Преображения, Вахненко Елена Владимировна (HelenV)

Преображения

на обложку

Вахненко Елена Владимировна

Шрифт:

Обрадовавшись вернувшемуся зрению, Барбара отметила три факта: первый - она находится дома у Майкла, второй - кто-то переодел ее в пижаму жениха, третий - таинственный гость был ей как будто смутно знаком… кажется, она уже видела это лицо с правильными чертами…

– Мы… знакомы?
– хрипловатым голосом спросила девушка и откашлялась.
– Я вроде вас помню…

Мужчина укоризненно покачал головой. Его черные глаза смеялись, взгляд, казалось, дразнил, хотя внешне “знакомый незнакомец” постарался сохранить серьезность.

– Мы общались, не помните?
– напомнил он, уголки его красиво очерченных губ дрогнули… однако это не было улыбкой, разве что намеком на нее.
– Я Людовик.

Имя было знакомым.

– Ах, да… - обрадованно закивала она.
– Вы подошли ко мне в баре… только я не помню, чтобы приглашала вас в гости…

“Тем более - в гости к своему парню!” - добавила Барбара мысленно.

Людовик пожал плечами и без спроса устроился в кресле у окна. Невольно вспомнилось, что точно так же, без разрешения, он вчера присел и за ее столик… что ж, правду говорят, наглость - второе счастье.

– Вы многого не помните, верно?
– это был даже не вопрос. Скорее, - констатация факта.

Барбара нахмурилась.

– Вчера был тяжелый день, - пояснила она недовольно.
– Мое… невоздержанное поведение простительно.

Людовик примирительно поднял руку с раскрытой ладонью:

– Я вовсе вас не осуждаю, что вы! Вы были в отчаянии, это бросалось в глаза.

– Прямо-таки бросалось?
– проворчала девушка и, опустив взгляд на явно большую для нее пижаму, смущенно спросила: - А кто меня… хм… переодел?

– Я, - обезоруживающе улыбнулся гость.
– Ваша одежда… несколько испачкалась… вам стало плохо…

Барбара краснела редко, но если уж краснела, то до корней волос, так что ее лицо практически сливалось по цвету с огненными кудрями.

– Не буду уточнять, как именно испачкалась, - отводя взгляд, пробормотала она, покусывая нижнюю губу.
– Спасибо за… помощь…

На языке у нее вертелся еще один вопрос: а было ли между нами что-то более личное? Однако задать его вслух она не рискнула. Да и в любом случае ответ, наверное, был бы отрицательным… трудно представить мужчину, плененного женщиной в столь плачевном состоянии… совершенно бессознательной… но, с другой стороны, Людовик ее раздевал, он видел ее обнаженной! Эта мысль сердила и смущала одновременно.

– Конечно, эта пижама не совсем вам подходит, - продолжил Людовик, в его глазах прыгали чертики.
– Но мне было как-то неудобно рыться в ваших вещах…

– Ну, не стоило стесняться!
– с пылающими щеками прошипела Барбара, сузив глаза. Смущение ушло на второй план, теперь она была в ярости.
– Вы вторглись в мой дом, вы видели меня… хм…