Лабиринт кочевников
Шрифт:
– Молодой человек! Молодой человек, ну же!
Он обернулся. Возле старенького прямоугольного «Фольксвагена» стояла растрепанная блондинка в турецкой дубленке и смотрела на него совершенно отчаянными глазами. Ян подобрался: офицерская кость, взыграв где-то в подсознании, заставила его сделать два шага навстречу.
– Что случилось?
– Водила у меня забухал, вот что, – горько выдохнула та. – А мне товар на Грайку отвезти на точку надо, хоть убейся. А то деньги уйдут…
– Да я выпил, – развел руками Ян.
– Так отвезу-то я сама! Просто грыжа у меня, поднимать нельзя ничего. Вы вот помогите, если можете. Я ж вижу, человек вы интеллигентный, да и здоровья вон сколько. Шесть ящиков водки забросите?
Тут только Ян понял, что фургончик стоит кормой к ларьку с опущенными щитами на окнах – видно, точка не работала, использовалась как склад. Климов рассмеялся и быстро подошел к приоткрытой двери, за которой виднелся свет:
– Да что там забрасывать…
Плотные картонные коробки он брал по две, так что справился быстро. Закончив, хлопнул дверью задка и снял перчатку:
– Ян, если что, – ему было весело, и он ждал ответного рукопожатия, но женщина только мотнула головой, глядя на него с какой-то злой зимней тоской:
– Спасибо вам, – в ее руке появилась бумажка, и Климов застыл от изумления. – Как надо, так ни одного ханыги не видать…
– Отдайте на опохмел кому-нибудь, – с раздражением произнес он и повернулся, натягивая перчатку на застывшую уже ладонь.
– Танька меня зовут, – услышал он в спину за миг до того, как хлопнула водительская дверца. – Танька!
Ян лишь дернул в ответ плечами и шагнул на «зебру» пешеходного перехода. Серый и мокрый день уже шел, в общем-то, к вечеру – темнеет на Урале рано. Шлепая ногами по снежной каше тротуаров, Ян добрел до знакомого мини-маркета на перекрестке и сразу прошел в алкогольную секцию. Выпить ему не хотелось, да и не выпивал он, по сути, никогда, но сейчас жуткая серая пустота вокруг окутала его настолько плотно, что иного выхода он не видел. Он снова набрал четыре пакета жратвы – на сей раз у кассы сидела не вчерашняя девчушка, а матерая тетка в большущих очках – и неторопливо добрался до своей калитки.
Замок лягзгнул как-то особенно звонко, будто тявкнула собака, приветствующая грустного хозяина. Климов усмехнулся этой своей мысли и снег с ботинок отряхивал у крыльца уже почти весело. В конце концов, у него теперь был дом, а в этом доме теплая уютная кухня, где всегда можно засесть с чашкой чая.
Поставив греться чайник, Ян переоделся и потом только вспомнил, что так не выяснил, как же решить вопрос с Интернетом.
– Ладно, – сказал он себе, намазывая кусок белого хлеба плавленым сыром, – завтра займусь.
Он забрал из спальни недочитанный вчера номер журнала «Техника – молодежи» за 1984 год, который странным образом нашелся за комодом, на котором стоял телевизор, налил себе коньяка и взялся заваривать чай. За окнами начало темнеть.
«Что это я, полдня прогулял? – удивленно подумал Ян. – Ничего себе!»
Он подошел к окну, отодвинул в сторону пыльную занавеску, чихнул и заглянул в сырой сумрак, где шевелились на ветру ветви чахлого садика. У соседей везде горел свет, в одной из комнат большого кирпичного дома окно шевелилось голубоватыми тенями телевизора. От них Яна отделял всего лишь кривой заборчик из сетки-рабицы и, скользнув глазами по этим желтым живым окнам, Климов почувствовал облегчение. Люди были рядом, руку протяни. А подступающая осенняя ночь – ну что ж, осень есть осень, веселья не жди…
В прихожей приглушенно заверещал вызовом телефон. Ян выскочил из кухни, сунул руку в карман куртки, но ответил не сразу. Номер был совершенно незнакомый, и он сделал пару глубоких вдохов, прежде чем нажать кнопку.
– Ян Антонович? – молодой голос звучал предельно корректно, даже почтительно. – Это от подполковника Сомова. Ян Антонович, мы к вам сейчас подъедем, тут приказано пару коробочек вам закинуть, вы откроете, ладно?
– Сейчас – это когда? – облегченно переспросил Ян.
– Мы уже рядом совсем…
– Одеваюсь, – Ян отключился и сунул ноги в ботинки.
Через две минуты на улице показался «уазик» без милицейских полос, но с надписью «Экспертная лаборатория» на борту. Климов махнул приветственно рукой. Водитель остановился точно возле калитки, и из машины выбрались двое парней в кожаных куртках.
– Ян Антонович? – очень вежливо спросил один из них.
– Да вы же видите, ребята…
– Порядок есть порядок. Вадим Сергеич скоро подъедет, а пока вот занести надо…
Парни вытащили из салона две коробки от какой-то электроники и сноровисто внесли их на веранду.
– Там еда всякая, – озабоченно произнес один из них, – так вы… ну, если на стол накрыть, так скажите, я из райотдела девочек отправлю. Тут рядом, они мигом прибегут.
– Да я справлюсь, ребята. Спасибо вам.
– Если вдруг что, – поднял глаза второй, – вот по этому номерку моему отзванивайтесь сразу. Хорошо, Ян Антонович?
– Ребята, да вы что?.. – растерялся Климов. – Я офицер все-таки… был когда-то.
– Тут, Ян Антонович, дело такое, что… ну да ладно. Не будет ничего – да и хорошо.
Когда неожиданные гости захлопнули за собой калитку, Ян перетащил коробки в кухню и задумался: стоит ли искать скатерть? Если она где и найдется в наследстве старого хозяина, то вонять от нее будет противно, а этот старый стол красив, как ему виделось, просто сам по себе.
В коробках, вскрывать которые пришлось ножом, до того тщательно они были заклеены, обнаружилась такая куча сокровищ, что Ян аж присвистнул. Виски, коньяки, упаковка пепси, два пака немецкого баночного пива, колбасы, ветчины, овощные консервы – Сомов, очевидно, решил обеспечить своего старого приятеля надолго, потому как съесть это вдвоем невозможно было и за три дня.