Чтение онлайн

Большие работы производились по разминированию. В 39-й армии было сделано 984 прохода в своих заграждениях и 16 — в заграждениях противника, причем снято 3078 противотанковых и 2918 противопехотных мин. На каждый километр фронта в среднем приходилось 8 проходов общей шириной 350–400 м.

Снятие минных полей и проделывание проходов в заграждениях противника производилось в течение последних двух ночей перед наступлением. Особые трудности возникали при обезвреживании мин натяжного действия, установленных весной. Натяжные нити перепутались с выросшей травой, и снимать эти мины было крайне опасно и трудно. В предпоследнюю ночь разминировались те направления, на которых предстояло действовать батальонам и ротам, ведущим разведку боем.

В 43-й армии на направлениях действия танков производилось сплошное разминирование. Это мероприятие проводилось на основании накопившегося богатого опыта, который показывает, что даже расширенные и хорошо обозначенные проходы при задымлении и разрывах снарядов водителю танка не видны. Кроме того, танковые подразделения лишь в редких случаях по прямой линии преодолевают «нейтральную полосу» и передний край обороны. Танки наступающего вынуждены под огнем противника маневрировать, и в результате часто случается, что они не могут быстро найти проходы.

В ходе предыдущих боев за Витебск линия фронта наших войск на ряде важнейших участков установилась на расстоянии 1000–1200 м от противника. Поэтому основные усилия войсковых саперов и частей, занимавших оборону, были направлены к тому, чтобы максимально приблизить первую траншею и ходы сообщения к переднему краю немецкой обороны. Для выполнения этой задачи в обеих армиях была проделана большая работа. Так, в 39-й армии на намечавшемся участке прорыва на фронте в 6 км было отрыто 26 км траншей и 22 км ходов сообщения.

Для обеспечения форсирования водных преград в армиях были заранее заготовлены составные части разборных мостов грузоподъемностью от 9 до 60 т, лодки (9–10 на каждую дивизию), плоты, а также подручные средства.

Ввиду того что две смежные армии (43-я и 39-я) 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов на первом этапе операции выполняли одну общую задачу — окружение и уничтожение витебской группировки противника, важное значение приобретала четкая организация управления войсками, особенно в ходе развития наступления.

Координацию действий обоих фронтов на всем протяжении операции, в том число и в период боев за Витебск, осуществляла оперативная груша представителя Ставки Верховного Главнокомандования, имевшая в своем распоряжении достаточное количество различных средств связи.

Для управления войсками штаб 39-й армии был разделен на два эшелона. Первый эшелон располагался в районе Королево (в 10–12 км от переднего края). Его перемещение планировалось за ударной группировкой армии по оси: высота 182,9 (севернее Шеляги), Шарки, Стрыганцы, Плиссы, Светогоры. Второй эшелон располагался в Черноручье (в 22 км от первого эшелона).

Наблюдательный пункт командующего армией был развернут в районе высоты 182,9 — в 800 м от переднего края. Фактически этот наблюдательный пункт был превращен в командный, так как все управление войсками в первый период наступления осуществлялось отсюда. Здесь находился начальник штаба и основной офицерский состав штаба армии. Следует указать, что такое близкое расположение командного пункта командующего армией от переднего края является исключением и не может быть рекомендовано.

С наблюдательного пункта командующего была установлена прямая телефонная связь с наблюдательными пунктами командиров корпусов, командиров 17-й, 19-й, 91-й гвардейских стрелковых дивизий, а также с наблюдательными пунктами командиров и штабами 164-й и 251-й стрелковых дивизий. Связь по ВЧ с момента перехода командующего на наблюдательный пункт была переведена туда же. Одновременно была установлена телеграфная связь по СТ-35 от наблюдательного пункта с первым эшелоном штаба армии, телеграфная связь по СТ-35 и телефонная — с наблюдательным пунктом фронта, телеграфная — с ВПУ фронта, телефонная — со штабом и наблюдательным пунктом 5-й армии, телеграфная по СТ-35 и Морзе — со штабами 5-го гвардейского и 84-го стрелковых корпусов. Кроме того, связь по всем направлениям дублировалась радио и офицерами связи.

Таким образом, мы видим жесткую централизацию управления всеми соединениями. Командующий армией имел прямую связь со всеми командирами дивизий, действовавших на направлении главного удара. Это давало ему возможность быстро получать данные об обстановке и столь же быстро реагировать на нее.

Организация взаимодействия пехоты с артиллерией, танками и саперами производилась в период подготовки к операции на многочисленных занятиях войск, а также на командно-штабных учениях. В основу ее во всех звеньях было положено личное общение между соответствующими начальниками. Все вопросы организации взаимодействия решались на местности и находили свое оформление в плановых таблицах боя армий, корпусов и дивизий.

Для практического осуществления взаимодействия между общевойсковыми и артиллерийскими начальниками их командные и наблюдательные пункты располагались совместно. Преимущество в выборе наблюдательных пунктов было предоставлено артиллерийским начальникам.

В основу организации взаимодействия в частях и подразделениях всех родов войск было положено изучение особенностей немецкой обороны в полосах, намеченных для прорыва, и опыта предыдущих боев. В качестве примера того, как намечалась организация взаимодействия пехоты с артиллерией при прорыве первой позиции противника, ниже приводятся краткие выдержки из указаний командующего 39-й армией.

Следует отметить, что такая организация взаимодействия пехоты с артиллерией при прорыве первой позиции противника в полосе 5-го гвардейского стрелкового корпуса в данной конкретной обстановке себя оправдала.

43-я армия базировалась на железнодорожный участок Невель — Городок, удаленный от линии фронта на 30–40 км. Армейские базы и склады располагались на станции Городок, выгрузочные станции в населенных пунктах Бол. Прудок и Военный Городок.