Чтение онлайн

— Вот моя карточка, здесь телефонный номер — протянул он мне кусочек картона с буквами и цифрами — Он включен всегда.

— А у меня еще часы есть — я показал ему золотой браслет маяка — Они не простые...

— Осведомлен — от кивка головы на ней ни одна волосинка не шелохнулась. На клей он прическу посадил, что ли, гад такой? Илья Палыч! Вернись, а?

— Ну и ладно. Я к себе и без двадцати два жду ваших людей — все, нет моих сил больше с ним общаться и тем самым развивать в себе комплекс неполноценности.

— Рад знакомству — еще одно пожатие каменной десницы и он, раскланявшись с входящей в приемную Елизой Валбетовной покинул помещение.

— Мужчина — посмотрела ему в след Елиза и тем самым вбила последний гвоздь в основание моей нелюбви к новому безопаснику. Ну да, может быть и мелко, может, даже комплексы. Но вот такой я человек. По крайней мере, я хотя бы человек.

И вот еще интересно — а почему мне про этого парня с обложки Валяев ничего не сказал? Не захотел или просто сам ничего еще не знает?

Ребята-техники закончили установку новой нейрованны и ждали меня. Я в нее залез и повертелся, приспосабливаясь к новому ложу.

— Ну как? — горделиво спросил Дмитрий — Удобно?

— Поди знай — с сомнением ответил ему я — Пока не полежишь в ней часов восемь — не поймешь.

— Ну, тело всяко меньше будет затекать — заверил меня добрый человек — Ручаюсь, проверено на личном опыте. С наступающим вас!

Что до вечеринки — конечно же мы опоздали, надо было выезжать в час. Да пока я еще купил ребятам кое-какие мелкие сувениры в сувенирной лавке 'Радеона' — нельзя без подарков. Пусть даже они пустяшные, но это очень важно, люди должны знать, что они помнят. Но и на этом время было потеряно тоже.

В машине мне пришла в голову совсем уж скверная мысль — Вика! Ей-то что я дарить буду, а? Кабы не пробки и не новая охрана, можно было бы попробовать уломать водилу у ювелирного какого-нибудь остановиться, но, увы, люди Эдварда взялись за дело рьяно. Мою тушку прикрывали со всех сторон и очень качественно. Ни злоумышленнику ко мне не подобраться, ни мне самому в сторону не вильнуть.

У входа в наши помещения отиралось несколько человек, чьи лица были мне знакомы — это были люди Азова.

— Вы можете оставить пост — подошел к ним старший из моего сопровождения, это я понял из того, что именнно он отдавал команды остальным, распределяя их местонахождение — кому у входа в машинах сидеть, кому с нами идти.

— Основания? — один из тех, кто привез сюда Вику изучил документ, который старший ему предъявил.

— Позвоните в главный офис, вам все объяснят — спокойно посоветовал старший — Но с сегодняшнего дня охрана объектов переходит в наше ведение.

Мммм, вон оно что. Так мы 'объекты'. Отрадно, что для меня наконец нашлось подходящее название. Ладно, вы сами разбирайтесь со своими полномочиями, а я хочу выпить. Оставив представителей двух разных команд сверлить друг друга ледяными взглядами, я подошел к дверям кабинета.

— Все, звоню ему в последний раз и садимся — услышал я голос Вики, отметив, что слышимость-то ого-го какая, надо будет это запомнить.

— Верно-верно — к моему величайшему удивлению ее поддержала Шелестова — Вон, водка уже отпотевает!

Надо же, на алкогольной ниве они находят общий язык? Воистину, вот где подлинный 'коннектинг пипл'.

Телефон завибрировал у меня в руке, и я ответил на звонок, открывая дверь.

— Разливай. Сказали же тебе — отпотевает водочка-то!

Надо же, впервые вижу сразу всех своих подчиненных в сборе. Всегда ведь кто-то да отсутствовал, а здесь прямо праздник души какой-то.

— Общий привет — помахал я рукой своим коллегам — Соскучились по папке?

Гомон, раздавшийся в ответ, меня, по правде, немного растрогал. Радуются, ждали — вон бутылки даже не распечатаны и салаты не покоцаны.

— А почему без бороды? — выделился из общей гаммы голос Шелестовой — И без дрына в руках? И без красного халатика с перламутровыми пуговицами? Ну, я так не играю! Налейте мне водки, что ли, пропал вечер...

— Ко мне этот вопрос тоже относится, про 'соскучились'? — по обыкновению флегматично поинтересовался у меня Петрович, сидящий в уголке — Я просто тебя созерцаю большую часть своей жизни и по этой причине затрудняюсь ответить тебе честно. Особенно если вспомнить, в какие неприятности ты меня время от времени втравливал.

— В какие, в какие? — оживилась Шелестова, выглядящая если не прекрасно, то близко к этому. Впрочем, она была из той породы женщни, которыя и в драном мешке будут смотреться как королевы — Поподробнее?

— В разные — Петрович, похоже, был тут единственным представителем мужского пола, кто не таращился на Елену без вожделения и не прикидывал свои шансы. Впрочем, был еще Жилин, который сидел в уголке и пил из огромной кружки кофе — Вот, помню, когда нам было лет по семнадцать, затащил он меня на день рождения какой-то своей знакомой, а у меня в тот день был жуткий насморк...

— Петрович, ты выбрал не лучшую историю — перебил я его — Нашел, о чем поведать народу перед пьянкой? Совесть имей!

Ничего криминального тогда не случилось, и скрывать мне было особо нечего. Просто у Петровича была аллергия на чеснок, сильная, неизлечимая, выражающаяся в том, что желудок его вовсе не принимал. Он мне про это много раз рассказывал, обходя, впрочем, тот момент, как именно его желудок реагирует на раздражители. Я ж не знал, что он избавляется от попавшего в него аллергена, так скажем, орально... Вот и полил кусок курицы чесночным соусом, когда Вадька отвернулся, а с учетом того, что у него был сильнейший насморк, он ничего и не почуял. Реакция его организма оказалась моментальной, да ещё как назло и именниница сидела напротив него...