Пять вечеров
Шрифт:
Катя. Поместимся, только я с ним не сяду.
Тамара. Почему?
Катя. Правду говорят, переученный хуже недоученного. Целый вечер с ним гуляли и ни о чем толком не поговорили.
Тамара. Может быть, ему скучно с тобой?
Катя. Если бы я захотела, ему бы сразу стало весело. У него были попытки, только неудачные.
Тамара. Сама виновата – значит, он мало тебя уважает.
Катя. Подумаешь, сверхличность! Я больше его читаю. Хотите тетрадку принесу, я туда отдельные мысли записываю.
Тамара. Милая моя, он студент, тебе догонять его и догонять.
Катя. Ну и что же. Вот «Мартин Идеи» читали? Он за несколько месяцев все изучил, даже политические труды. А я знаете как читаю? Я шестьдесят страниц могу в час прочитать. А если стихи – семьдесят пять.
Тамара. А толку что? Лучше ты прочитай страничку и подумай. А то сегодня прочитала – завтра забыла.
Катя. Ну да, у меня память знаете какая? Я два раза только прочитаю, уже наизусть помню. Я уже Александра Твардовского изучила, Александра Блока, Алексея Суркова…
Слава(входит с миской салата). Веру Панову, Веру Кетлинскую, Веру Инбер…
Входит Ильин.
Катя(громко). Александр Петрович, скажите ему.
Тамара. А правда, злой ты, Славка.
Катя. Люди видели бы вокруг себя много прекрасного, если бы не были так злы.
Слава. Где-то читал.
Катя. Жюль Ренар.
Тамара. То, что не надо, читаешь, а заниматься – времени нет. Еще двойку схватишь!
Слава. У меня по теплотехнике конспектов нет. Завтра возьму у кого-нибудь – засяду.
Катя(Тамаре). Ну как можно заниматься по чужим конспектам!
Тамара. Александр Петрович, скажите ему…
Ильин. А что, конспектировать – это, брат, не механический процесс. Ты же одновременно осваиваешь материал.
Слава. Второй фронт открылся.
Ильин. Что-то торжественная часть затягивается. Выпьем?
Слава(выпил). Сила…
Катя. Ой, давайте закусывать!
Слава. Покормите ее.
Катя. Я не о себе беспокоюсь. Если хотите знать, я сегодня уже была в гостях.
Слава(берет у нее тарелку). Ах, она уже была в гостях…
Тамара. Слава!
Катя. Я на него не обижаюсь. Я вообще не верю мальчишкам. Я с одним два года дружила. А потом он меня избил и бросил. Да, сейчас уже не может быть, как в каком-то веке: девушка, жизнь за нее отдать… Сейчас перегиб в другую сторону. Им неинтересно с такой, которая будет какие-нибудь идеи толкать. У них одна цель – считают, что нужно обязательно чего-нибудь добиться. Уйдет без поцелуя домой – значит, вечер зря пропал.
Тамара. От девушки тоже зависит, надо быть гордой.
Слава поставил пластинку. Пригласил Катю. Танцуют. Тамара взглянула на Ильина, подняла рюмку, они выпили.
Слава. Что за групповщина! Я осуждаю вас, и все вас осудят за то, что вы пьете индивидуально. Катя, выпьем на брудершафт!
Тамара. Уймись, развеселился.
Слава. А что, мне весело, я не стыжусь. Между прочим, мне не так уж весело, как вам кажется. Тетя Тома! (Целует ее в щеку.) Я один тебя понимаю. Ты держись за меня!
Ильин(отставил его стопку). Ты перебрал, поди отдохни.
Слава. Не знаю, что мне делать: демонстративно уйти или демонстративно остаться.
Катя(вежливо, Ильину). А зачем вы распоряжаетесь? Вы кто здесь, жилец? Жилец. Значит, ведите себя тактично. И на Славу плохо влияете. Вот он выпил три рюмки, зачем это?
Ей не ответили. Слава почуял неладное. Повел глазами, чтобы Катя обратила внимание: рука Ильина лежит на руке Тамары. Слава кивнул головой на дверь. Катя встала, неслышно отошла, надела пальто. Слава дал понять, что она должна выйти, он ее догонит.
Катя ушла. Тогда он тоже встал и тихо пошел к двери. Только тут на него посмотрела Тамара.
Тамара. А Катя где?
Слава. Домой ушла.
Тамара. А ты куда?
Слава. Пойти пройтись.
Тамара. На ночь-то глядя. Сиди.
Слава сел на стул. Посидел, усыпляя бдительность. Встал, взял пальто.
Ильин. Сказано – сиди.
Слава(сел, вздохнул). Можно ехать.
Его никто не слышит. Надел пальто, вышел.
Тамара(взяла гитару, поет).
– Миленький ты мой, возьми меня с собой.
Там, в краю далеком, назовешь меня женой.
– Милая моя, взял бы я тебя -
Там, в краю далеком, ждет меня жена.
– Миленький ты мой, возьми меня с собой,
Там, в краю далеком, назовешь меня сестрой.