Инопланетянка
Шрифт:
А ведь они являются известные людьми, кумирами, любимцами публики… Их всегда и везде принимали на «ура»…
Тут же вспомнила отца и его совет о смене стиля поведения и имиджа.
Но если менять… То как? На что?
И вдруг меня осенило: совсем скоро я познакомлюсь с клиентами и их половинками и смогу присмотреться. Понять, что делает их любимыми столь многими людьми. Да, недруги у них тоже есть, но толпа обожателей их явно перевешивает!
Потом встал новый вопрос: вдруг я сама за работой и новыми эмоциями не замечу их «изюминки»? Этого допустить было нельзя! Значит, Нужен кто-то точный, четкий, неэмоциональный…
Нужен кто-то, кто будет скрупулезно подсчитывать отличия, а в конце выдаст мне всю картину в целом…
И это может быть только робот!!!
Я продолжала думать, когда шла по улице после работы, дома за ужином…
Программы, механизмы крутились в моей голове — хватай блокнот и записывай. Что я и сделала, оставшись одна.
А потом полгода работала в двойном режиме: на работе, создавая шифры иллюзий, а дома, собирая своё «детище».
К моменту, когда мне позволили перейти в процедурную, мой робот-аналитик был готов. Он получился маленьким. По размеру напоминал обыкновенную дамскую брошь. То что надо, ведь я его собиралась везде таскать с собой приколов к одежде.
Создав его, я радовалась и опасалась. Радовалась, что скоро, изменив себя, я смогу изменить свою жизнь к лучшему, опасалась, потому что «старую» себя мне терять, если честно, тоже не хотелось…
Поэтому я решила меняться только тогда, когда анализ будет полностью готов(то есть, к концу моего контракта), а до этого время просто быть той, кем была всегда…
В тот день, когда я впервые приколола свою «брошку», и началась моя история…
На работу я шла особенно радостная: сегодня мой первый день в процедурной. Наконец, я смогу увидеть результат своего шестимесячного труда, а также начать эксперимент.
В общем, я улыбалась миру, а мир улыбался мне в лице нашего охранника Джека… Да, страшный и грозный охранник, которого я так стеснялась и боялась, теперь мне всегда улыбался (к удивлению, всего персонала), а также здоровался, и, когда я уходила, прощался. Вот что значит хорошая дрессура, в миру известная как хорошее воспитание и вежливость!
Да, сначала вежливость была только с моей стороны, но кто сказал, что заразиться можно только какой-нибудь гадостью?
— Вы это видели?! — шептала застрявшая на проходной секретарша мадам Дюваль(Стерва ещё та. Но если у тебя ничего нет, кроме длинных ног и умения красиво на них ходить, только по головам ходить и остаётся) своим подружкам из отдела приёма заявок. — Почему столько внимания какой-то мыши программно-компьютерной?
— Завидуешь? Завидуй молча! — не смогла сдержаться я и под хрюкающий смех Джека пошла в процедурную, чтобы провести последние приготовления перед первыми клиентами.
Настроилась, подготовилась и стала ждать. Дождалась но только не клиента, а звонка мадам Дюваль…
Щёлкнула по браслету, проявилось изображение. Мадам Дюваль была с какой-то девушкой, и они, судя по всему, находились в машине.
— Так, Дарина, — начала мадам. — у нас ЧП. Поэтому ближайшие полчаса будешь развлекать Яна Тьен.
— Актёр, значится. — кивнула я — И как же я его развлекать буду? Ведь чтобыразвлечь чем-то человека, нужно о нём хоть что-то знать.
— Дарина, ты чего? — изумилась мадам Дюваль. — Ты не знаешь, ничего о такой личности, как Ян Тьен?
— Нет. — честно призналась я.
— Самый красивый, самый талантливый актёр современности. Его имя гремит на всю галактику! — просветила меня «потенциальная» пара. — И ему только 27!
— Понятно. — кивнула я, вернее, не понятно, как мне это может помочь. Хотя если повторять эти фразы постоянно, какое-то время это займёт. Да, только любой мало-мальски вменяемый человек сбежит от нас так быстро, как сможет… — Но это не спасает положение. Повторяю вопрос, чем же я его развлекать буду? Я действительно о нём ничего не знаю. Да, я смотрела два-три фильма с ним, знаю имя. И всё… Можно, конечно, поговорить и о его творчестве, но с учётом, как я в этом разбираюсь, это дело пяти минут. Но вам же надо больше?
— Нам минимум час нужен! — разъяснила начальница.
— Час… Час… — пробормотала я. — Допустим, я смогу провести его на смотровую площадку и прокатить на антикварном стеклянном лифте. Расскажу подробнее о процедуре. Но это от силы минут тридцать!
— Пусть на крыше он проведёт не пять-десять минут, созерцая панораму, а тридцать. Скажешь, что это необходимо, чтобы прийти в наилучшее состояние для процедуры.
На этом мадам отключилась, а в мою дверь постучались.
— Да, проходите. — окликнула я — и в дверь вошла чья-то мечта.
«Хорошо, что не моя». — подумалось мне.
Нет, мужчина был очень красив, правда, какой-то нереальной красой.
Высокий, атлетическое телосложение, гордая поступь, повышенное излучение обаяния, хорошие, стильные шмотки, аура успеха и некий налёт испорченности.
В общем, картинка и мечта женщин от 16 до 60. Мечта, но не моя…
Я таких типов всегда недолюбливала. Мне всегда нравились хорошие, начитанные, интеллигентные мальчики, с которыми можно было пофилософствовать(что один такой хороший мальчик меня откровенно отфутболил, обозвав скучной, опустим).
В общем, Ян мне не понравился сразу. Слишком яркий, чересчур…
Антипатию усилили взгляд, каким известный актёр прошёлся по мне, и непонятная усмешка.
— Дарина Вольн? — спросил мужчина хорошо поставленным голосом.
— Да. Программёр Дарина Вольн. — кивнула я.
— Значит так, Дариночка, мадам Дюваль передала, что ты должна со мной консультацию провести. — снисходительно поведали мне. Ну-да, знаю я, что выгляжу лет на пять моложе. Ну и, что? Что смешная? Ну есть немного… Но это не повод корёжить моё имя! И не повод быть снисходительным… И тем более не повод мне тыкать!!!
Видимо, Ян Тьен думал иначе, ибо тыкать не перестал, корёжить имя продолжил и быстро прекратил мои объяснения, став задавать вопросы. Многие из которых были на гране приличий(Многие? Все!!!). Они смущали и были неудобными. Но я честно пыталась на них ответить, пока не поняла: он издевался! Он действительно издевался и смеялся надо мной! А главное, я это понимала только на каком-то интуитивном уровне, а внешне… Уж слишком хорошим актёром был Ян… Поэтому ничего не оставалось, как продолжить его игру, продолжая краснеть. И я терпела, поглядывая на часы, нопоследней каплей стало: