Чтение онлайн

Мэри вцепилась в подлокотники кресла.

– Я же сказала, чтобы вы уходили! Я не стану вам помогать! Уходите, немедленно уходите!..

– Послушайте, не будьте такой глупой, – сказал Бордингтон, снимая очки и заботливо кладя их в карман. – Если они меня возьмут, то схватят также и вас. Так что отбросим мрачные мысли и займемся приготовлением чая.

Он ушел в маленькую кухню и принялся возиться у плиты. Мэри бросала вокруг себя безумные взгляды, как бы ища лазейку, через которую можно было бы скрыться. Она с горечью подумала о деньгах, которые ей обещал Дорн. В голову лезли страшные истории, которые она слышала о пойманных шпионах. А если самой вызвать полицию? Будут ли они снисходительны к ней? Вряд ли. Мэри представила их грубые руки на своем теле, подумала о тех средствах, которые будут применяться, чтобы заставить ее говорить. Даже если она скажет абсолютно все, они будут убеждены в ее неискренности.

Бордингтон вернулся из кухни с чайником в руке.

– Когда я выкрашу свои волосы, – сказал он, ставя чайник на стол, – нужно будет, чтобы вы сфотографировали меня. Я захватил фотоаппарат. Мне понадобится фотография для паспорта. Я также попрошу сходить вас по одному адресу. Там живет гравер очень высокой квалификации, который изготовит мне новый паспорт. Только после этого я смогу уйти от вас. Полиция не знает, что у меня до сих пор сохранился британский паспорт. Учитывая мой новый облик, я смогу сойти за туриста…

Мэри, сжавшись в кресле, не сводила взгляда с Бордингтона. Она кусала кулак, чтобы не завопить от ужаса.

Майкл О'Брайен прилетел в Прагу в девять часов вечера. Весь путь отнял у него не более трех часов.

Это был молодой светловолосый человек с плоским, покрытым веснушками лицом и серыми холодными глазами. Работая по заданиям О'Халлагена, он заставил исчезнуть немало агентов, чем-то не угодивших шефу. Такие акции были для него привычным делом, и он не испытывал ни малейшей жалости к приговоренным. Убийства он рассматривал как работу: звонок в дверь, в руке пистолет с глушителем, негромкий хлопок выстрела. С самого начала он решил, что лучше всего стрелять в голову. Дырка в черепе дает уверенность в смерти приговоренного.

Он заранее изучил план города, и для него не составляло труда найти квартиру Бордингтона. Поднимаясь по лестнице и нащупывая пистолет в кармане, О'Брайен думал о том, что, если все пойдет хорошо, он вернется в Нюрнберг еще к полуночи и, проведя там ночь, утром сядет на самолет до Парижа.

Поднявшись на нужный этаж, он снял пистолет с предохранителя и проверил, достаточно ли хорошо выходит оружие из кармана. Потом нажал на кнопку звонка. Раздались тяжелые шаги, и дверь резко распахнулась. На пороге стоял гигант с квадратным лицом и светлыми, подстриженными под ежик волосами.

О'Брайен не первый год работал на Дорна и прекрасно знал, кто стоит перед ним. Дрожь пробежала по его телу. За спиной Малиха маячило трое мужчин, двое из которых были вооружены автоматами.

– Вы кто? – спросил гигант вежливым голосом, который резко контрастировал с его ледяным взглядом.

О'Брайен лихорадочно обдумывал ситуацию. Поймали ли они уже Бордингтона? По всей вероятности, да. В противном случае как бы они оказались здесь.

– Мистер Бордингтон дома? – спросил он. – Мне сказали, что он дает уроки английского языка…

– Прошу, – Малих посторонился.

О'Брайен заколебался, но угроза автоматом была более чем очевидной. Он вошел в маленький, скромно обставленный салон.

– Бордингтона здесь нет, – сказал Малих, закрывая дверь. – Могу я посмотреть ваши документы?

О'Брайен, пожав плечами, вытащил свой паспорт и протянул Малиху.

– Как здоровье мистера Дорна? – поинтересовался Малих, передавая паспорт одному из своих подручных.

– О, превосходно, насколько я могу судить, – О'Брайен улыбнулся. – А как поживает мистер Ковски?

Так звали шефа Малиха.

– Спасибо, он тоже пребывает в добром здравии.

Наступило короткое молчание.

– Вы немного опоздали. Бордингтон ушел отсюда в девять утра. Потрудитесь передать мистеру Дорну, что я лично позабочусь о его судьбе. Мне очень жаль, что вы зря проделали это путешествие. Если вы согласитесь проехаться в аэропорт с этим господином, то он вернет вам документы на трапе самолета.

Коренастый человек без лишних слов сунул паспорт в карман и направился к двери. О'Брайен, решив быть благоразумным, пошел следом за ним.

– Одну секунду, мистер, – остановил его Малих. – Я прошу вас больше не приезжать сюда. Маловероятно, чтобы вы были здесь желанным гостем. Вы меня поняли?

– Абсолютно, – ответил О'Брайен. Выходя из квартиры, он услышал рыдания женщины в спальне. Он подумал, что это скорее всего жена Бордингтона. Не хотел бы он оказаться на ее месте.

– Послушай, моя милая! – терпеливо говорил Гирланд. – Мне нужно уходить через пять минут, так что будь добра, собирай вещички и мотай отсюда. Поняла?

Девушка, сидевшая напротив него, зазвенела кусочками льда в своем стакане. Гирланд подцепил ее в магазине на Сен-Жермен. Ей едва исполнилось восемнадцать лет, и она была весьма сексуальна. Красные брюки из эластика и белая блузка выгодно подчеркивали ее прелести. Однако при ближайшем знакомстве Марк понял, что она слишком молода, жадна и цинична.

– Что за манеры у тебя! Разве так разговаривают с девушкой? – спросила она, наклонив головку так, как это делала ее любимая актриса.

– Огорчен, но ничего не могу поделать, – ответил Гирланд с очаровательной улыбкой. – Видишь ли, мне нужно уходить.

– Значит, мы не будем заниматься любовью? – спросила она. – А я бы не прочь получить удовольствие.

«Почему я всегда влезаю в подобные ситуации? – вздохнув, подумал Гирланд. – Вечно я не могу сказать „нет!“. Но у нее был такой аппетитный вид. Почему это большинство женщин, едва только откроют рот, становятся невыносимо скучными? Если бы она умела молчать, я с удовольствием провел бы с ней время».

– Я пригласил тебя выпить стаканчик вина. Ты его выпила и можешь уходить. – Он встал. – Забирай свои игрушки, детка…