Шрифт:
Глава 1
Любительница абсента
Москва. 22.45 местного времени
Ах, какой чудесный был вечер! Вечер, в который не грех было бы потерять разум в объятиях стройной длинноногой блондинки с пронзительно голубыми распутными глазами. Блондинки, сидящей в опасной близости на диване в расшитом причудливыми китайскими дракончиками коротеньком халатике.
Приглушенный свет ночника выхватывал из полумрака полные соблазна девичьи прелести, обнажавшиеся все более с каждой рюмкой выпитой текилы. Разговор ни о чем плавно перетекал в эротическое русло, наращивая искрящееся желание на определенный миг растворить друг друга в объятиях. Что еще нужно для релаксации могучего молодого организма, два часа назад закончившего вершить свои профессиональные обязанности, связанные с определенной долей здорового риска?
Но… В могучей и бескрайней Великороссии, испокон веков не дающей ни сна, ни покоя лучшим представителям ее народонаселения, ни в коем случае нельзя считать себя стопроцентно защищенным от вторжения в личную жизнь гражданином. Тем более, если этот отдельно взятый гражданин, готовый заключить в объятия находящуюся под вожделеющим бочком подругу, имел в недавнем прошлом непосредственное отношение к спецслужбе, наводившей своей аббревиатурой ужас на весь цивилизованный Запад.
А коли так, уж будь готов, мил человек, в любой, даже самый щепетильный момент призваться, так сказать, под знамена. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. Правило это, как боец временами невидимого фронта, Роман Максимович Слобцов, имевший в определенных кругах оперативный псевдоним «Миссионер», безусловно помнил и хранил в своем подсознании как зеницу ока.
Но… опять все то же «но»… Уж больно красива и соблазнительна была сидящая напротив девчоночка. И уж так пленителен был закат, пробивавшийся сквозь зашторенное окно матово-красным цветом похотливого эроса, что не грех было на пару-тройку часов и забыть, кто ты есть на самом деле и какие специфические навыки хранит твой натасканный до ломоты в костях организм. И твои ли вообще боевые регалии хранятся в неизвестно каких теперь анналах наряду с созвездиями наград тебе подобных.
Не чужд был ничего человеческого и товарищ Слобцов, инфильтрировавшийся в сугубо гражданскую жизнь репортером криминальной хроники сразу нескольких столичных газет. Рюмки, наполненные в очередной раз, совершили брудершафтный кругооборот, отчего у красотки совершенно соскользнул с плеч номинальный халатик. Вечер подходил к своему логическому завершению.
Звон хрусталя, предшествующий началу любовной игры, захлебнулся в грохоте беспардонно выбитой входной двери. Спустя мгновение раздался характерный хлопок гранаты со слезоточивым газом.
– На балкон, быстро! – не дожидаясь ответной реакции, Миссионер сгреб подругу в охапку и вытолкнул из комнаты в открытый балконный проем.
Три фигуры в черных комбинезонах и противогазах, натянутых на физиономии, бесшумно и молниеносно заполонили собой квадратные метры чужой жилплощади. Сквозь наворачивающиеся слезы Миссионер успел отметить гротескный оттенок сверхновой действительности, напоминающий фрагментарно непритязательный американский боевичок. Свежий июльский воздух, сочившийся с улицы, давал едва ощутимую защиту глаз, позволяющую дать первый отпор пришельцам. Пришельцы, правда, не лезли с разбегу на рожон, а грамотно и четко обволакивали жертву со всех сторон, не изъявляя пока желания пустить в ход висящие на плечах укороченные «калаши».
Лучшая защита – это нападение. Резкий выпад правой ноги заставил одного из присутствующих согнуться пополам, на время исключив его из числа участников поединка. Драгоценные мгновения, потраченные на нейтрализацию, едва не обошлись Миссионеру довольно дорого. Направленное привычной рукой самое безотказное оружие в мире рассекло воздух в направлении солнечного сплетения. Уклонение от удара стоило Слобцову одного шага назад, благодаря чему все дальнейшие движения защищающегося получали естественное ограничение в виде дверной балконной коробки.
Подруга, вжавшись в угол, с ужасом взирала на появившуюся спину своего вожделенного кабальеро, противостоящего натиску внеземных цивилизаций. Наглухо закутанная в халат грудь вздымалась часто и ритмично. Но теперь уже не от разбуженной девичьей страсти, а от неопределенной зыбкости своего положения. Ожидая самого худшего, она до боли зажмурила глаза, положившись на волю всемогущего провидения. Из-за чего не смогла увидеть прыжок Слобцова, перемахнувшего через балкон с изяществом бенгальского тигра.
Приземление со второго этажа прошло удачно. Правда, пляжный вариант одежды Слобцова, оказавшегося на улице в одних трусах, смотрелся чуточку дисгармонично применимо к окружающей обстановке. Но благо не сидели на скамейках, ввиду позднего времени, вездесущие любопытные бабульки и не играли в песочницах дети в сопровождении скучающих мамаш. А посему гардероб безумствующего соседа оказался невостребованным для частного обсуждения. Зато широкая спина Миссионера оказалась отличной мишенью для притаившегося неподалеку снайпера. Тоненькая иголочка, несущая радости небытия, вошла аккуратно под правую лопатку. Окружающий спецагента мир раздвоился, раскололся на составные части и погрузился во мрак.
Стоящий поодаль микроавтобус с затемненными стеклами бесшумно тронулся с места. Женщина в строгом брючном костюме, сидевшая на переднем сиденье и внимательно наблюдавшая за происходящим, поднесла к безупречно накрашенным губам портативную рацию:
– Вулкан, ваш выход.
– Вас понял, – прошипело на том конце соединения.
В тот же момент раздался скрип тормозов лихо завернувшего к подъезду «уазика» без опознавательных знаков. Двое упитанных парней в синих медицинских халатах резво выскочили из его внутренностей и так же быстро и согласованно погрузили на носилки мужчину в плавках, лежавшего на траве возле собственного дома.
– Михаил Игнатьевич, объясните девочке ситуацию. – Женщина, командовавшая парадом, обернулась назад.
Интеллигентной внешности мужчина, похожий на дорогого адвоката, не спеша вылез из микроавтобуса и направился к дому. У входа в подъезд он столкнулся с тремя выходящими инопланетянами в черных комбинезонах, держащими в руках противогазы.
– Она на балконе, – бросил в сторону «адвоката» один из проходящих.
– Состояние?
– Состояние предобморочного аффекта, доктор, – съязвил второй.
– Да уж, – покачал головой мужчина интеллигентной внешности, скрываясь в подъезде.
Подмосковье. Загородная резиденция МВД. 23.50 местного времени
Эскулап, склонившийся над Романом Максимовичем Слобцовым, почувствовал на своей шее мертвую хватку ожившего пациента прежде, чем успел полностью ввести в вену возвращающий из объятий Морфея раствор.
– Полегче, Миссионер. У нас не так много квалифицированных сотрудников. – Приятный женский голос прозвучал очень кстати.