Чтение онлайн

— Тебе тоже есть, что сказать? — повернулся Бурин к орку.

Но тот лишь поднял руки к груди, ладонями вперед.

— У нас всех сегодня тяжелый день, — вздохнула Хельга, осматривая меня с головы до ног. — Надо же, думала, ты какая-то затычка системы, чтобы никто лишних вопросов не задавал. Ан, нет. Живой, настоящий.

— И та еще заноза в заднице! — выдала Кара, чем знатно меня позабавила.

— Но хорош, согласись? — подмигивание от Хельги, адресованное Каре, было странным.

— Бабы, — воздел глаза кверху Бурин. — Ладно, Серый, давай поговорим о насущном. Присаживайся, в ногах правды нет.

Выбирая место, поймал себя на мысли, что слишком уж я расслаблен. Пришлось встряхнуться и собрать разбежавшиеся мысли в кучу. Стул чуть в стороне, сбоку от входа. Всё внимание на слух, в попытке держать под контролем происходящее снаружи. Боковым зрением проскользил по внутреннему убранству палатки, подмечая нюансы. Недоеденный перекус на столе, сбоку наспех застеленная кушетка. Напряжение в лампочках еле-еле, а запах пота перебивает запах топлива.

— Не буду ходить вокруг да около, — начал гном, — но, думаю, ты понимаешь, зачем мы здесь и что нам нужно конкретно от тебя.

— Маграк-Озул, — не стал отрицать очевидное. — И моя кровь, как ключ.

— Мы уже вторую неделю долбимся с этими сраными вратами, и всё впустую, — с недовольством в голосе заговорил орк. — Но тут появляешься ты, причем с той стороны, и глобальное, мать его, оповещение орет на весь кластер!

Продолжить не дала Лофия. Девушка зашла тем же быстрым шагом, что и выходила, но сейчас в её руках имелся небольшой, литров на десять, бочонок. С недовольной миной на лице, девушка по-быстрому убралась на столе, а после на нем, как по волшебству появились большие кружки. Бочонок убран на пол, а в верхнюю его крышку, одним резким движением, входит краник.

Смотря на белоснежную пену, что поднимается над золотистым напитком и вполне себе ощутимый хмельный запах, только диву давался, насколько весомыми оказались слова Бурина. Недовольством от Лофии несло за версту, но в этот раз ни каких-то комментариев в мою сторону, ни слов относительно пива, не было. Сопение, да, присутствовало. Словно ребенка, какого, заставили делать нелюбимую работу.

— Нашенское, — отсалютовал мне гном. — Не моча магазинская.

Признаться, сделав один глоток, очень трудно было удержаться и не закончить кружку залпом. Действительно шикарный напиток. Правда, тут же подал голос и желудок, заурчав на всю палатку. Длинно так, жалобно, секунды на четыре. Бурину хватило одного взгляда на Лофию, чтобы на столе, спустя десяток секунд, появилось съестное. Колбаски, хлеб, гренки и куски сыра.

— Как видишь, мы и правда хотим решить всё миром, — отпив где-то половину, заговорил Бурин. — Нам очень нужно попасть в Маграк-Озул. Ты — ключ. Точнее твоя кровь. Не знаю уж, как там всё обставлено, но вполне может стать, что и твоего личного присутствия не потребуется. Только, что-то мне подсказывает, что ты от своего билета не откажешься и тут мы можем быть друг другу полезны.

— В конце концов ты нам должен, — не сводя с меня взгляда, произнес Колено. — Четыре жизни — четыре свитка.

— Я вам ничего не должен, — медленно покачал я головой, смотря в глаза гному. — Эти напали первыми, так что я просто защищался.

— Ты убил их! — сквозь зубы прошипела Лофия.

— Да-да, — кивнул я, делая последний глоток. — Свитки в помощь и больше таких предъяв в мою сторону не кидайте. Еще раз повторю — они виноваты сами.

— Ты забываешься, Серый, — вступила в разговор Хельга. — Думаешь, в пещере это весь наш клан? Поверь, за её пределами стоит лагерь побольше и при всем моем восхищении, хрена с два ты справишься со всеми.

Вздохнул. Покрутив кружку в руках, с сожалением бросил взгляд на стол с закусками. Кажется, перекус отменяется. Кара вон молодец, сидит рядом, маленькими глотками отпивая пиво, да третью уже колбаску доедает.

— И чё? — поднял я взгляд на Хельгу. — Двадцать, тридцать, сорок. Да срать я хотел на всех ваших бойцов! Ну, убьете вы нас, и чё? Через час буду дома, чаек попивать, да искать пару кланов в поддержку, которые захотят к гномьей сокровищнице лапу приложит. И знаешь, что-то мне подсказывает, что таких найдется ой, как много! — привстав, я схватил со стола колбаску и демонстративно повертел её в руках. — А вам мы кое-чем по губам поводим, и это в том случае, если вообще кто из вас в живых останется.

Активацию нескольких пассивных умений сложно было не заметить. Лофия поменяла положение тела, Колено набычился, сжав правую руку в кулак, а левую положив себе на пояс. Глаза Хельги чуть потемнели, и к запаху пота, добавился легкий, еле заметный запах озона.

— Ты ставишь меня в затруднительное положение, — спустя полминуты напряженной тишины, выдал, наконец, Бурин. — Ты убил моих парней, и пусть даже защищался, но убил. А теперь вот, в благодарность за хлеб и соль, грубишь. Понимаю, молодость, звезд нахватал, но так дела не делаются. В конце концов, нужна ведь всего лишь кровь, а тело после смерти никуда не девается. Поверь, Серый, каких бы умений ты не нахватался, но выйти из этой палатки будет сложнее, чем тебе кажется. Намного сложнее.

Ну вот, поверил в адекватность, в здравый смысл и конструктивный диалог. Кара, наверно, сидит и тихонечко посмеивается над моей верой в людей, в промежутках используя лексикон сапожника. Культ силы, мать его, во всей его красе.

— Значит так, — улыбнулся я во все свои тридцать два. — Есть у меня выход из нашей маленькой проблемы. Только вот будет либо так, как решил я, либо никак.

Спокойным взглядом скольжу по каждому из четверки, стараясь не обращать внимание на застывшее лицо Кары.

— И кто же дал тебе право решать? — процедил орк, готовый сорваться в прыжке.

— Ну, что ты, старина, — бросил уже я ироничный взгляд на орка. — Дал? Никто мне его не давал. Я взял его сам.

Макс нервничал.

Стоя на стене и вглядываясь в темный лес, он прогонял возможный исход этой осады. По всему выходило, что без большого кровопролития здесь не обойтись. И это напрягало. Сначала внутри поселилось легкое опасение, после в силу вошли сомнения в собственных силах. Следующим гостем стал страх перед смертью и нет, не за себя. Если эти длинноухие твари прорвутся внутрь поселка, жертв будет много.