Пара, в которой трое

Не принято писать предисловие журналисту, помогавшему авторам книги, проще говоря, литзаписчику Но в данном случае мы нарушим традицию, тем более что пока рождалась рукопись, вместившая в себя истории жизни трех знаменитых чемпионов, традиции нарушались неоднократно.

Прежде всего сами авторы, они же и герои книги, максимально запутали любителей фигурного катания своими биографиями. Вопреки устоявшимся правилам Наталья Бестемьянова не вышла замуж за своего партнера Андрея Букина, а выбрала спутником жизни Игоря Бобрина.

Наверное, я был первым, кто рассказал о новой танцевальной паре Бестемьянова – Букин, созданной провидческим талантом великого тренера Татьяны Анатольевны Тарасовой. Нетрудно догадаться, что все это время жизнь Наташи и Андрея проходила, как говорится, у меня на глазах. С Игорем мы близко познакомились в начале восьмидесятых, когда был создан первый в стране профессиональный театр из звезд фигурного катания (невероятный прорыв!), которых тогда ханжески называли любителями. Так что никаких секретов у авторов от литзаписчика не имелось.

Обычно подобного рода биографии пишутся довольно быстро. Мы же записали первую кассету 24 июня 1986 года. Отчего такая точность? В тот солнечный, летний московский день мы с Наташей вернулись к ней домой с похорон Людмилы Пахомовой. Вот почему эта дата запомнилась навсегда.

По многим причинам уже готовая к концу восьмидесятых к изданию книга так и не вышла. По инициативе Наташи мы вернулись к ней более десяти лет спустя. А за десять лет в биографии авторов многое изменилось. Игорь Бобрин, знаменитый Ковбой, уже отпраздновал свое пятидесятилетие, затем вместе с участниками и создателями знаменитого телешоу «Звездный лед», главным хореографом которого он был, – и пятидесятипятилетие.

Игорь сам создал свой ледовый театр, набрал труппу и поставил около двух десятков балетов. В 2006 году Театр ледовых миниатюр справил свой двадцатилетний юбилей!

Бобрин за эти годы стал еще и успешным хореографом у элиты фигурного катания. Наташа Бестемьянова не только солистка Театра ледовых миниатюр, она взвалила на себя всю его огромную организационную составляющую, оставив мужу свободу для творчества. Мне трудно такое представить, но в 2009-м Наташа отпраздновала свой первый юбилей.

Большие изменения произошли и в жизни Андрея. Его маленький, когда писалась первая часть книги, сын Андрюшка уже взрослый человек, а у Андрея-старшего теперь растет второй сын – Ваня.

Букин сперва отказался работать над продолжением книги, хотя все время находился рядом. Помыкавшись год чиновником Спорткомитета, он вернулся на лед к своей партнерше. Все эти годы он как был, так и остается ближайшим другом Бобрина.

Если в своих высказываниях по одному и тому же поводу Наташа и Андрей в первой части книги порой не совпадали, то Игорь и Наташа во второй части, рассказывая о чем-то, почти всегда в оценках оказывались единодушны. В конце концов, Андрей присоединился к своим друзьям по жизни и коллегам по театру. Но Букин не остался бы Букиным, если бы по-прежнему на любой предмет не имел бы свой взгляд.

Могу только заметить, что человеческие и профессиональные отношения между героями книги таковы, что ее название полностью себя оправдывает. Каждый из них не только великолепный спортсмен, но и верный товарищ, добрый и порядочный человек. Сочетание таких качеств у обычных людей встречается нечасто, у чемпионов – крайне редко.

Все стихи, помещенные в этой книге, принадлежат перу Бобрина. Точнее, раннего Бобрина. Вот и все, что я хотел сказать, остальное вы узнаете, листая страницы дальше.

Виталий Мелик-Карамов

Меня записали на фигурное катание из-за слабой ноги. В четыре года мне вырезали опухоль из-под колена. Врачи предупредили родителей, что, если мне не сделать операцию в детстве, я, когда вырасту, ходить буду плохо. Как бы я потом ходила – неизвестно, но из больницы я вышла хромой. После операции полагалось двигаться, но я так себя берегла, что все время лежала. Кончилось тем, что папа носил меня на руках – сама я уже не ходила. Мама пришла в ужас: ушел ребенок на неделю в больницу, ушел своими ногами, а вернулся – ходить не может.

История с операцией происходила летом, к осени я все же начала ходить, а в декабре для укрепления ноги мама отвела меня на фигурное катание. Ей порекомендовали, чтобы ребенок занимался спортом на свежем воздухе. На выбор вида спорта, возможно, повлияло то, как я смотрела по телевизору выступления фигуристов. Я обмирала – так мне нравилось. Сама же я каталась на двухполозных коньках, привязанных к валенкам, на пятачке, который папа расчищал от снега в нашем дворе.

Мы жили в Теплом Стане – районе на окраине Москвы, тогда еще совершенно пустынном. Наш двор образовывали всего три двухэтажных каменных дома, принадлежавшие Министерству морского флота. Рядом находилась радиостанция, где мама работала радисткой Севморпути, принимала сообщения с зимовок и полярных станций, правда это было еще до рождения моего и брата.

Папа родился и вырос в Сибири, в небольшой деревушке под Барнаулом. В 1943 году, достигнув призывного возраста, он ушел на войну и воевал до самой победы. Имеет медаль «За взятие Кенигсберга», орден Красной Звезды, орден Отечественной войны и медаль «За боевые заслуги». Он всю жизнь проработал в системе профтехобразования. Сначала преподавал в ПТУ, потом стал его директором, в конце концов занял должность начальника Управления подготовки рабочих кадров на производстве, а в 2008 году издал книгу мемуаров «И перед ликом суровой эпохи…».

В нашей семье две совы и два жаворонка. Совы – мама и брат, а мы с папой – жаворонки. Я всегда провожала рано утром его на работу, а позже он готовил мне завтрак перед ранними тренировками. Кстати, первый спортивный опыт я приобрела, занимаясь с папой. По утрам мы бегали на озеро в нашем лесу, а потом выбирались на длительные велосипедные прогулки. Тогда уже брали с собой и брата.

И здесь я хочу сказать, какая дружная у нас была семья, как мы любили друг друга. Однажды мы с мамой, как всегда, сидели у окна и ждали папу с работы. Мы всегда с точностью до минуты знали, когда он должен прийти. И вот, когда папа появился из-за поворота, я закричала на всю квартиру: «Мама, мама! Наш принц идет!» И я счастлива, что мой принц до сих пор с нами…