Легенда
Шрифт:
Но больше никто ничего не успел сказать. Ибо свет сменился тьмой, а потом перед глазами появилось небо. Бело-голубой небосвод, который уродовали чёрные полосы пожарищ.
— Есть у кого попить? — прохрипел я, не в силах даже пошевелиться.
И мир вокруг замер. Никто не мог поверить в то, что я очнулся. Буквально. Даже те, кто уже радовался победе, затихли, уставившись на меня.
— Носилки! — воскликнула Ника.
И они буквально через миг появились рядом. Мне даже интересно стало, сколько я так пролежал.
Но вместе с тем… я хоть сейчас не чувствовал тела, но чувствовал кое-что другое. Барьер. Он восстановился. А волна, которая корёжила его, ломала… затухла. Прорыва больше нет. И сколько бы ни было историй про то, что через десять лет что-то должно произойти… это дело прошлого, прописанного Мойрами.
Наше же настоящее мы соткали своими руками.
Мы за него боролись.
Мы за него сражались.
И мы вправе теперь говорить, что мы свободны от богов и от капризов судьбы. Теперь каждый будет решать всё сам. Ну а мы, те, кто вознёсся, так и останемся вознёсшимися. Ибо мы — Легенды.
— Знаешь, Ас, — шла рядом с носилками Артамена. — Один мой знакомый философ говорил, что у хорошей истории есть только два возможных финала.
— Ну и? — всё так же хрипел я, ибо воды так и не дали.
— Свадьба или смерть.
— Ну, Тифон умер.
— А ты не так давно утвердил свой брак тем, что стал Императором со своей Императрицей. Так что… у тебя вдвойне удачный финал.
— Но это только начало, — хмыкнул я.
— Смотря для чего, — похлопала она меня по груди. — Для Эллады — да. Для Легенды Астера, который из обычного смертного без памяти превратился в настоящее божество во плоти… начало ли?
И ушла вперёд, бросив загадочный взгляд на меня.
И она права. Одни трудности закончились. Прорывов больше нет, а те племена, что успели вернуться в наш мир, домой, останутся тут навсегда. Ещё многое предстоит сделать. Ещё будет война с Римом. Ещё придётся до конца объединять всех греков под одни знамена, ибо будущее туманно. Но одно я знаю точно. Мир не будет прежним. Он будет меняться дальше. Но уже не так, как хотят боги, а как хотим мы.
Но это уже совсем другая история.