами смешок. «Джин, забери меня! Я не знаю, как вести себя с этим человеком, как обаять его? Как проникнуть в его мысли? Брат слишком многого от меня захотел». – Жарковато, нет? Или мне кажется.

– Возможно… я привык. Лето в Цинхае горячее, чем в Корее, хотя суше, намного суше. Я бывал на твоей родине – немного её знаю. Пекло не способствует бодрому состоянию духа, поэтому я и приобрел себе дом тут, в предгорье, где прохладнее. Когда наступит зима, мы поедем в нашу южную резиденцию.

– У тебя есть ещё один особняк? – не удивилась, но с любопытством узнала Дами.

– И не один… и не только в Цинхае. – Энди протянул руку и взял в неё ладонь жены. – У нас. Они наши.

– Хорошо… - прислуга вошла, чтобы забрать остывший чайник и спросить, нужно ли что-нибудь. Глава синеозерных тряхнул рукой, даже без слов, и женщина в переднике ретировалась. «Он может быть властным и суровым, - подумала Дами. – Только пока я не дала повода обращаться с собой пренебрежительно».

– Ты любишь лошадей? У меня здесь достойная конюшня. Мой сын с друзьями любил ездить верхом… я тоже любил когда-то, но не было времени. И компании.

– Я очень давно не садилась на лошадь, - призналась Дами. – Да и тот опыт, который был лет в четырнадцать – трудно назвать настоящим наездничеством. Меня просто катали на коне в парке аттракционов.

– Может быть, попробуешь? После обеда, - сестра Джиёна пожала плечами, не зная, получится ли у неё. – Я буду рядом, покажу, научу. Поддержу. – И его рука, держащая её, подтверждала его слова. Он готов был стать её опорой.

– С удовольствием, - сдалась Дами. Немного поразмыслив, она вновь решилась на вопросы: - Ты сказал, что не было компании… я понимаю, что дружбу завести трудно, когда становишься кем-то, сидящим очень высоко. Я знаю это по брату. Предательства всегда сопутствуют власти. Но… неужели за столько лет после развода… у тебя не появлялось…

– Любовницы или спутницы? – помог ей Энди. – Я понимаю, что занятость при всем желании не бывает такой, чтобы нормальный мужчина не нашел время для удовольствий. Разумеется, у меня были женщины. Не много, но были. И серьёзный роман был. Около десяти лет назад.

– Я не имею права требовать рассказать. – Дами взмахнула черными ресницами. – Но я хочу знать о тебе больше. И мне интересно, почему ты не женился ещё раз раньше.

– На неё было совершено нападение, - прямо сказал Энди. Девушка вздрогнула. – Я не хотел бы пугать тебя, но ты должна знать, с чем имеешь дело. Поэтому я приставил к тебе охрану, поэтому не против людей, приставленных к тебе братом. Тот мой роман закончился именно из-за того, что она испугалась и не рискнула быть со мной. Человек, который едва её не убил, был найден мертвым, и кто был заказчиком – узнать не удалось, а поскольку сама по себе она не была связана с мафией, то стало ясно, что делалось это мне назло. Дами, - мужчина сжал её тонкие пальцы и, поднявшись со стула, подошёл к ней, поднеся её руку к губам и поцеловав. – Я согласился на этот брак в том числе потому, что поднять на тебя руку – это не только вызов мне, но и Дракону. Тот, кто захочет сделать нам плохо теперь, должен подумать дважды. Видишь, я не скрываю от тебя той корыстной стороны, что стояла за выбором невесты… Мне нужна была та, которую побоятся тронуть не только из-за меня, раз уж из-за меня однажды не побоялись. Прости, что подвергаю тебя тем опасности, береги себя и будь осторожна. Я не знал тебя, когда собирался рисковать своей нареченной, но уже сегодня я переживаю за тебя.

– Всё будет хорошо, - кивнула Дами, не на шутку начав тревожиться за свою жизнь, но ещё больше за жизнь того, что её должен беречь. – Я не дам себя в обиду, и вокруг меня столько защитников – они тоже не дадут.

– Да будет так, - Энди наклонился, поцеловав её в лоб. – Буду ждать прогулки после обеда. А сейчас мне нужно идти.

– Разумеется, - понимающе отпустила его девушка и, переждав, когда шаги его стихнут за дверью, поднялась, чтобы направиться к себе в спальню. Запахнув халат поплотнее, она вышла. Сандо и Джин стояли по бокам от входа. Ей ничего не грозит, а если и грозит – неважно! Самое страшное – это разлука с Джином, а пока он рядом, она не боится ничего.

Проводив Дами в её собственные покои, Джин остановился и, выдохнув, встал по стойке возле друга. Сандо чуть заметно кивнул ему, видя озабоченность на лице того.

– Да ничего, просто очень сложно держать себя в руках.

– Сначала всегда тяжело, а потом привыкаешь, и получается как бы само собой. – Сандо давно перестал проявлять какие-либо эмоции, и порой трудно было поверить, что это выдержка, а не подлинное отсутствие каких-либо чувств.

– Последние лет пять я считал себя очень хладнокровным человеком, - Джин заметил торчащую ниточку на манжете, и педантично её убрал. – Но Цинхай мою кровь опять разгорячил.

– Главное не закипи и не загорись, а быть раскаленным можно, ведь пока не тронут – не заметят.

– Я начал догадываться, как остаться с Дами наедине. – Сандо предостерегающе повел бровью, предупреждая необдуманные авантюры. – Нет-нет, всё должно получиться. В смену Джексона и Марка, когда она выйдет на прогулку, я заранее войду в её комнату и спрячусь. Они ведь не заходят вместе с ней, а остаются здесь, как и мы. А после она вновь уведет их, под видом надобности куда-нибудь пройтись, и я выберусь наружу.

– Если кто-нибудь заметит, что ты пробираешься в спальню госпожи Цинхая…

– Меня казнят без суда и следствия, я в курсе. – Джин посмотрел на свои руки, чтобы на что-то отвлечься, но не отвлекся. – Но это невыносимо – смотреть, как она каждую ночь там… и идёт с утра… не несчастная, а спокойная и выдержанная, словно благоверная жена – его жена! Будто она уже не моя, ни телом, ни душой.

– А ты предпочел бы видеть её несчастной? – спросил Сандо.

– Нет. Но знать, что она может стать счастливой с другим, и полюбить его… думаешь просто вот так отпустить и пожелать счастья? Я хочу подарить ей счастье. – Зубы Джина скрипнули. – И ребенка. Это должен сделать я, не он.

– Чертов докторишко, какие амбиции и эгоизм, - хмыкнул наёмник. – Забыл всё, чему учили в монастыре?

– Если ты помнишь, меня оттуда досрочно выгнали, потому что я плохо усваивал знания.

– Ничего, как настоящий друг, я тебе вобью их в голову, если слишком забудешься.

– Ну, спасибо. – По коридору впереди шла горничная, появившись вдалеке, и молодые люди замолчали. Строить планы – это одно, а вот попытаться реализовать их – совсем другое.

Солнце входило в зенит, и на эти минуты вся жизнь замирала. Сонное обитание и тишина сопровождались редким звоном хрусталя, из которого пили освежающую воду, шорохом шелка, плавным и осторожным, будто его тяжело несли на себе, переливом бамбуковых подвесок и китайских колокольчиков, оповещающих о малейших сквозняках. Никаких посторонних звуков, какие были бы, находись поместье в пределах города; машины не ездили под окнами, случайные прохожие не болтали возле подъезда, их телефоны не звонили в сумках, телевизоры не бубнили из форточек. Но вот полдень проходил и, решаясь пообедать, люди оживали, настраиваясь на приятный вечер.