Чтение онлайн

В голове от ужаса помутилось так, что неожиданно для самой себя, Бреда издала истошный визг на грани ультразвука, подняв домочадцев с тёплых постелей на три часа раньше положенного.

Выбегая из кухни в узкий и тёмный коридор в состоянии животного ужаса, она с грацией носорога, смахнула с подставки масляный светильник и понеслась дальше, размахивая руками, спотыкаясь и визжа. Разлитое масло мгновенно вспыхнуло, пожирая деревянные настилы и фанерную обивку на стенах. Огонь стремительно добрался до окон и поднялся по занавескам к потолку, застилая густым дымом все этажи, проникая во все щели. А тучная экономка, ослепнув от страха и, ничего соображая, провалилась в подвал, пересчитала копчиком все крутые ступени и, миновав мешки с овощами, затихла в винном отделении погреба.

Проснувшись, челядь и члены семьи Фризз начали носиться по всему дому, в попытке найти источник пожара. Коридор тушили общими усилиями. Ведра с водой из пруда передавал по цепочке даже Эльб. Он не успел переодеться из смешной серой шёлковой пижамы в чёрный горошек в свой сдержанный костюм, и бегал, роняя мягкие тапки, прыгая на одной ноге и костеря путающихся под ногами испуганных слуг.

Арту прогнали обратно в комнату, опасаясь, что лот поранится или получит ожоги, что недопустимо ввиду приближающейся даты аукциона. Девушка со скучающим видом наблюдала из окна занятную возню, догонялки с вёдрами наперевес и ждала финала. К счастью, пожар потушили быстро. Господин Эльб с достоинством дождался, пока ему найдут его потерянные тапки, и гордо вскинув голову, направился в свои покои, чтобы переодеться. До Арты донеслось его отчаянное брюзжание, когда он проходил мимо:

– Ноги теперь грязные. У меня ноги грязные, а я ведь лицитатор! С ума сойти! Ноги грязные! Кто-нибудь, принесите мне таз с водой и мыло! Мне надо вымыть ноги! Ноги грязные! Как так?..

Он шёл по садовой дорожке на цыпочках, так и не надев тапочки, и ойкал со страдальческой гримасой от каждого камушка, попадавшего под ступни. Тапочки он нежно прижимал к груди руками в перчатках. Интересно, он что, и спит в перчатках? Арта успела рассмотреть на его лодыжках влажные, с сукровицей язвы. Большие и глубокие язвы.

Наигравшись вволю в пожарных, вся челядь по приказу хозяина бросилась наводить порядок и искать виновника. Кто-то слышал крики Бреды. Сделав соответствующие выводы, найдя погрызенный кусок филе индейки на кухне под столом, дружно решили, что кроме экономки, никто из слуг не питает особой страсти к сырому мясу. Встаёт же она рано, зачастую в пять утра. Следовательно, пожар устроила она. Да и факт её исчезновения подлил масла в огонь. В процессе её поиска люди заводились, готовясь надавать ей люксовых щелчков по темечку.

Её обнаружили в погребе с лихорадочно зажатой в трясущихся руках, кажется, пятой бутылкой отменного старого вина. Она выдала себя звонким иканием. Рядом сверкали четыре уже опустошенные бутылки с элитными этикетками. Забившись в угол под полками с алкоголем, экономка бормотала что-то бессвязное, никак не проясняя сути случившегося. Сарайные рабочие, кузнец и Бав с трудом выволокли упирающуюся пьяную экономку и потащили, словно мешок, скатывая дорогие ковры её ногами на суд к лицитатору. Тот уже успел переодеться и, с гордо поднятой головой, встречал виновницу пожара.

Но и стоя на непослушных ногах и регулярно икая, экономка не могла четко изъясняться. Дело сдвинулось после пары крепких оплеух от кузнеца. Однако рассказ экономки заставил всех слушателей заподозрить, что она употребила не только вино, но и какую-нибудь дурман-траву. Или, ещё хуже – сошла с ума. Только лицитатор нахмурился: не хватало в их усадьбе мухана! Если хоть один проберётся в черту верхнего города, невзирая на ультразвуковые отпугиватели по периметру, то быть беде. Эти твари принесут не только хаос, но и несметное количество всяких хворей, большинство из которых современные врачи не знают, чем и как лечить.

Растерянные слуги, вооружившись всем, на что горазда человеческая фантазия, бросились искать зверька. Но никого не нашли.

В тот день все члены семьи Фриззов завтракали в своих комнатах. И день прошёл тоже взаперти, так как слуги продолжали обыскивать всю усадьбу, опасаясь, что пьяная экономка всё же не соврала, пытаясь себя выгородить. Никто, правда, уже не сомневался, что испорченное филе на кухне её работа. Пожалуй, более глупой выходки в усадьбе Фриззов не бывало. Бреду ждало длительное наказание и штраф за испорченное пожаром имущество лицитатора, воровство мяса и выпитые пять бутылок отменного вина. Что на неё нашло?

Следующее утро воссоединило всю семью снова в столовой. Но завтрак проходил в гробовом молчании. Хозяин, оставшись без своего любимого мясного пирога, сидел и размышлял о своих кровожадных пожеланиях в отношении экономки. И мысли эти были одна страшней другой. Он точно её обреет. Польёт смолой. Вываляет в перьях. И отправит прогуляться по проспекту верхнего города. Нет, сначала её покрасит в зелёный цвет с ног до головы. Нет, потом покрасит.

Роскошный дом выглядел теперь не лучше бараков жителей нижнего города.

Лицитатор не мог смотреть на Арту, стыдясь того, что она видела его в смешной пижаме и босиком в саду. Но Арта не думала о его пижаме вовсе, но сверлила его сердитым взглядом, поджидая момент, когда можно получить ответ за нанесённое ей оскорбление, а именно замалчивание титула.

Внезапно хозяин поднялся, прервав завтрак на самом вкусном блюде. Нетерпеливо махнул рукой, приказав всем сесть и продолжать трапезу.

– Арта, пересядь на моё место, – только и сказал он, и быстро покинул столовую.

Девушка не посмела возразить, медленно, удивленно пересела во главу стола и растерянно проводила взглядом вздорного старика.

Порыв устроить за завтраком разбор полётов пришлось на время отложить. Задавать же неуместные вопросы было не в правилах Арты. Лицитатор проверяет её на выдержку? На знание этикета? На скромность? На жадность? Что он хочет сказать своим решением, посадив её на свой стул?

Арта ела, не торопясь, аккуратно, как учила мать. Пришлось вспомнить все заковыристые правила использования приборов, очередность блюд, о которых она только слышала, но никогда не видела и не пробовала. Матушка могла и подзатыльник крепкий дать при ошибке за столом, а потому Арта помнила каждую мелочь в правилах. Так как в данный момент она занимала главное место, за ней остается право прервать трапезу в любое время, что явно заставляло доктора нервничать – ел он быстро и жадно, косясь злыми глазами на худенькую девушку. Ден же развлекался, с ироничной насмешкой наблюдая за врачом. Бухгалтер едва сдерживал смех, без труда поддерживая ритм завтрака на одной волне с гостьей. Он сразу понял, что лот Арта не станет позорить себя постыдно-торопливым поглощением пищи, лишний раз напоминая окружающим, что она здесь никто. В ней определённо присутствует аристократический лоск и воспитание. И где нашёл лицитатор эту юную тигрицу?