Чтение онлайн

Порывшись на кухне, Семен нашел «слезы Будды». «Вот она, панацея от лжи! Надо бы поставить производство этой жидкости на поток. Купить разливной цех, сотню другую статуэток Будды — и только успевай тару отгружать. Это было бы покруче паленой водки. — Семен мечтательно разглядывал остатки эликсира. — А с другой стороны, жаль Будду, изрыдался бы весь». С улицы позвонили. Шульга поставил бутылку на стол и пошел встречать незваную гостью. Отодвинув засов на калитке, Семен отскочил в сторону. Молодая женщина быстрым шагом промчалась к дому. После секундного замешательства Семен поспешил вдогонку. Дама вошла в дом, захлопнула дверь перед носом хозяина. Шульга остановился, заставил себя успокоиться и только затем открыл дверь. Барышня стояла подбоченившись, спиной к вошедшему, но на звук закрывшейся двери обернулась. В ее взгляде мелькнуло удивление.

— А?! Это, наверное, вы и есть внучок? А где этот рыжий коротышка? Двери открывать — это его обязанность. Он и так хлеб даром ест. — Женщина вызывающе смотрела на стоящего в дверях. — Что, так и будем стоять у порога? — Барышня сняла стильный черный френч и, бросив его на пуфик, прошла в каминную комнату. Семен был повержен наглостью и напором гостьи. Надо было срочно ставить эту хамку на место. Войдя в каминную, Семен улыбнулся рассевшейся в кресле.

— Так это вы и есть моя сводная бабушка?

Гостья, моргая, приоткрыла тонкие губы для ответа, но их шевеление осталось беззвучным. Семен продолжил атаку:

— Если не ошибаюсь, Белокопчикова Татьяна Геннадьевна? Чем могу помочь? Времени у меня в обрез, но для родственников выкрою минуту-другую…

Женщина открывала и закрывала рот, пытаясь вставить слово, но Семен не позволил ей сделать это.

— Кстати, у нас в доме пол чистый, вы бы сняли уличную обувь у порога. Тапочки найдете там же, а я тем временем приготовлю кофе.

Сказав, Шульга пошел на кухню. Когда он вернулся с благоухающим напитком, гостья сидела на том же месте, но уже в тапочках.

— Вам неправильно сообщили мою фамилию. Я не Белокопчикова, а Белохвостикова! И давайте не будем разводить балаган. Я пришла по делу о наследстве. Чистотелов уведомил меня о моей доле. У меня встречное предложение. Вы, Семен, берете деньги, что унаследовали, плюс отступные за этот дом. Думаю, тридцать тысяч долларов — реальная сумма. Одним словом, я выкупаю дом со всем его имуществом. Москва, молодой человек, не для вас. Тысячи приезжих провинциалов ломали свои судьбы в столице. Вам же будет лучше, если возьмете деньги и уедете. Я могу прямо сейчас заплатить — наличными, естественно, после подписания соответствующих бумаг. Вы всего-то должны отказаться от унаследованного дома в мою пользу. — Женщина открыла сумочку и показала ее содержимое Семену. В маленьком пространстве были плотно уложены пачки зеленых купюр. Семен мысленно зааплодировал женщине.

«Молодец девка! Вид пачек со стодолларовыми купюрами уломает любого простака. Но я тебе, детка, не по зубам», — усмехнулся про себя Шульга и, подыгрывая гостье, уставился широко раскрытыми глазами на деньги.

— Полгода поживете в свое удовольствие, а потом еще получите унаследованные денежки и займетесь бизнесом! — подливала искусительница масла в огонь.

— Предложение, конечно, интересное… — задумчиво молвил Семен.

Глаза Белохвостиковой словно засветились от предвкушения близкой наживы. Шульга же лишь тянул время с ответом. Надо было выждать, чтобы «слезы Будды» начали действовать.

— Ну так что вы решили? — нетерпеливо поинтересовалась барышня.

Семен отпил горячий напиток, закурил и одобрительно отметил для себя, что женщина выпила весь кофе с добавкой эликсира. Как коршун вонзает свои когти в жертву, он впился взглядом в незваную гостью. Белохвостикова хотела продолжить свой натиск, но взгляд Семена ввел ее в замешательство.

— Уважаемая Татьяна Геннадьевна, расскажите мне о ваших планах на дом. Я имею в виду его действительную стоимость, собираетесь ли вы его продавать, если он достанется вам? И конечно, что вы предпримете в случае, если я не соглашусь на ваше предложение?

Бывшая сожительница деда пожала плечами и, не чувствуя каких-либо неудобств, начала говорить о своих задумках:

— Пожалуйста! Реальная стоимость дома порядка двухсот пятидесяти тысяч долларов. Но это не главное. Я не собираюсь его продавать. По секрету скажу: настоящее богатство этого дома — труды Григория! При помощи его книг можно заработать приличные деньги, практически не напрягаясь. Многих из постоянных клиентов я знаю, и они меня, естественно. Сейчас нашелся человек, который помог мне деньгами. — Белохвостикова кивнула на свою сумочку. — Если этих средств не хватит, он готов ссудить еще. Все мои планы зависят от вас, Семен! Если я не выкуплю унаследованный дом, мне придется заказать знакомым парням адвокатишку и, конечно, вас. Чистотелова перед смертью придется допросить с пристрастием. Изъять документацию о наследстве. У меня есть знакомый нотариус, которому по силам исправить некоторые пункты завещания в мою пользу. Теперь, Семен, вы понимаете, что в ваших интересах взять предложенные деньги и исчезнуть.

Шульгу заинтересовали коварные планы Белохвостиковой. Он решил уточнить детали.

— Вот, Татьяна Геннадьевна, вы обмолвились о приятелях, которым закажете меня и Чистотелова. Хотелось бы поподробнее узнать о них. Кто такие, где живут, работают?

Белохвостикова озадаченно моргнула, но через мгновение сомнения покинули ее.

— Исполнителем будет Виктор — мой парень. Витя обещал, что возьмет в напарники своего брата Лешку. Леха, говорит, свой, будет молчать и много денег не запросит. А нотариус — Штеркель. Этот старый боров во мне души не чает. Я держу старика на коротком поводке. Правда, приходится иногда ублажать его. Противно до тошноты, но это, как говорится, производственные издержки.

Женщина замолчала. Открыв кармашек своей сумки, достала записную книжку.

— Штеркеля можно найти на работе или дома…

Белохвостикова сначала продиктовала адреса и телефоны нотариуса, а затем места обитания своего Виктора. Со слов незваной гостьи Семен сделал запись на клочке бумаги. Закончив диктовку, Татьяна, вдруг выронила блокнот и прикрыла руками рот. Дикими глазами женщина смотрела на складывающего вдвое листок бумаги Семена. Раскинув руки в стороны и мотая головой, Белохвостикова завопила не своим голосом. Вырвавшийся из ее гортани звук походил на визг тормозов автомобиля. Не переставая верещать, барышня бросилась на Шульгу. Повалив его на пол, села верхом и остервенело стала вырывать листок с адресами. Семен был вынужден уступить беснующейся. Как только заветная бумага попала к Белохвостиковой, визг прекратился. Записи Шульги в миг превратились в клочья. В этот момент кто-то хлопнул входной дверью. Семен, лежа на полу, обернулся на звук. В дверном проеме каминной стояли Юлия и Светлана. Девушки удивленно смотрели на парочку, примостившуюся на полу. Семен вытер пот со лба и указал на оседлавшую его молодую особу.

— Это наша бывшая бабушка! Мы тут пытаемся решить разногласия относительно наследства.

Юлия недоверчиво усмехнулась и поинтересовалась:

— И как? Все стороны довольны?

Белохвостикова быстро поднялась на ноги, схватила сумочку с деньгами, блокнот, и, скрипя зубами, пошла к выходу. Семен встал, пригладил свой редкий волос и произнес вслед уходящей:

— Не видать тебе, Татьяна, дедова дома, как своего копчика! Я запомнил то, что писал. Не угомонишься, будешь хлебать баланду, и это в лучшем случае.