Шрифт:
Пролог
Летний семестр
Первый день летнего семестра в Мидоубанкской школе. Солнце ярко освещало площадку перед зданием. Парадная дверь была распахнута широко и гостеприимно. В дверях стояла мисс Ванситтарт; ее великолепные волосы, безупречно причесанные, падали на плечи. Некоторые родители обращались к ней, не зная, что прерогатива отвечать на вопросы принадлежит здесь мисс Вулстроу.
Рядом с мисс Ванситтарт, представляя собой полную ее противоположность, находилась мисс Чедвик, настолько хорошо известная большей части обитателей «Мидоубанка», что просто невозможно было представить школу без нее. И мисс Ванситтарт, и мисс Чедвик занимали должности педагогов. Мисс Чедвик, в пенсне, безвкусно одетая, с нечеткой дикцией, считалась, однако, блестящим математиком.
Приветственные слова и фразы, доброжелательно и немного снисходительно произносимые мисс Ванситтарт, отчетливо звучали в теплом воздухе.
– О, как поживаете, миссис Арнольд? Лилия, а как вам понравилась поездка в Грецию? Не правда ли, великолепно! Вы, конечно, много фотографировали?
– Да, да, леди Гарнет, мисс Вулстроу получила ваше письмо и все уладит. Все будет в порядке…
– Как поживаете, миссис Вирд?.. Неужели? Я не слишком уверена, что мисс Вулстроу будет обсуждать с вами эту точку зрения, даже если вы того пожелаете…
– Отправляйтесь в вашу спальню, Памела…
– О да, леди Виолет, этой весной погода была просто ужасной! Это ваш малыш? Как тебя зовут? Гектор? Какой у тебя чудесный аэроплан!
– Очень рада видеть вас, мадам! Я сожалею, что не смогла раньше… Но мадемуазель Вулстроу была так занята…
– Добрый день, профессор! У вас, несомненно, много замечательных находок?..
В небольшой комнате на первом этаже Анна Шапленд, секретарь мисс Вулстроу, печатала на машинке. Для своих тридцати пяти она выглядела прекрасно: очень черные волосы, спортивная фигура. Когда хотела, она умела быть привлекательной, но жизнь научила ее, что простота и достоинство часто дают лучшие результаты и позволяют избежать многих осложнений. Сейчас Анна успешно вела делопроизводство известной женской школы.
Время от времени, вставляя чистые листы бумаги в каретку, она бросала взгляд в окно, внимательно рассматривая прибывающих.
– Боже! – проговорила мисс Шапленд вполголоса. – А я и не знала, что в Англии так много шоферов!
Она улыбнулась, видя, как к дому подъехал великолепный «роллс», а следом за ним – маленький «Остин». Затем ее внимание привлекли отец с дочерью. Отец, явно военный, старался казаться спокойнее, чем был на самом деле. Видя, что он медлит, мисс Ванситтарт покинула свой пост у двери и взяла новую питомицу за руку.
– Майор Харгривс? А это Алиса? Пройдемте в дом, я покажу вам ее комнату.
Анна, продолжая печатать, усмехнулась: добрая старая Ванситтарт – прославленная учительница. Как ловко она подражает манерам Вулстроу! Само совершенство!..
Громадный и, вероятно, ужасно дорогой «Кадиллак», окрашенный в два цвета – малины и небесной лазури, остановился позади старенького «Остина» майора Алистера Харгривса.
Шофер выскочил из машины и открыл дверцу перед громадным темнолицым бородачом, закутанным в одеяние из верблюжьей шерсти. За ним вышла стройная смуглая девушка.
«Похоже, прибыла принцесса из какой-нибудь восточной страны», – подумала Анна. Шумное появление экзотического чужеземца позабавило ее, но шутить по адресу мисс Вулстроу не следует. Мисс Вулстроу – важная персона.
– Наверняка эта девочка из семьи принца или даже короля, – повторила она вслух, заканчивая очередное письмо.
Анна – секретарь со стажем. Ей довелось служить у пунктуального и обязательного главы нефтяной компании, затем – секретарем у сэра Мартина Тодхантера, известного своей эрудицией, раздражительностью и неразборчивым почерком. Работала у двух министров и видного общественного деятеля. Всегда – среди мужчин. А теперь вот впервые очутилась она в женской компании. И все из-за Денниса! Преданный Деннис! Постоянный и всегда одинаковый: возвращаясь из Малайи, Бирмы, из разных частей света, он каждый раз просил ее стать его женой. Дорогой Деннис! Только… быть женой Денниса – скучно.
Да, здесь чувствуется отсутствие мужского общества. Педагоги – только женщины, обслуживающий персонал – тоже. Мужчин здесь нет, кроме садовника, которому чуть ли не восемьдесят лет.
Но тут Анну ждала неожиданность. Поглядев в окно, она увидела человека, подстригавшего газон. Ясно, что это садовник, но далеко не восьмидесятилетний. Молодой, стройный, отлично выглядит. Да и работает он как-то необычно, и на сельского жителя не совсем похож. Впрочем… Существует ведь поденная работа. Просто молодому человеку нужны деньги для поддержания тела и духа. А если присмотреться, то движения его уверенны, похоже, что знаком с этой работой. А может, действительно новый садовник?
«Он оглядывается, – заметила Анна, – как будто боится показаться смешным…»
Ей осталось напечатать еще одно письмо, после чего можно будет прогуляться по саду.
Мисс Джонсон, экономка, занималась распределением учениц по комнатам, знакомилась с новичками, радушно приветствовала старых учениц. Она была рада, что снова начался учебный год. Мисс Джонсон никогда не знала, что ей делать на каникулах. Ее две замужние сестры, которых она не раз приглашала приехать, все никак не могли выбраться в «Мидоубанк». А сама мисс Джонсон, хотя вполне искренне любила своих сестер, по-настоящему жила только интересами школы.
Да, прекрасно, что начинаются занятия!
– Мисс Джонсон!
– Да, Памела?
– Мисс Джонсон, я вот что хочу сообщить… Боюсь, у меня что-то сломалось, то есть в моем чемодане. Что-то льется, и, по-моему, это масло для волос.
– Так посмотри же скорее, – сказала мисс Джонсон, торопясь помочь Памеле.
Мисс Рич, преподаватель английского языка и географии, прогуливаясь перед домом, оступилась и упала. Увы, она часто забывает смотреть под ноги и не следит за тем, где находится.
Прическа растрепалась, но булочку, крепко зажатую в руке, мисс Рич не выпустила.
«Скорее обратно! – приказала она себе. – Кажется, здесь розы…»
Вдруг она почувствовала, что ее поднимают и ставят на ноги. Молодой садовник сказал:
– Держитесь крепче, мисс.
– Благодарю вас, – пробормотала мисс Эйлин Рич и отошла, не глядя на юношу.
По лужайке, поросшей травой, быстро шагала мадемуазель Бланш – новая учительница французского. С интересом посмотрела она на сильного молодого человека, чинившего изгородь.