Разреши себе быть богатым

Suh Yoon Lee and Jooyun Hong

THE HAVING: The Secret Art of Feeling and Growing Rich

Copyright © 2019 Suh Yoon Lee and Jooyun Hong

This translation published by arrangement with Harmony Books, an imprint of the Crown Publishing Group, a division of Penguin Random House LLC and with Synopsis Literary Agency.

«Ее предназначение – делать других богатыми…»

Эта фраза эхом отдавалась у меня в голове, пока я смотрела в иллюминатор на огромные величественные горы. Должно быть, мы пролетали над Азией. Я отправилась в Европу, чтобы встретиться с Ли Союн, известной как «гуру для богатых».

Мой отец умер несколько месяцев назад. Он всю жизнь копил деньги и перед самой смертью умолял меня найти способ разбогатеть, но не жертвовать настоящим ради будущего. Раньше я работала журналистом, поэтому, чтобы исполнить его последнюю волю, расспросила друзей и узнала, что только Ли Союн может дать мне ответы. Я снова посмотрела в иллюминатор и сказала:

– Если мы с ней встретимся… я тоже разбогатею.

Мастер убеждения, Королева инсайта [1] , Прорицательница, Оазис для отчаявшихся. Подобного списка прозвищ достойна Дейенерис Таргариен, и тем не менее все они принадлежали Союн, привлекательной женщине слегка за тридцать.

Ее судьба поистине удивительна. В шесть лет она начала работать над будущей карьерой: стала наблюдать за другими и искать ключ к богатству. Она была советником сильных мира сего уже подростком, а в двадцать лет заработала имя среди самых известных бизнесменов, конгломератов [2] недвижимости и инвесторов. Я слышала, что люди, желавшие получить ее совет, ждут год. К ней обращаются за помощью кандидаты в президенты и главы крупнейших корпораций. Она проанализировала больше 100 000 историй успеха и с помощью этого вывела рецепт богатства.

Я прочла кое-что о Союн. Китайские торговцы обычно гадают на судьбу друг друга перед заключением сделки, и бабушка Союн научилась у китайцев, с которыми вела бизнес по производству тканей, читать будущее. Как-то она погадала на судьбу внуков. Ее поразило увиденное про Союн. У шестилетней девочки был дар приносить богатство и удачу. По слухам, бабушка сказала следующее:

«Ее предназначение – делать других богатыми. Она приведет множество людей к успеху и исцелит их сердца».

В этот момент, продвинувшись в поисках Союн достаточно далеко, я вдруг заволновалась. А если она скажет, что в этом новом мире разбогатеть нельзя? Что, если посоветует отказаться от мечты? Или даст плохие наставления и я потеряю деньги? Или я неправильно интерпретирую ее слова? А вдруг она вовсе не захочет меня видеть?

Пытаясь освободиться от грустных мыслей, я включила свет и достала блокнот. Я записала несколько вопросов, которые хотела задать Союн.

Суждено ли мне разбогатеть?

Что мне для этого делать?

Когда я разбогатею?

Сколько я заработаю?

Я могу разбогатеть сегодня и не пожертвовать ничем?

Самолет пошел на посадку. Мои руки и ноги задрожали от вибрации. Кажется, скоро вся моя жизнь изменится, подумала я.

Мой отец обожал рыбу под названием желтый горбыль. Размером с ладонь, соленая, сухая, она продается наборами по десять штук почти за триста долларов и подается на корейских праздниках. Когда отец был ребенком, ему нравился ее соленый привкус. Но из-за цены этой рыбы он мог есть ее только в гостях у родственников. Вспоминая те времена, он рассказывал одну и ту же историю.

– Давным-давно жил-был на свете скряга. Он обожал желтого горбыля, но не хотел тратить деньги, даже когда разбогател. Скряга вешал рыбу на потолок, ел немного риса, смотрел на горбыля и восхищенно говорил: «Солененький!» Это продолжалось день за днем, и рыба наконец-то испортилась. Ее так никто и не съел.

Вы решите, что мораль истории в том, чтобы наслаждаться земными удовольствиями, пока еще можно. Отнюдь.

Мой отец восхищался скрягой. Он хотел показать мне, что деньги можно копить и что желания нужно ограничивать.

Когда я была маленькой, моя семья жила по завету «деньги счет любят». За обедом отец говорил съедать всё до последнего зернышка риса, до последней ложки супа. Мне нельзя было покупать конфеты, как и использовать больше трех кусочков туалетной бумаги за раз. Даже вода для мытья была ограничена! Именно отец настаивал на таком образе жизни. Он мог позволить многое, но все равно был похож на скрягу из сказки.

Отец родился в Сеуле во время Второй мировой войны и пережил разделение страны после начала Корейской войны в 1950 году. Мой дедушка прятался, чтобы его не призвали служить, поэтому добыча еды легла на плечи моего шестилетнего отца и его старшего брата. По ночам они собирали рис и кожуру, а днем продавали мороженое на улице, чтобы заработать хоть немного. Они, можно сказать, голодали, ведь ели суп из воды и горстки риса. Отец ужасно боялся пропустить ужин – и боялся мать, когда та начинала ругать его за маленький заработок.

С тех пор он относился к деньгам со страхом и тревогой. Как-то он сказал мне:

– Я лучше умру, чем снова буду бедным.

Отец всегда приравнивал отсутствие денег к голоду, ужасу и даже смерти. Однажды, ребенком, он заснул в слезах, потому что несколько дней не ел. В какой-то момент он проснулся от чьих-то рыданий.

– Извини, что заставляю тебя голодать. Прости меня.

Дедушка держал папу за руку и плакал, как мальчишка. Он исхудал. Его лицо блестело от слез, он утирал нос рукой. Папа рассказывал, что это худшее воспоминание в его жизни. Он сам начинал плакать, говоря об этом, и мне было ужасно страшно.

Мой отец показывал пример усердия, даже когда был ребенком. Из пяти братьев он один окончил университет. Позже устроился инженером в крупнейшую корейскую компанию в тяжелой промышленности. Семидесятые и восьмидесятые годы прошлого века были временем экономического роста, особенно в его специальности. Мой отец, как и многие, задерживался допоздна и работал в выходные. Конечно, он очень уставал, но говорил, что забота обо мне и моем брате придает ему сил. Он был главой семейства и не жаловался на изнеможение. Мы никогда не голодали.