Чтение онлайн

Началось награждение, и на стадион один за другим вышли игроки итальянской сборной под приветствие своих фанатов. Каждый получил серебряную медаль и вышел на подиум. Капитан команды без особой радости поднял над головой кубок. Особенно мрачным выглядел вратарь, Доннарумма.

Главный тренер толкнул речь, как они счастливы тут находиться, как благодарны организаторам. Камера то и дело выхватывала то хлопающего в ладоши Трампа с его дежурной улыбкой, то нашего Горского, который был собран и сосредоточен. Итальянку показали только пару раз, она искренне радовалась второму месту — видимо, не совсем понимала, что могло быть и лучше, и команда расстроена.

Мне подумалось, что раз Павел Сергеевич здесь, значит, безопасность более чем на уровне, и мне не стоит переживать за свою жизнь.

Под гимн Советского Союза наша сборная вышла к подиуму, выстроившись в ряд.

Игорь Денисов, наш капитан, взбежал на подиум, враз оробевший, где его уж ждали лидеры государств. Трамп, засмеявшись, отдал кубок мира Горскому, и тот вручил его Денисову. Пару секунд наш капитан напоминал мальчишку, заблудившегося на огромной площади. Все объективы камер смотрели на него с жадностью, как оголодавшие хищники.

Следующим пошел я. Сердце затарабанило, на миг оглушив. Бросило в жар и холод. Вот момент, о котором я так долго мечтал! Наша страна — победитель чемпионата мира! Это фантастика! Всего пять лет мне понадобилось для восхождения на футбольный Олимп.

Я повернулся в одну сторону, воздел руки, затем — в другую. На камеры старался не обращать внимания, сосредоточился на трибунах. В груди ширилось, росло удовлетворение, расцветало на губах улыбкой. Мы были частью целого: я, судьи, ликующие трибуны. Следом за мной золото получил Джикия.

На подиуме нас становилось больше, и больше, и больше. Словно собирался пазл, и вот уже вся команда в сборе. Кто-то одеревенел и дежурно улыбался, кто-то рисовался, кто-то бурно радовался. Все слилось в пеструю круговерть лиц, камер, знамен.

Денисов воздел кубок над головой и закричал, запрокинув голову и глядя в белесое небо Лос-Анджелеса. От его виска по щеке скатилась капля пота, в глазах блестели слезы. Прижав кубок к губам и исполнив право первой брачной ночи, капитан отдал его мне. Я тоже оставил отпечаток своих губ, передал кубок дальше. Наши хватали его, поднимали над собой, целовали и прыгали вокруг него, как папуасы, нашедшие божественную реликвию.

Я скосил глаза на первых лиц государства. Почувствовав мой взгляд, Горский чуть повернул голову и едва заметно кивнул, в этом жесте мне почудилась благодарность. Интересно, сведет ли нас судьба еще? Так много вопросов, а главный — удастся ли теперь предотвратить катастрофу?

Потом наша команда во главе с капитаном, несущим трофей, и тренерами совершила круг почета. Было немного не по себе. Одно дело получать кубок Советского Союза, а другое… Когда понимаешь, что на тебя сейчас смотрит весь мир, невольно цепенеешь, и кажется, что мы идем не по футбольному полю, а бежим бесконечный марафон. Аж плечи свело от напряжения, и это еще не конец!

После этого пришла пора фотосессии. Трибуны восторженно наблюдали за тем, как команды собираются в центре поля на подиуме и фотографируются с лидерами государств, первыми лицами FIFA и легендами футбола. Итальянская сборная с их президентшей. С Трампом и Горским. Наша сборная с кубком и тренерами. С президентами. Денисов жмет руку Трампу. Непомнящий обнимается с Горским.

Карпин стоит чуть в стороне, сжав переносицу и не в силах совладать с эмоциями. Журналистов больше, чем болельщиков, все гремит, жужжит, грохочет, слепят вспышки и прожекторы.

Кажется, церемония длится вечно. Расходимся мы под грохот салюта. Хочется побыстрее в номер, вырубиться и проспать несколько суток, но Микроб толкает в бок локтем и указывает в небо. Я запрокидываю голову.

Это был не просто салют. Тысячи разноцветных огоньков на фоне темного неба складывались в портреты легендарных футболистов, а по сторонам — цвета знамен стран, которые они представляли. Сейчас, опускаясь на нас, бледнел лик Марадоны. После него вспыхнул улыбающийся Пеле с сияющим взглядом.

Беккенбауэр.

Йохан Кройфф.

Зрелище так заворожило, что около минуты мы смотрели вверх, запрокинув головы. Отличная находка! Зрители тоже притихли. В момент, когда среди опускающейся разноцветной сети вспыхивало лицо, сердце пропускало удар.

Уже возле подтрибунного нас настиг светлый лик Роналдо, а кто был дальше, мы не видели. Пустили кубок по кругу, прикладываясь к нему.

Выступление американских звезд шоу-бизнеса, закрывающее церемонию награждения, нас мало интересовало.

В раздевалке ждал врач-бээровец с двумя бутылками шампанского.

Микроб, увидев его, потер руки и запел:

— Доктор едет-едет. Сквозь снежную равнину!

Непомнящий откупорил одну бутылку и наполнил игристым кубок, который пошел по рукам. А мы, как в древности, пили саму победу со вкусом счастья. На меня спиртное действовало скверно, но даже я не удержался и приобщился к общему веселью. Стоило представить, что сейчас творилось на родине, и радость удваивалась. Но главное — Рина наверняка все уже знает! Это даст ей сил побыстрее исцелиться.

А мы вернемся домой, как герои.

Наивно было полагать, что нам дадут победить вот так просто. Организаторы цеплялись за любую возможность лишить нашу команду медалей, и прямо во время торжественной части к Непомнящему подошел темнокожий мужчина в белоснежной рубашке и брюках, отвел его в сторону и принялся что-то показывать в планшете. Главный тренер хмурился и кивал, подозвал жестом бээровца, затерявшегося среди журналистов. Тот тоже глянул в планшет, кивнул.