Чтение онлайн

– Давай пройдемся, и подальше, – смеясь, предложила Пеппи. – Я не в состоянии больше выносить этой тоски. Не понимаю, что на всех нашло. Полковник Тревер уткнулся в «Тайме». Тетя Эстер, похоже, здорово наревелась. Кармона как онемела, а у леди Кастлтон разболелась голова, и она ушла спать. А слушать миссис Тревер с ее скандальными историями времен короля Эдуарда просто невмоготу. Хочется чего-то посовременней.

– Думаешь, я для этого гожусь?

Пеппи весело рассмеялась:

– Не сомневаюсь. Итак, я жажду чего-нибудь сногсшибательного.

Они дошли до калитки.

– Видишь ли, я немного поотстал от здешней жизни.

Ведь меня три года не было.

– Да, действительно! Чем же ты занимался?

– Многим. Три года – большой срок. То, что было сенсацией, уже забылось и никого не волнует, за исключением, может, тех, кого это касалось.

Элан открыл калитку и пропустил Пеппи вперед. Они пошли по дорожке вдоль обрыва. Прилив бью в самом разгаре. Ветер здесь дул сильнее, и волосы Пеппи растрепались. Они свернули вправо, и ветер теперь дул им в спину.

Элан выбросил окурок и как бы между прочим сказал:

– А Биллу, наверное, и сейчас было бы интересно узнать о твоей увеселительной прогулке в Трептон. Это было… дай вспомнить… кажется, в июне, три года назад?

Пеппи показалось, будто протянувшаяся между ними ниточка порвалась. Элан мог бы поклясться, что у Пеппи перехватило дыхание. Но она тут же рассмеялась и беззаботно воскликнула:

– О чем это ты?

– О тебе, дорогая… о Трентоне… и Сириле Мейнарде.

Она снова засмеялась:

– А Билл… ты забыл его?

– О нет. Но ты забыла, не так ли? А он, я думаю, может заинтересоваться этим.

– Элан, дорогой, я не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь.

– Об одной скандальной истории и о том, сколько лет должно пройти, прежде чем ею перестанут интересоваться. Лично я склонен считать, что интерес не угаснет до тех пор, пока живы те, кому это небезразлично. А старина Билл, мне кажется, к тебе очень небезразличен.

– Очень мило, что ты так думаешь. Ведь Билл – мой муж, и ты это знаешь.

– В этом-то все и дело, дорогая. Он – твой муж, любит тебя и может весьма косо посмотреть на то, что ты с Сирилом три года назад провела уикэнд в Трентоне.

Пеппи шла так быстро, что Элан даже отстал немного.

Но сейчас она остановилась и, резко повернувшись к нему, топнула ногой:

– Это у тебя такие шутки?

– О нет, это не шутка. Видишь ли, тогда я тоже был в Трентоне. И видел, как вы приехали. Я заглянул в регистрационный журнал, и обнаружил, что вы записались там под именем мистера и миссис Сирил Смит. Вот мне и пришло в голову, что Биллу было бы интересно об этом узнать.

Руки Пеппи судорожно вцепились в платье. Элан заметил это и улыбнулся.

– И ты намерен познакомить его с этой выдумкой? Неужели ты думаешь, что он поверит этой чепухе?

– Конечно нет. Но я предложу ему заглянуть в регистрационный журнал, который наверняка сохранился. Ты знаешь, что у Сирила своеобразный почерк. И Билл это знает.

– Думаешь, он поедет в Трентон искать этот журнал?

– Думаю, что поедет. Он мне, конечно, не поверит.

И отправится в Трентон только для того, чтобы уличить меня в обмане. Только это окажется правдой, и ты это знаешь.

После долгого молчания Пеппи спросила:

– Чего ты хочешь?

Элан рассмеялся:

– Вот и умница! Все можно решить цивилизованным путем. Билл – замечательный парень, и ты само очарование… Зачем мне разрушать ваш брак? Терпеть не могу конфликтные ситуации. Но ведь надо как-то жить.

– С помощью шантажа?

Элан вздохнул:

– Дорогая, давай не будем разыгрывать мелодраму. Это так старомодно.

– Удивляюсь, как тебя до сих пор никто не убил! – в сердцах воскликнула вдруг Пеппи.

– Смотри, кто-то идет, – театральным шепотом произнес Элан.

По тропинке шла влюбленная парочка: Мирта Пейдж и Норман Иванс. Мисс Мирта работала в дамском салоне, а ее кавалер был клерком местной адвокатской конторы.

Поравнявшись с Пеппи и Эланом, они зашептались, прибавили шаг и свернули за угол.

Элан укоризненно покачал головой:

– Видишь, что получается, когда теряешь самообладание? Они слышали, что ты сказала.

– Ну и что?

– А то, – еле сдерживая смех, сказал Элан, – что теперь, прежде чем столкнуть меня со скалы, тебе придется хорошенько подумать. На мое счастье есть свидетели того, что ты желаешь моей смерти. Они слышали, как я называл твое имя.

Пеппи развернулась и пошла к дому. Ветер дул в лицо.

Когда они подошли к калитке, Пеппи, не поворачивая головы, спросила:

– Чего ты хочешь?

– Видишь ли, я нахожусь в стесненных обстоятельствах.

Но ты могла бы помочь мне. Я не стану просить у тебя деньги, да их у тебя и нет. Но принять в подарок твой жемчуг, я бы, пожалуй, согласился. Чтобы не ставить тебя в трудное положение, я готов обратиться к знакомому мастеру и сделать копию с твоего ожерелья. Билл не заметит подлога. Все будут в выигрыше. Ты обретешь покой, а я поправлю свои дела.

«Слава богу, день закончился», – вздохнула Кармона, вернувшись в свою комнату. Она пыталась разобраться в себе.

Хотела понять, откуда взялось это чувства страха и напряжения. Ведь встреча с Эланом была неизбежна. У них много общих знакомых, а это значит, что рано или поздно они должны были столкнуться. Пытаться избежать встречи было бы слабостью. Стало быть, единственно разумный и достойный выход – возобновить старые родственные отношения и вести себя так, как будто ничего не произошло. И это естественно: теперь у нее есть муж, она не может позволить себе тратить эмоции на бывшего возлюбленного. Кармона прислушивалась к голосу разума, но избавиться от напряжения не могла. И все-таки хорошо, что день, который начался с ощущения приближающейся бури, прошел и больше никогда не повторится. Буря так и не разразилась. Или разразилась?