Чтение онлайн

Тут входная дверь отворилась, и зашла Васильевна с корзинкой яиц:

– А, встали? Завтрак подавать?

Игорь нахмурился:

– Где моя жена и сын?

– Так в комнате же все были. Я думала, вы еще спите.

Старуха явно темнила. Как она могла не видеть, что Кристина с ребенком вышли на улицу? Игорю еще вчера не понравилась ее манера молчать и не смотреть в глаза. В чем в чем, а в людях он разбирался, и эта деревенская старуха однозначно что-то скрывала.

– Их там нет. Куда они ушли?

Васильевна пожала плечами:

– Не видела я никого, у меня и сени заперты. Только что вот отворила.

И направилась в комнату, словно хотела удостовериться в том, что Игорь говорит правду.

– Так вот же ваш сынок в колыбельке! – Раздался ее голос из глубин комнаты.

Игорь вошел следом и недоверчиво приблизился к колыбели. Проснувшись, он только бегло глянул на нее и не заметил, что внутри действительно что-то есть. Теперь он как следует рассмотрел это.

В колыбели лежало большое полено, небрежно прикрытое пеленками.

У них в этой деревне что, массовое помешательство? Как будто вчерашней сумасшедшей было недостаточно…

Только эта старуха явно не сумасшедшая, а просто пытается его обдурить. Чего она добивается? Игорь ощутил, как волна раздражения подкатывает к горлу, и испытующе посмотрел на Васильевну:

– Вы издеваетесь?

Она замахала руками:

– Что вы, что вы…

Игорь мог поклясться, что Васильевна ломает комедию. Он слишком хорошо разглядел вчерашнюю чокнутую, ее туманный взгляд и заторможенные, неадекватные реакции. А эта старуха была в ясном уме и твердой памяти. Ее взгляд был цепким, а движения – быстрыми.

Что ж, раз не хочет говорить, то Игорь сам их найдет. Первым делом он набрал номер мобильника Кристины и сразу услышал характерное жужжание вибрации. Игорь быстро нашел ее сумку, в которой и лежал телефон.

Это плохой знак. Это очень плохой знак. Кристина никогда не расставалась с телефоном. Что-то случилось.

Только что может произойти в глухой деревне и куда можно деться из запертой избы? Игорь вдруг вспомнил события вчерашнего дня и то, как он с самого утра раздражался и дерзил Кристине. За весь день он вряд ли сказал ей хотя бы одно доброе слово… Впрочем, он быстро взял себя в руки и отогнал эти мысли. Времени на рефлексию у него не было – надо было действовать.

Васильевна так и продолжала стоять у кроватки истуканом и смотреть в пол. Метнув на нее сердитый взгляд и не сказав больше ни слова, Игорь спешно накинул себе на плечи куртку и вышел.

В сенях стояла нетронутая коляска Артема. Еще один плохой знак: Кристина бы никогда не пошла гулять с ребенком без коляски, тем более по такой грязи.

Игорь сходил к машине, прошелся по улицам, но жены и сына нигде не было. Как и вчера, в деревне было безлюдно: ему на глаза попалась только пара мужиков неопределенного возраста, еле стоящих на ногах. Игорь даже не стал к ним подходить – таких было бесполезно просить о помощи. Тогда он начал стучаться в избы, показывать местным фотографии Кристины с Артемом и спрашивать, не видели ли они их. Многие дома были нежилыми, кое-где Игорю не открыли, а те немногочисленные жители, что пошли с ним на контакт, только по-рыбьи хлопали глазами и мотали головой.

В одном из домов ему открыла молодая девушка, которая качала на руках младенца. Игорь задал ей вопрос про Кристину и Артема, а она только приложила палец к губам и прошептала:

– Пожалуйста, тише, она только заснула.

Девушка слегка наклонилась к нему, и только тогда он разглядел, что у нее на руках никакой не младенец, а полено, укутанное в пеленки…

Что тут происходит, черт возьми? У всей деревни массово поехала крыша? Чем дольше Игорь находился здесь, тем сильнее тревога сжимала его внутренности в тугой узел. С этим местом явно что-то не так. А это означало лишь одно: Кристина с Артемом пропали не просто так, и им угрожает опасность.

Наконец, Игорь добрался до последней избы – она стояла у самого леса. Дверь открыла очередная старуха в платке. Здесь вообще было очень мало молодежи, а жили в основном старики. Как только Игорь объяснил ей ситуацию, она изменилась в лице:

– Вы не у Васильевны ли ночевали?

Он кивнул, и старуха заохала. Она широко раскрыла дверь, приглашая Игоря внутрь:

– Это полуночница твоих утащила… Заходи скорее, сынок, я тебе расскажу, что делать.

Плач Артема разбудил Кристину среди ночи. Это был отработанный навык – как только сын начинал плакать или даже просто копошиться, она тут же просыпалась, какое бы время суток ни было. Она на автомате, с закрытыми глазами потянулась к колыбели и чуть было не свалилась с кровати. На том месте, куда она вечером поставила ее, было пусто.

Сонливость как рукой сняло, и Кристина широко распахнула глаза. Колыбель стояла на своем прежнем месте в дальнем углу. Как она там оказалась?

Только это было еще не все. Над ней склонилась неподвижная черная фигура.

Руки и ноги предательски похолодели, а сердце учащенно забилось. Страх парализовал Кристину, вырвал ее из привычной реальности, и только плач Артема возвращал ее в эту маленькую темную комнату и толкал на действия.

– Успокой его уже, – пробурчал Игорь сквозь сон и перевернулся на другой бок.

Наверное, это Васильевна пришла убаюкать Артема, который своим плачем мешал ей спать, успокаивала себя Кристина. Но от вида черной тени у кроватки сына конечности сковывал ступор, а по спине бегали гадкие колючие мурашки.

Конец ознакомительного фрагмента.