Чтение онлайн

СИРИЛ. Нет, это не проблема. Так будет хорошо, но это не проблема.

МАДДАЛЕНА. Тогда в чем проблема?

СИРИЛ. Ты. Ты – проблема.

МАДДАЛЕНА. Как я могу быть проблемой? Тебе не нравится мое присутствие в доме? Тебе не нравится моя готовка?

СИРИЛ. Я обожаю твою готовку. Ты готовишь, как никто. Никогда в жизни не ел такой еды. Лазанья. Господи Иисусе. Почему я всю жизнь не ел лазанью? Моя жена только варила картошку да пережаривала свиные отбивные. Нет у меня проблем с твоей готовкой. Я готов убить за твою готовку.

МАДДАЛЕНА. Тогда что тебя тревожит? Ясон тебе грубит?

СИРИЛ. Нет. И это тоже пугает. Нет у меня претензий к Ясону. Теперь он только мне помогает. После первой недели он успокоился и ведет себя идеально.

МАДДАЛЕНА. Тогда в чем дело, Сирил? Виолет вежливая, Мей повзрослела, Ясон помогает, за мою готовку ты готов убить. Так что тебя так расстраивает?

СИРИЛ. Точно не знаю. Что-то здесь изменилось. Что-то не так. Словно… Словно натянуло туман.

МАДДАЛЕНА. Туман?

СИРИЛ. Словно дом окутал туман. Не такой и неприятный. Наоборот, очень соблазняющий туман. И пахнет он, как твои духи.

МАДДАЛЕНА. Я не пользуюсь духами.

СИРИЛ. Значит, пахнет, как ты. Пахнет, как твои волосы. Всё здесь… Будто всё это часть… Я не знаю, как объяснить. Мои дочери…

МАДДАЛЕНА. С твоими дочерьми всё хорошо. Ты не зря старался, воспитывая их. Теперь ты можешь ими гордиться. Но они больше не маленькие девочки. Твои дочери становятся женщинами. Это прекрасно, Сирил. Тревожиться тут не о чем. Твои дочери обожают тебя. Всегда обожали, пусть и по-своему, и всегда будут. Ты для них – Бог.

СИРИЛ (садится на диван). Возможно. Но мне все равно как-то не по себе. Словно что-то происходит буквально за углом, но видеть я этого не могу. Словно слышу в комнате какой-то шум, что-то там скребется. Но, когда захожу, ничего нет. А когда я смотрю в зеркало…

МАДДАЛЕНА. Что это, Сирил? Что ты видишь, когда смотришь в зеркало? Что тебя так тревожит?

СИРИЛ. Речь, если на то пошло, не о том, что я вижу. Речь о том, чего я не вижу. Не могу разглядеть. Успеваю только заметить краем глаза. Словно что-то исчезает позади меня. Прячется за головой. Там, где слепая зона. Что-то вроде кота.

МАДДАЛЕНА. У нас нет кота.

СИРИЛ. Я знаю, что у нас нет кота. Я ненавижу кошек. Всегда смотрят на тебя так, будто ты их сегодняшний ланч. Не совсем кот. Скорее, призрак. Но и не совсем призрак. Я не знаю, что это. Раньше такого не было. А теперь есть. И это что-то все время смотрит на меня.

МАДДАЛЕНА. Ты бы хотел, чтобы я села тебе на колени, Сирил?

СИРИЛ. Что?

МАДДАЛЕНА. Тебе стало бы легче, если бы я села к тебе на колени и замурлыкала?

СИРИЛ. Я бы не возражал.

МАДДАЛЕНА. Тогда как-нибудь вечером я, возможно, это сделаю.

(Прикасается к его руке, на мгновение накрывает его руку своей, потом поворачивается и уходит к столу, сидя за которым ШЕРИФ ДЖОН наблюдает за происходящим. СИРИЛ смотрит на руку).

СИРИЛ. Жжет. Мою руку жжет.

ШЕРИФ ДЖОН. Ты влюбила в себя старика, так?

МАДДАЛЕНА. Если ему хватило дурости влюбиться в меня, я тут совершенно не при чем.

СИРИЛ. Она меня хочет. Эта женщина хочет меня. Черт побери!

(СИРИЛ достает из кармана какую-то бумагу, потрясенный случившимся, но довольный собой, разворачивает и начинает читать).

ШЕРИФ ДЖОН. Ты настроила его детей против него.

(Пока МАДДАЛЕНА говорит, ВИОЛЕТ спускается по задней левой лестнице и уходит, МАЙ спускается по левым ступеням, смотрит на СИРИЛА, уходит в левую кулису).

МАДДАЛЕНА. Дети всегда его ненавидели. Виолет знала, что ненавидела. Мей пыталась притворяться, будто нет, но и она тоже знала. К Вилет он относился, как к своей рабыне, а к Мей – как к четырехлетней девочке. Разве такое могло им нравиться?

ШЕРИФ ДЖОН (в этот момент Ясон появляется из глубины сцены справа, садится за стол, пьет). Значит, ты и Ясон жили в доме с Сирилом и девочками, ты потчевала его блюдами, перед которыми он не мог устоять, и вселяла надежду на вечер, когда он получит нечто большее, чем лазанья. А девочек ты учила ненавидеть его все сильнее и сильнее. При этом Ясон работал с ним целыми днями, делая вид, что он – его друг, потом половину вечера пил в «Красной розе», а приходя домой, продолжал пить в одиночестве…

МАДДАЛЕНА. Откуда ты знаешь?

ШЕРИФ ДЖОН. Поздним вечером я часто подходил к вашему дому, на кухне обычно горел свет, и через окно я видел, как он сидит там и пьет, погруженный в свои мысли.

МАДДАЛЕНА. Поздним вечером ты подходил к моему дому и заглядывал в окна, шериф? И что ты надеялся увидеть?

ШЕРИФ ДЖОН. В твоем муже я видел нарастающие раздражение и ярость. Он все больше и больше выглядел человеком, который рано или поздно кого-то убьет.

МАДДАЛЕНА (поворачиваясь к ЯСОНУ). Что ты тут делаешь так поздно? Почему не идешь в кровать?

ЯСОН. Через минуту.

МАДДАЛЕНА. Раньше ты не мог устоять перед таким предложением.

ЯСОН. Я поднимусь через минуту.

МАДДАЛЕНА. Раньше ты не стал бы ждать и минуту. Мне нравится, когда ты задумчивый. Смотреть на тебя приятно, но ведь не всю ночь. Если ты сейчас ляжешь в постель, мы, возможно, найдем способ отвлечь тебя от забот. (Целует его). Пойдем. Мне тебя недостает.

ЯСОН. Ты не знаешь. Ты думаешь, что знаешь, но, скорее всего, не дано тебе понять, каково это, день за днем сидеть в доме моего отца и улыбаться этому отвратительному хищному мерзавцу, когда он обкрадывает меня. Он обкрадывает меня каждый день. Здесь все мое. Мое.