Чтение онлайн

Итан щелкнул пальцами перед мои лицом, и, вздрогнув, я увидела, что он наклоняется ко мне. Он смотрел так, будто жалел, что у него нет палки, чтобы ткнуть меня.

– Там все в порядке? – показал он на мой телефон. – Планы изменились? Или…

– У меня есть работа! Только…

Кажется, прошла пара секунд, прежде чем мои слова дошли до его сознания.

– Только что?

– Я была на собеседовании пару недель назад. Я начинаю работать после Гавайев.

Я ожидала, что он будет разочарован тем, что я не отказываюсь от этой поездки. Вместо этого он поднял брови и тихо произнес:

– Это здорово, Олив. Поздравляю.

Очередь на посадку стронулась, и он тихонько подтолкнул меня вперед.

Я была удивлена, что он не начал иронизировать. Не спросил меня, когда именно я присоединюсь к их команде уборщиков помещений, не сказал, что моя новая работа по продаже героина детям из группы риска не самое благородное дело. Я не ожидала, что он может быть искренним. Я старалась никогда не попадать под его обаяние, даже если оно было неожиданно сильным. Мне казалось, что я знала, как обращаться с тем Итаном… каким я его знала. Примерно так же, как обращаются с голодным медведем.

– Ну, спасибо.

Я быстро написала сообщения Диего, Ами и моим родителям, конечно же по отдельности. И вот мы все уже стояли в тамбуре самолета, показывая наши посадочные талоны. Реальность медленно наполняла меня, смешиваясь с внутренним ликованием. В такой ситуации я действительно могу спокойно уехать из своего города на десять дней. Теперь я могу относиться к этой поездке как к настоящему отпуску на тропическом острове.

Да, с моим заклятым врагом, но все же я возьму от этой поездки все.

Трап маленького, но все же реактивного самолета оказался всего лишь шатким мостиком, и он вел нас от захудалого терминала к еще более захудалому самолету. Очередь двигалась медленно. Я видела, как люди впереди нас тщетно пытаются засунуть свои огромные сумки в миниатюрные верхние отсеки. Будь я с Ами, я бы непременно поинтересовалась, почему у пассажиров не проверяют сумки на габариты. Иначе не войдешь и не выйдешь вовремя. Но недовольный всем Итан, к моему удивлению, просто молчал целых пять минут, не найдя ничего, на что можно было бы пожаловаться. А я не собиралась давать ему никакой наживки.

Наконец мы уселись на свои места. Самолет оказался таким узким, что с каждой стороны прохода было только по два места. Да и они так близко подходили друг к другу, что, по сути, представляли собой единую скамейку с тонким подлокотником между ними.

Итан так прижался к моему боку, что я была вынуждена попросить его подвинуться, чтобы у меня получилось найти вторую половину своего ремня безопасности. Но после неприятного скрипучего щелчка металла о металл Итан снова сел прямо, и я поняла, что теперь он соприкасается со мной от плеча до бедра, поскольку разделены мы только жестким неподвижным подлокотником посередине.

Он смотрел поверх голов людей перед нами.

– Я не доверяю этому самолету, – сказал он, глядя в проход. – А также экипажу. Ты не заметила, был ли у пилота парашют?

Итан всегда был воплощением хладнокровия, спокойствия и собранности, что меня, не скрою, часто раздражало, но теперь я вдруг заметила, как напряжены его плечи и какое бледное у него лицо. Мне даже показалось, что я вижу на его лице капельки пота. Только тут я осознала, насколько он напуган, и внезапно его мрачное настроение в аэропорту стало мне намного более понятным. К моему удивлению, он достал из кармана монетку в один цент и провел по ее ободу большим пальцем.

– Что это такое? – спросила я.

– Пенни.

Боже мой, это было восхитительно!

– Ты носишь с собой пенни на удачу?

Нахмурившись, он проигнорировал мой вопрос и спрятал монетку обратно в карман.

– Я никогда не думала, что мне повезет, – сказала я Итану, чувствуя в себе взрыв великодушия, – но посмотри. Моя аллергия помешала мне поесть в буфете, я еду на Мауи, и у меня есть работа. Разве не было бы забавно…

Я улыбнулась и посмотрела ему в лицо:

– … схватить удачу за хвост в первый раз в моей жизни для того, чтобы упасть и разбиться в огненной авиакатастрофе?

Судя по выражению лица, Итан не видел в этом ничего смешного. Когда мимо нас прошла стюардесса, Итан протянул руку передо мной, останавливая ее.

– Простите, не могли бы вы сказать, сколько миль пролетел этот самолет?

Стюардесса улыбнулась:

– У самолетов нет статистики в милях. У них есть налет, количество часов в полете.

Я уже видела, как Итан проглатывает свое нетерпение.

– Хорошо, тогда сколько летных часов у этого самолета?

Стюардесса наклонила голову, явно озадаченная его вопросом:

– Я должна спросить это у капитана судна, сэр.

Итан невольно наклонился, чтобы задать еще вопрос, и я откинулась на спинку сиденья, сморщив нос от запаха его мыла. Обычно этот аромат мне нравился, но сейчас он резко ударил в нос.

– А что вы думаете о капитане? Он опытный? Заслуживает доверия?

Хотя Итан на этот раз и подмигнул девушке, я понимала, что он не менее встревожен, чем минуту назад. Возможно, через флирт он хотел снять это напряжение.

– Он хорошо отдохнул?

– Капитан Блейк отличный пилот, – ответила она, наклоняя голову и улыбаясь.

Я переводила взгляд со стюардессы на Итана и театрально-преувеличенно теребила золотое обручальное кольцо, которое одолжила у Тии Сильвии. Но никто этого не замечал. Итан одарил ее ответной улыбкой. В эту минуту он, вероятно, мог бы попросить у нее номер ее социального страхования, кредитку на крупную сумму, а также ее согласия родить ему ребенка, и не получил бы отказа.

– Конечно, – пришел в себя Итан. – Я имею в виду, что он никогда не разбивал самолет или что-то в этом роде?