Чтение онлайн

До того как Егор произнес последние слова, Мира слушала его почти с интересом, но явное совпадение с речью Галины Федоровны, уговаривающей ее поехать в Таиланд, насторожило больше, чем если бы из кармана Егора торчала рукоять пистолета.

— Пока, Хрусталев, — кивнула она ему. — Не знаю, что ваши с бабушкой больные головы придумали, но я из Поморска в эти каникулы никуда не уеду. Вам назло. А насчет Карины я почти тебе поверила, хотя, зная твою врожденную способность врать, все равно чувствую себя обманутой.

И хотя в душе Мира надеялась, что Егор бросится за ней следом, остановит и поцелует, Хрусталев остался стоять на месте.

— Пока, — кинул он ей и побрел домой, бросая взгляды по сторонам. И хотя Субукина обернулась назад, наверное, раз десять, Хрусталев даже не посмотрел ей в след, больше занятый темнотой в подворотнях, чем девушкой, которую минуту назад так горячо уговаривал отправиться в романтичное путешествие к озеру.

Заснула Мира с трудом и всю ночь спала скверно.

Снег в апреле — издевательство. Открыв глаза, Мира долго всматривалась в белесую пелену за окном, пытаясь стряхнуть остатки ночного кошмара и отделить его от реальности. Снег, похоже, шел всю ночь. Ветки с набухшими почками тяжело склонились под снежными наносами, изменившими геометрию ветвей до неузнаваемости. Кровать Миры стояла у окна, уходившего в пол — единственное преимущество теткиной квартиры, о котором она будет вспоминать всю жизнь. Закутавшись в одеяло с головой, Субукина обожала наблюдать за утренней улицей, не подозревавшей о ее существовании.

Ночной снегопад тщательно уничтожил все признаки весны, которыми Поморск блистал последние две недели. Под снежными пелеринами исчезли молодые липкие почки, с трудом пробившаяся после долгой зимы трава и даже сосульки, дарившие ностальгические воспоминания о детстве. Обычно из окна Миры был виден кусочек склона с детской площадкой, за которой начинался огороженный обрыв, спускающийся к большому городскому рынку. Сейчас же она видела лишь пару ближайших к окну скамеек да старый тополь, смиренно склонивший колени перед вернувшейся стихией. Остальной мир съел снежный туман.

Мира высунула руку из-под одеяла и прислонила ладонь к стеклу, наслаждаясь его прохладой. Холод лучше, чем жар.

— Доброе утро, Бука, — послышался сзади ехидный голос брата. Родственник тетки в гостиницу ехать, разумеется, не пожелал, и Антона отправили ночевать на кресло в мирину комнату. К счастью, родственник уезжал сегодня вечером, а значит, терпеть брата долго не придется.

— Что тебе снилось? — не унимался кузен. — Наверное, Егор. Я видел вас вчера ночью под окнами, но, как всегда, самое интересное, пропустил. В следующий раз целуйтесь и обнимайтесь ближе к свету, а то я так ничего и не разглядел.

— Мне снилось, как ты горел в аду, — сказала Мира, нащупывая босыми ногами тапочки. Пора было давно встать: часы на мониторе Антона показывали одиннадцатый час.

На самом деле в огне горела сама Мира — всю ночь. Металась в пламени, пыталась отогнать от себя огненные языки, жадно тянувшиеся к коже, при этом не чувствовала ни боли, ни страха. Лабиринт огня не выпускал ее до самого утра, и сейчас у нее болела голова и слепило в глазах, словно она долго смотрела на солнце.

Бросив в брата, строившего гримасы, подушкой, девушка побрела в ванную комнату, краем глаза заметив физиономию дьявола на мониторе Антона. Кузен начал день привычно — с компьютерных игр, правда, раньше Мира такой заставки у него не замечала. Демоническая рожа неприятно подмигнула, после чего исчезла, оставив после себя красный экран.

— Черт! — возмущенно воскликнул Антон и застучал по клавиатуре. — Видала?

— Видеокарта, — уверенно заявила Мира. — Это полетела твоя новая видеокарта.

— Сплюнь, — засуетился кузен и полез под стол ковыряться в системнике.

До ванной Мира не дошла, так как на пороге ее перехватила Людмила Аристарховна с выпачканными в муке руками.

— А я вареники с капустой налепить решила, — сообщила ей тетка и подмигнула. — Поможешь? В такую погоду все равно только дома сидеть. Я на работу не пошла. Что там делать? Пасьянс уже надоел. Кстати, тебя там к телефону. Потом давай на кухню, налепим пухляшек на всю неделю.

Людмила Аристарховна работала менеджером по маркетингу в крупной транспортной компании, считала себя высококлассным специалистом и редким кадром во всех отношениях. Видимо, также считал и начальник отдела маркетинга, который часто приглашал сотрудницу к себе домой в гости, откуда она уезжала на такси поздней ночью.

— Жду тебя! — крикнула Людмила Аристарховна и на ходу попыталась сделать стойку на руках. Асана не удалась, родственница взбрыкнула ногами в воздухе и тяжело ударила пятками в пол, отчего зашаталась коллекция фарфоровых кукол на этажерке. Ничуть не смутившись неудаче, Людмила Аристарховна выполнила «собаку мордой вверх» и гордо удалилась на кухню.

Проводив тетку задумчивым взглядом, Мира не спеша побрела в гостиную, где находился телефон. День начинался странно. Лично Субукиной звонили редко, так как Вика, ее подружка, каждый день виделась с ней в школе, и общие дела они обсуждали там. Егор же не звонил никогда. Мира готова была променять все оставшиеся дни каникул на такие вот снежные бураны за звонок от Хрусталева.

На проводе оказалась Вика.

— Мира, собирайся! — с ходу выложила она. — Я нашла нам работу!

— Что? — не поняла Мира, наблюдавшая за тем, как Людмила Аристарховна изображает «позу трупа» на пороге кухни. Похоже, тетка сегодня была в особом «йожном» настроении. — Привет.

— Ты же хотела заработать на съемную квартиру? Так лови момент. Карина попросила меня поработать недельку по вечерам в салоне ее мамаши. У них уволилась помощница, а завтра пятница тринадцатое и еще какой-то там важный оккультный день, людей не хватает. Я согласилась на полставки с условием, что тебя тоже возьмут. Одна ведьма хорошо, а две — еще лучше! За неделю работы на первый месяц съема заработаем, Третьяковы не жадничают.

Вика вместе с Мирой страстно мечтала съехать на отдельную квартиру, и подруги давно договорились, что снимать жилье будут вместе.