Чтение онлайн

Плевать, все -- потом. Двигать надо. Подымайся, "скалозуб". Уже и не скалится, и зубы не торчат. И голеньким ему несколько... застенчиво. В компании жалящих и кровососущих.

Он меня еще укорять вздумал.

– - Ты! Ты обещал не трогать святилище! Ты клялся клятвой сына твоего бога! Это серебро Велесово. Это божье. Не трогай!

– - Ты глуп. Я обещал не жечь ваш столп. О серебре в клятве не было ни слова. Ты видишь огонь? Нет. Потому что я исполняю обещанное.

И этот поц еще собирается учить меня честности! Волхв недоделанный. Ты же никогда LR-грамматику не программировал. Компьютерные вирусы или средства защиты от них же -- не делал. А главное, дядя, не приходилось тебе строить подсистемы реакции на несанкционированные действия пользователя с дружественным этому пользователю-придурку интерфейсом. И документы делать, где любая запятая может Стокгольмским арбитражным обернуться... Голяди - одно слово.

Не, ребятки, вы попали. Вы нарвались на редкостную сволочь. На "полного попаданца". Который еще и "невозвращенец". Который вернуться даже и не надеется. На попаданца, озабоченного собственным выживанием. Без всякого бонусятника за спиной. Мне, кроме как на самого себя - надеяться не на кого. На себя, и на ваш страх передо мной. И вы меня будете все боятся. Да, вы такие сильные и умелые, мудрые, древние и тыр вам с пыром. А я маленький, слабенький, ничего не разумеющий. Но... пока у меня молотилка со свалкой в порядке -- это вы под мой бубен плясать будете, это я из вас души буду вынимать и к стенке приставлять. Только так.

Вот я вляпался к вам жить. Не выбирал, не просил, но попал. И буду жить. А вам -- на выбор: одни "живут", другие "умирают". Потому что я уже здесь. И сейчас.

Когда ломишься через болото, когда впереди обожжённая голова связанного проводника, облепленная слоем крупногабаритных мух весёленькой расцветки, когда единственный способ самому спастись от них -- нырнуть в болото с головой... А сзади топает личный зомби с особо ценным грузом, но с выключенными мозгами... Очень много хочется сказать. Вне рамок русского литературного.

"Однажды позвал шах ходжу Насредина и сказал:

– - Слух о твоей мудрости дошёл до моих ушей. Докажи.

– - О!
– сказал ходжа - Я могу выучить своего ишака читать Коран.

– - Ого!
– сказал шах -- Что тебе для этого надо?

– - Э, - сказал ходжа -- двадцать лет времени, двадцать тысяч золотых и двадцать минут лицезрения тебя, о мудрейший, светлейший и повелительнейший.

– - Да -- сказал шах.
– Но если нет, то тебе отрубят голову.

И шах дал ходже требуемое. Когда же ходжа пришёл домой, то жена накинулась на него с криком. Ибо даже мудрейшие совершают ошибки, и ходжа был женат.

– - Ты!
– закричала жена ходжи.
– Тебе отрубят голову, ибо невозможно научить ишака читать Коран!
– У-у-у!
– Продолжила она же -- Вот так я буду выть тот день. когда твоё тело бросят бродячим собакам на съедение.

И ходжа содрогнулся.

– - Но!
– сказал ходжа.
– Это будет через двадцать лет. Многие могут умереть за это время. Или я, или шах, или ишак. Или ты, дорогая.

Легенды гласят, что так и случилось. Все умерли. И шах, и ишак, и жена ходжи. Ибо на тот город напали злые чужестранцы и не осталось там ничего живого. Лишь один ходжа остался живым. Потому что значительно раньше ему пришлось бежать из этого города по совершенно другому поводу."

Я не ходжа - удалось обойтись без потерь в личном составе. Все-таки меня это здорово достало. До частичной отключки. Помню так, кусками. Как вдруг перестаю слышать "Отче наш" за спиной, оборачиваюсь, а Сухана нет. Только рука над трясиной торчит. С поднятым узлом. И погружается.

Успел. Успел подскочить, накинуть на эту руку конец голядского повода... "Скалозуб" вытащил зомби из болота как лошадь телегу тащит. Потом помню, мы с ним оба свались с гати. Смотрим с этим "скалозубом" друг другу в глаза через гнилое бревно, за которое оба держимся. И он кричит мне в лицо: "убей, убей!". А я хлопаю ладошкой по луже, его окатывает брызгами. Выплёвываю попавшее в горло на вздохе насекомое и сообщаю: "Вода. Болото. Клятва. Вперёд".

Как, все-таки, у нормальных ГГ все хорошо организовано. И не только у попаданцев. Дошёл ГГ до "куда ему там надо было", совершил свои подвиги. А про "назад" и говорить не надо. Или вертушки прилетели, или конёк-горбунок в три прыжка... А можно на авианосце в больничке, на хрустящих простынях... А про то, что возврат на базу -- самая опасная фаза боевой операции... Да ну, чего там... Зритель-читатель уже все понял, уже устал... Он-то - "да". А непосредственный исполнитель? Тоже устал, тоже все понял. Одного не понял -- он живой вернётся или как?

В военно-морском флоте есть даже специальный термин для тактического приёма. "Бой на отходе" называется. В Восточной Сибири целые сообщества были -- брали спиртоносов "на отходе". Туда-то спирт несли, а оттуда -- золотой песок. Монголы "на отходе" пол-мира завоевали. Приём называется - "притворное отход с возвратом". А как выдвигаются тревожные группы на погранзаставах? "Наше дело -- перекрыть возможные пути отхода". Про Афган, Чечню и прочие... горячие точки... Вообщем, смысл понятен -- бить нас должны были "на отходе".

Это я понимал. Когда выбрались на сухое, даже через туман в голове -- сквозило. "Вот тут нас как сейчас встретят...". Не встретили. Некому.

Снова -- отдышались, отплевались, с пиявками расстались. Они возражали, мы настаивали. Там травка такая вонючая растёт, если её разжевать и сделать из этой кашицы косметическую маску... Не для себя - для пиявки... Голядина снова свою шахидскую песню завёл: "убей, убей". Да я не против. Надоел он мне... Смотреть на эту голую, грязную, обожжённую, покусанную... Я бы с радостью. Но нечем -- кинжальчик костяной в болоте остался, обронился. А по клятве: "костью". Найду кость -- зарежу. А пока... Я своему слову хозяин: сам дал -- сам взял. Так что - "рота, подъем. Вперёд, рысью -- марш". Ага. Аллюр у нас... "три креста". По кресту на каждого.

Чем хорош зомби?
– Усталости не чувствует. Именно, что не чувствует. Биохимия-то прежняя, молочная кислота выделяется и накапливается. Но пока -- идет. Сухан закинул меня на шею, на манер боа. Мешок на плечо, поводок от "скалозуба" - в руку. И пошёл. Как именно -- не помню. Все-таки многовато для меня всего. За последние четверо суток я спал всего часов восемь. Причём два -- на корточках в голядском порубе. И били меня... чересчур. И через болото я топал с взрослыми мужиками - вровень. Многовато мне.