Чтение онлайн

— Какой?

— Я думаю, вы знаете, но если для вас так важно это услышать от меня, то чем я занимаюсь, всегда будет интересовать спецслужбы. Но я не обращаю на это внимания. Вероятнее всего за мной уже присматривали, иначе вы бы не появились. Если это просто любопытство, то я против данного вопроса. Задавайте следующий.

— Почему не хотите ответить на него?

— Не хочу развивать у вас дурные привычки задавать вопросы, ответы на которые мы оба знаем.

Он улыбнулся: — Ну что же, тогда следующий вопрос. Пусть он покажется формальным, но постарайтесь ответить. Как давно вы знакомы с вашим партнером Майклом Стоуном?

— Около года.

— А где познакомились?

— На одном из семинаров в Европе. У нас установились хорошие отношения, которые переросли в совместный бизнес. С ним что-то не так?

— С кем?

— С бизнесом конечно, с Майклом я думаю все в порядке.

— Пока так, — ответил Эрик уклончиво. — У вашей совместной компании APEF (Agency of political and economic forecasting — агентство политического и экономического прогнозирования) достаточно хорошая репутация и многочисленные связи, знакомства. Достаточно громкое название.

— Потому и есть эти знакомства, так как репутация хорошая. Глупо было бы иначе. А название должно быть звучным, но и простым на слух. А что называться «Стоун и компаньон»? Никто тогда не поймет, чем мы занимаемся, а так сразу все понятно.

Я знал, что говорил. У нас действительно были хорошие связи в бизнес кругах и государственных учреждениях. Им это было известно, и давить на меня они чуть опасались.

— Скажите, вот вы бываете в компании «Метроном», насколько она важна для вашего бизнеса?

Не очень долго он шел к этому вопросу, но я внимательно слушал его, не выпуская из вида лица, стараясь понять значимость вопроса.

— Вообще о вопросах бизнеса не принято рассказывать. Есть коммерческая тайна, но могу сказать, что она не является основной в нашем деле, от нее не плохой доход, но не все завязано на нее, а люди там, как и везде в этой области интересные.

— Вы встречались с кем-либо вне работы? Я имею ввиду сотрудников компании «Метроном».

— У меня не плохие отношения с некоторыми сотрудниками, но они не переходят в разряд дружбы, но встречаюсь и вне работы.

— И о чем ваши беседы?

Я засмеялся: — Вы сотрудники серьезного ведомства. Это только в кино и книжках отвечающий сообщает, о чем он говорил такого-то числа в такое-то время. Обычный человек это не запоминает сидя за стаканом вина или пива. Зачем держать словесный мусор в голове? Задавали ли вы этот вопрос тем, с кем я общался, не спрашиваю, так как подозреваю, что ответа не услышу. Что касается встреч, то разговаривали о чем угодно: о жизни, о ценах, работы касались иногда. Вы же знаете, что я занимаюсь стратегическим прогнозированием. «Метроном» вышел на нас, я иногда консультирую их. Нормально, что я немного ближе познакомился с некоторыми сотрудниками, что позволяет нам встречаться вне работы.

— Вы знаете, чем занимается компания в целом?

— Наивный вопрос. Если я ней сотрудничаю, то конечно я должен знать круг ее работы. Глупо меня приглашать по вопросу ремонта станков или архитектурных проектов. Кто их заказчик я не спрашиваю, хотя иногда они сообщают. Они же решают вопросы комплексно, и одним из направлений у них является прогнозирование. Это можно понять из характера задаваемых вопросов. Иногда это просто данные без указания организации.

— А вы сами не пытались узнать более точно об их заказчиках?

— Если они считают возможным, то говорят, но и я не любитель, и понимаю, что заказчиками бывают как крупные предприятия, так и государственные учреждения. Но я не интересуюсь, если меня не посвящают.

— Вериться с трудом.

— Это ваши сложности.

— Раз вы занимаетесь прогнозированием, то должны уметь анализировать, иначе как же строить прогнозы, без упора на факты, события. Характер даваемой вам информации может сказать о многом.

— Не верьте, но пытаться узнать, откуда пришел заказ не собираюсь, а своими догадками делиться не собираюсь. Я не собираюсь отвечать ни за вашу доверчивость, ни за вашу подозрительность. Это от меня не зависит. Так что ничем не могу помочь.

Мне было интересно, что им известно. Наверняка кто-то из тех, с кем я встречался, рассказали о темах наших разговоров. — Что касается оснований для раздумий, то конечно, вы правы, — продолжал я, так как давать им зерна сомнений не стоило. — Мне иногда задают вопросы чисто гипотетические. Типа, а как вы думаете, как будут развиваться события, если и так далее…

— Но вы можете в дальнейшем представить, о чем шла речь, получив данные из официальных источников.

— Конечно, иначе я бы не стоил тех денег, что мне платят. Я читаю газеты, смотрю телевидение и могу, и должен думать. Но мы говорим пока в общем. Вас, очевидно, интересует что-то более конкретное?

Эрик взглянул на коллегу, лица которого я не видел, он сидел чуть левее меня, а поворачиваться, чтобы увидеть его мимику, я счел ненужным, чтобы не проявлять излишнего любопытства. Помолчав, Эрик произнес:

— Нас интересуют некоторые вопросы, что вы обсуждаете и, конечно, сотрудники с кем вы общаетесь вне работы.

— Что вас интересует?

— Что может интересовать наше ведомство? Нет ли утечки информации, что может представлять угрозу стране, или возможна ли она.

Ну, да, так я и поверил, что с таким вопросом ты будешь обращаться ко мне, но что же играем дальше.

— Вы это серьезно! Это вы предлагает мне — иностранцу!

— Мы сотрудничаем с людьми из разных стран. Национальность не имеет значения.

— Вы обратились не к тому человеку.

— Вы ошибаетесь. Вы специалист, у вас свой взгляд, к тому же европеец.

— Вот оно что! Вас Европа интересует, но повторюсь, не по адресу. Я не играю в эти игры.

— Это не игра. У вас виза на год?

— Пока, да.

— А если возникнут проблемы?

— Угрожаете?

— Что вы! Так, рассуждаю, чем можем быть полезны друг другу.