Шрифт:
Загадочное убийство
Телефонный звонок разбудил подполковника милиции Сергея Ивановича Брянцева на рассвете. Было что-то около четырех. Схватив аппарат, он босиком, стараясь не разбудить жену, нырнул в соседнюю комнату.
Звонил дежурный по райотделу:
— На улице Металлургов, дом одиннадцать обнаружена женщина, убитая ударом ножа в грудь.
Выспрашивать подробности у дежурного, пожалуй, бестолку, и Брянцев приказал:
— Высылай машину.
До улицы Металлургов от Брянцева было сравнительно недалеко, и он подъехал туда почти сразу же вслед за оперативной группой.
Группа была «так себе», «собранная с бору по сосенке»: молодой следователь городской прокуратуры Бубнов, инспектор уголовного розыска райотдела старший лейтенант Неверов, два стажера, не считая «старых зубров» — врача-криминолога Ульянова да собаковода Феди Устинова. «Они вместе или первый, или второй раз работают…» Брянцев нахмурился.
В последние годы в милиции вообще, и в райотделе в частности, произошли большие изменения. Он, Брянцев, даже не знает, как это случилось, но и в областном управлении внутренних дел, и в их Пролетарском райотделе на первые роли, как-то выдвинулись не опытные профессионалы-криминалисты, а люди вообще-то «серенькие», но обладающие безошибочным чутьем, отлично угадывающие кто и когда из числа областных воротил пойдет вверх, а кто заведомо обречен на падение.
Брянцев не любил этих пронырливых, беспринципных людей в милицейской форме, но виду не показывал. Старался быть «вне политики». Последнее время он даже перестал читать газеты. К тому же у него подходил пенсионный срок и ему совсем не хотелось потерять пенсию. Всю свою, еще сохранившуюся энергию он посвящал работе. Может быть, поэтому его и терпели. Словом, вот уже много лет он оставался бессменным заместителем начальника райотдела.
В квартиру потерпевшей его проводил один из стажеров.
На лестничной площадке, несмотря на раннее время, табунились любопытные.
— Жильцы соседних квартир, — сказал стажер, уловивший взгляд Брянцева. — Никто ничего.
Брянцев вошел в квартиру.
В пустой прихожей ярко светилась трехрожковая люстра. Шикарная обивка стен, широкая ковровая дорожка, высокий шкаф из полированного дерева для верхней одежды, великолепное зеркало с подставкой из такого же полированного материала, — все говорило о достатке.
Первая из комнат тоже была ярко освещена великолепной люстрой. Пол покрывал богатый персидский ковер, несомненно ручной работы. Цветной телевизор. В углу — лимонное деревце, увешанное плодами. Обитый плюшем диван, несколько уютных кресел с такой же обивкой. Посредине комнаты круглый стол, покрытый темной узорчатой скатертью с золотистыми кистями. За столом следователь Бубнов «сочинял» протокол осмотра места происшествия.
Но все это Брянцев рассмотрел уже потом. Первое же, что он увидел, был труп женщины, похоже, небольшого роста, в простом фланелевом халатике. Глаза широко раскрыты, и в них застыло выражение ужаса. Крашенные в черный цвет волосы были вздыблены. Видимо, убийца схватил ее за волосы и после этого нанес единственный, но точный удар под левую грудь. Там по халату расплылось кровавое пятно.
Однако орудие убийства — нож, кинжал или заточка — отсутствовало. Судя по всему, неизвестный или неизвестные обтерли нож или кинжал о полу халата и унесли с собой.
И еще одну детальку высмотрел Брянцев: справа на шее убитой была малоприметная царапина. Он посмотрел на Ульянова-криминалиста.
— Я думаю, — отозвался тот, — на женщине была цепочка, то ли с медальоном, то ли с часами. Расстегивать ее убийца не стал, а просто рванул. Словом, когда вы раскроете это дело, на поверхность обязательно всплывет цепочка.
Между тем, в комнате царила специфическая атмосфера, присущая начальной стадии расследования подобных преступлений. Криминалист заканчивал фотографирование трупа с установленных позиций, второй стажер делал промеры по указанию Бубнова, и только следователь нарушат тишину, обращаясь то к стажеру, то к понятым:
— Обратите внимание, гражданки, дверца шкафчика, заменяющая подставку под телевизор, взломана…
— К Брянцеву подошел старший лейтенант Неверов.
Ни одного отпечатка пальцев, годного для идентификации.
— Кто потерпевшая?
— Елена Ионовна Пустаева, участковый врач местной поликлиники, вдова бывшего заведующего облздравотдела. Одинокая.
— Кто обнаружил труп?
— Соседка. Пенсионерка Кольцова Пелагея Семеновна. Рекс взял след. Ожидаем вестей от Устинова.
— Хорошо. А какие версии приходят на ум, старший лейтенант? Широкие светлые брови Неверова стянулись к переносью, в серых глазах, будто мгновенно потемневших, отразилось раздумье.
— Убийство с целью ограбления. Но тут есть особенность: одежда, домашние вещи и порой весьма ценные, кажется, не тронуты. Однако взломаны дверцы шкафчика под телевизором, а также у секретера из полированного кедра в кабинете Пустаева. Может быть, убийца не хотел обременять себя заметным грузом и довольствовался малогабаритными ценностями, которые, судя по всему, могли иметься у потерпевшей. Убийца мог получить точную наводку или принадлежать к числу ее близких знакомых.
— Имеются и другие версии? Неверов чуть заметно пожал плечами.
— Мы подумали еще вот о чем: возможно у потерпевшей, одинокой женщины, был милый друг. Ведь для женщины беда не года, а то, что душой молода…
— Возможно, — согласился Брянцев. — Все?
— Все, товарищ подполковник.
Было уже около шести, когда Брянцев решил зайти к соседке потерпевшей, так называемому «первому свидетелю». Он нажат кнопку звонка, и дверь почти сразу открылась.
Его встретила сухонькая, с заплаканным лицом женщина.
— Я так и знала, что ко мне еще зайдут, — сказала она, увидев пожилого человека в форме. — Проходите.
Квартира была двухкомнатная, просто, даже бедно обставленная: ни ковров, ни серванта с дорогой посудой, ни хрустальных люстр. Единственным богатством был старый, черно-белый телевизор и чистота, — эта самая расхожая роскошь бедняков, которая вроде бы ничего не стоит, и которая дается не всякому богачу.
— Вы давно в этом доме живете?
Ее исплаканные глаза посветлели и потеплели.
— С того момента, как дом в эксплуатацию сдали. И вот вдруг счастье: наша с Мишенькой моим очередь подошла. Получили двухкомнатную. А соседи люди достойные, видные. В четырехкомнатной — заведующий областным здравоохранением Пустаев Павел Васильевич со своей Леночкой. В однокомнатной — молодой специалист, литературный работник областной газеты. В трехкомнатной — известный на всю область строитель-высотник с семьей.