Шрифт:
Сдавайте валюту! / Политика и экономика / В России
Сдавайте валюту!
/ Политика и экономика / В России
Чиновникам и депутатам тайну вкладов власть более не гарантирует
Владимир Путин внес в Думу собственный вариант законопроекта об ограничении права госслужащих на владение счетами и собственностью за рубежом. Теперь депутатам придется рассматривать президентский документ в пакете с собственным, уже принятым в первом чтении. Это произойдет 22 февраля. И уже до конца марта новый порядок может вступить в силу. Есть подозрение, что закон будет чем-то вроде высокоточного оружия — карать будут либо тех чиновников, кто не вписался во властную вертикаль, либо тех, кого не жалко.
В два клика
Все тайное становится явным. На минувшей неделе подтверждений этой истины было хоть отбавляй. К примеру, депутату и видному «единороссу» Владимиру Пехтину пришлось даже приостановить полномочия главы думской комиссии по этике на период проверки информации о якобы принадлежащей ему недвижимости в американском штате Флорида. Информацию распространил Алексей Навальный, которому помогает некий засекреченный блогер, наладивший систему обнаружения зарубежной недвижимости известных россиян.
В случае со Штатами это, кстати, проще простого. Вся информация о сделках находится в открытом доступе на официальных сайтах. Оппозиционеры теперь ищут в Сети волонтеров, чтобы прошерстить весь списочный состав обеих палат Федерального собрания, губернаторский корпус, министерства и ведомства.
Так что не зря запрет на владение заграничной недвижимостью исчез из президентского законопроекта. Скрыть виллы, дома и квартиры крайне сложно. Вот же они стоят себе на дальних берегах! И не всегда их можно оформить на всякие там фонды и трасты. Во многих странах таким образом прятать концы в воду просто незаконно.
Впрочем, и остающееся требование декларировать зарубежные квадратные метры — вещь для чиновников тоже малоприятная. Придется ведь еще и объяснять, на какие доходы все это приобреталось.
Например, в Совете Федерации «Итогам» сообщили о создании комиссии во главе с вице-спикером палаты Юрием Воробьевым, которая займется проверкой сенаторов на предмет наличия загрансобственности.
Новый порядок, который уже называют «этическим кодексом национальной элиты», рождался в муках. Когда на исходе минувшего лета первый замглавы думского комитета по конституционному законодательству, один из руководителей ОНФ Вячеслав Лысаков выступил с предложением запретить госслужащим иметь загрансобственность (счета, ценные бумаги, недвижимость), скандал разразился нешуточный. Государевым людям в случае ослушания грозил гигантский штраф (5—10 миллионов рублей), тюрьма (до пяти лет) и лишение права занимать госдолжность (до трех лет). На то, чтобы исправить положение, отводилось полгода.
Понятно, что такие новации сильно нивелировали прелести госслужбы. Бюрократия замерла в тревожном ожидании. Все гадали о том, насколько точно инициативный депутат уловил исходящие от Кремля эманации. Выяснилось, что вполне: Владимир Путин двумя руками поддержал думскую инициативу. Но тут на заданную тему высказался его коллега по тандему. Дмитрий Медведев усомнился в том, что надо рубить сплеча. Точки над «i» расставило президентское послание Федеральному собранию. Путин вновь высказался за принятие закона, но в мягком варианте: счета и ценные бумаги запретить, о недвижимости — подумать.
В Думе закипела работа: законопроект был принят в первом чтении уже в конце декабря, а весь январь собирались проекты поправок. При этом провластное большинство не переставало генерировать идеи одна другой ярче — и о запрете учебы детей чиновников за рубежом, делении зарубежья на «доброжелательное» и «враждебное»... Без четкой позиции президента депутаты наверняка потонули бы в собственном креативе.
Внесение президентского проекта отчасти сняло напряжение. Осталось лишь объяснить, почему в Кремле так не доверяют думцам. Объяснение нашлось: дескать, концепция депутатского проекта была всего лишь антикоррупционной, а вот президентский вариант — базовый и предусматривает поправки аж к 18 действующим законам.
«Как бы то ни было, президентский законопроект будет принят вместе с депутатским, который будет приведен в соответствие», — подытожил вице-спикер Госдумы Сергей Железняк.
Закоперщик процесса Вячеслав Лысаков пояснил «Итогам», проекты — депутатский и президентский — дополняют друг друга. И то, что президент отказался от запрета на недвижимость, — к лучшему: «Это было спорным моментом: во-первых, как выяснилось, у многих есть что-то на постсоветском пространстве, а во-вторых, за полгода в условиях кризиса дома и квартиры на Западе невозможно продать без потерь, вышло бы, что государство отнимает нажитое».
Пассаж о том, почему власть должна заботиться о том, чтобы у ее представителей не возникло финансовых потерь, оставим за скобками. В любом случае президентский проект во многом больше похож на царский указ о Юрьевом дне, нежели о введении опричнины. Санкции смягчены: нарушителям грозит исключительно лишение полномочий, никаких штрафов-тюрем. Лысаков и тут поддержал: «Президент декриминализировал закон, и это хорошо». Более того, по его словам, снятие с должности или потеря мандата — это суровое наказание, крест на всей последующей политической карьере.
А кто узнает?
Итак, госслужащим в итоге оставили право владеть зарубежной недвижимостью, но обязали ее декларировать, а также объяснять источник средств для покупки. Вопрос в том, как проверить правдивость деклараций. Вот депутат Пехтин ни о каких домах-квартирах в Майами в своих декларациях не сообщал, а теперь утверждает, что все принадлежит его давно уже совершеннолетнему сыну. Ну а свою подпись на американских документах объясняет весьма невнятно. Коллеги-депутаты говорят, что для расследования нужна некая официальная информация, а не то, что один блогер написал...