Чтение онлайн

Калигула (заинтересованно). Так ты действительно веришь в богов, Сципион?

Сципион. Нет.

Калигула. Тогда я не понимаю, с чего это ты так рьяно взялся обличать богохульство.

Сципион. Я могу отрицать что-либо, но не считаю необходимым очернять или лишать других права верить.

Калигула. Весьма непритязательно. Вот она – истинная скромность. Я восхищаюсь тобой, Сципион, и, как ты знаешь, завидую тебе: скромность единственное, чего во мне никогда не будет.

Сципион. Не мне ты завидуешь – богам.

Калигула. Хочешь, я открою тебе главный секрет моего правления? Все, в чем можно меня упрекнуть на сегодняшний день, – так это то, что я добился кое-какого прогресса в деле могущества и свободы. Человека, который любит власть, несколько раздражает соперничество богов. И потому я упразднил их. Я доказал этим призрачным богам, что человек сильной воли безо всякого труда может справиться с их нелепым ремеслом.

Сципион. Это богохульство, Кай.

Калигула. Нет, Сципион, трезвый взгляд на вещи. Я понял, что есть единственный способ сравниться с богами – стать таким же жестоким, как они.

Сципион. Стать тираном, Кай?

Калигула. Что такое тиран?

Сципион. Слепая душа.

Калигула. Ты не прав, Сципион. Тиран – тот, кто приносит народы в жертву своим желаниям и идеям. У меня нет идей, и мне больше нечего желать – ни власти, ни почестей. И если я пользуюсь властью, то лишь ради компенсации.

Сципион. Компенсации чего?

Калигула. Глупости и ненависти богов.

Сципион. Ненависть не компенсируется ненавистью. Властью вопроса не решишь. И я знаю единственное средство уничтожить вражду в этом мире.

Калигула. И что это за средство?

Сципион. Нищета.

Калигула (поглаживая ступни ног). Нужно будет испытать и этот способ.

Сципион. Пока ты собираешься, вокруг тебя умирает множество людей.

Калигула. На самом деле, не так уж много, Сципион. Знаешь, от скольких войн я отказался?

Сципион. Нет.

Калигула. От трех. И знаешь почему?

Сципион. Потому что тебе плевать на величие Рима.

Калигула. Нет. Потому что я ценю человеческую жизнь.

Сципион. Ты смеешься надо мной, Кай.

Калигула. Или, по крайней мере, я ставлю ее выше, чем идеал завоевания. Но правда и то, что не выше, чем собственную жизнь. И мне легко убивать потому, что мне легко умереть. Нет, чем больше я размышляю, тем больше убеждаюсь, что я – не тиран.

Сципион. Какая разница! Нам это стоит столько же, как если бы ты им был.

Калигула (нетерпеливо). Если бы ты взялся подсчитать, ты убедился бы, что и самое незначительное военное предприятие рассудительного тирана обошлось бы вам в тысячу раз дороже, чем капризы моей фантазии.

Сципион. По крайней мере, это было бы разумно и, главное, понятно.

Калигула. Судьбу нельзя понять – поэтому я творю судьбу. Я принял личину богов, глупую и непостижимую. И только что твои товарищи учились обожать ее.

Сципион. И это тоже богохульство, Кай.

Калигула. Нет, Сципион, это драматическое искусство. Ошибка всех этих людей в том, что они недооценивают силу театра. Иначе они знали бы, что любому человеку позволено разыграть небесную трагедию и стать богом. Для этого достаточно ожесточить сердце.

Сципион. Может быть это и так, Кай. Но если это правда, то ты сделал первый шаг к тому, чтобы однажды легионы очеловеченных богов восстали вокруг тебя, беспощадные, как и ты, и в один миг потопили в крови твое божество.

Цезония. Сципион!

Калигула (жестко, с расстановкой). Помолчи, Цезония! Сципион, ты сам не знаешь, как хорошо ты сказал. Я с трудом представляю себе день, о котором ты говоришь. Но несколько раз я видел его во сне. И на всех лицах, которые подступали ко мне из глубины горькой ночи, в их чертах, искаженных ненавистью и злобой, я с восторгом узнавал единственного бога, которого я признаю в этом мире: подлого и трусливого, как человеческое сердце. (Раздраженно. ) А теперь убирайся. Ты сказал слишком много. (Меняя тон. ) Мне еще нужно выкрасить ногти на ногах: вещь совершенно неотложная.

Все выходят, кроме Геликона, который расхаживает вокруг Калигулы, наблюдая, как тот красит ногти.

Калигула. Геликон!

Геликон. Что?

Калигула. Твоя работа продвигается?

Геликон. Какая работа?

Калигула. Ну какая!. . Луна.

Геликон. Продвигается. Тут вопрос терпения. Но я хотел бы поговорить с тобой.

Калигула. Может быть, терпения у меня бы и хватило. Но у меня мало времени. Нужно действовать быстро, Геликон.

Геликон. Я уже говорил тебе, я буду стараться изо всех сил. Но прежде мне нужно сообщить тебе важные вещи.

Калигула (словно не слыша его). Знаешь, что я ее уже имел.

Геликон. Кого?

Калигула. Луну.

Геликон. Да, конечно. Но знаешь ли ты, что против тебя составляют заговор?