Чтение онлайн

Большая Флора вглядывалась в меня, прищурив серые глаза. Я встретил ее взгляд.

– Я еще не совсем понимаю, - медленно сказала она, - но если вы...

– Где Анжела Грейс?
– перебил я.

– Привязана к кухонному столу, - сообщила она и продолжала размышлять вслух: - Вы устроили так, что...

– Ага, - кисло откликнулся я, - я Пападопулос номер Два.

Ее крупное тело вдруг задрожало. Красивое свирепое лицо потемнело от боли. Из глаз выкатились две слезинки.

Будь я проклят, если она не любила старого мерзавца!

В город я вернулся в девятом часу утра. Позавтракал, потом отправился в агентство и застал Старика за разбором утренней почты.

– Все кончено, - сказал я ему.
– Пападопулос знал, что Нэнси Риган наследница Тейлора Ньюхолла. Когда банковское дело провалилось и ему понадобилось убежище, он устроил так, что она спрятала его в загородном доме Ньюхолла. Держал он ее на двух крючках. Она жалела его как бестолкового и забитого старика, а кроме того, после налетов сама стала - пускай невольной - соучастницей.

Вскоре папа Ньюхолл отправился по делам в Мексику. Пападопулос сообразил, как можно заработать. Если Ньюхолла убьют, дочка получит миллионы, и старый вор знал, что сможет их отобрать. Он послал за границу Барроуза нанять мексиканских бандитов для убийства. Барроуз все сделал, но проболтался. Сказал своей дамочке в Ногалесе, что должен вернуться "во Фриско и получить со старого грека хорошие деньги", а потом приедет сюда и купит ей все на свете. Дамочка передала это Тому-Тому Кери. Кери смекнул, что к чему. И явился сюда за Барроузом. Утром он навестил Барроуза, чтобы выяснить, Пападопулос ли этот "старый грек" и где его найти; Анжела Грейс присутствовала при выяснении. Барроуз был под морфием и никаких резонов слушать не желал. Тогда смуглый человек стал урезонивать его ножом, но Барроуз так накачался наркотиком, что даже это не производило впечатления, и боль он почувствовал только тогда, когда смуглый человек уже сильно его обстругал. Анжелу Грейс эта картина привела в ужас. А когда прочла в вечерних газетах, какое изделие вышло из рук Кери, попыталась покончить с собой - больше не могла выносить видения, стоявшие у нее перед глазами.

Кери вытянул из Барроуза все, что он знал, но Барроуз не знал, где прячется Пападопулос. Пападопулос услышал о приезде Кери - как именно услышал, вам известно. Он послал Арли убить Кери. Кери легко уходил от парикмахера - покуда не заподозрил, что Пападопулос может прятаться в доме Ньюхолла. Он поехал туда, позволив парикмахеру сесть ему на хвост. Как только Арли понял, куда направляется Том-Том Кери, он решил помешать ему во что бы то ни стало и начал его нагонять. Кери только этого и ждал. Он застрелил Арли, вернулся в город и позвал меня с собой, чтобы поставить точку в этом деле.

Тем временем Анжела Грейс подружилась в камере с Большой Флорой. Она знала Флору, а Флора ее не знала. Пападопулос организовал Флоре побег. Двоим всегда легче бежать, чем одному. Флора взяла с собой Анжелу, привезла к Пападопулосу. Анжела бросилась на него, но Флора сбила ее с ног.

Флора, Анжела Грейс и Анна Ньюхолл, она же Нэнси Риган, в окружной тюрьме, - закончил я.
– Пападопулос, Том-Том Кери и Джек Конихан убиты.

Я замолчал и раскурил сигарету - не торопясь, внимательно разглядывая и сигарету, и спичку по ходу дела. Старик взял со стола письмо, опустил не прочтя, взял другое.

– Они убить! во время задержания?
– В его мягком голосе не слышалось ничего, кроме обычной беспредельной вежливости.

– Да. Кери убил Пападопулоса. Чуть позже он застрелил Джека. Мики, ничего не зная... видя только, что смуглый человек стреляет в Джека и в меня - мы стояли друг против друга и разговаривали, - выстрелил в Кери и убил его.
– Слова скручивались у меня на языке, не желали складываться как положено.
– Ни Мики, ни Энди не знают, что Джек... Никому, кроме вас и меня, не известно, в чем было... чем занимался Джек. Флоре Брейс и Анне Ньюхолл это известно, но, если мы скажем, что он все время действовал по приказу, опровергнуть нас никто не сможет.

Старик кивнул и улыбнулся улыбкой доброго дедушки, но в первый раз за много лет я его понял - понял, о чем он думает. Он думал, что если бы Джек вышел из этого дела живым, мы оказались бы перед паршивым выбором: отпустить его на все четыре стороны или испортить физиономию агентству, признав во всеуслышание, что один из наших агентов - уголовник.

Я бросил сигарету и встал. Старик тоже встал и протянул мне руку.

– Благодарю вас, - сказал он.

Я пожал ему руку, и я понял его, но исповедоваться мне было не в чем даже молча.

– Так получилось, - медленно сказал я.
– Я разыграл карты так, чтобы извлечь выгоду из обстоятельств... но так уж получилось.

Он кивнул с благосклонной улыбкой.

– Недельки две отдохну, - сказал я уже от двери. Я почувствовал усталость.