Развилки
Шрифт:
– Москвич? – спросил мужчина с утвердительной интонацией.
Я кивнул.
Мужчина тоже кивнул, отпил из стакана и продолжил допрос.
– А что ты сделал для победы?
Я, наконец, сумел отрезать кусок шницеля.
– Победы над кем?
– Над врагом.
Я замялся, но решил сказать правду.
– Работаю в банке, помогаю промышленности.
– В банке… – протянул мужчина. – Чужие деньги считаешь?
Я промолчал. Мужчина был прав.
– А я вот… – сказал мужчина и протянул ко мне руки с грязными ногтями. – Я вот этими руками…
Тут он замолчал, допил портвейн и ушел.
– Довели чубайсы страну до ручки! – сказал мужчина напоследок.
***
Заночевать решил в деревне. В крайнем доме, около колодца с «журавлем», меня встретила бойкая бабушка.
– Можно и заночевать, – сказала она. – Ко мне часто городские приезжают. Веранда свободная. Там холодно, но я отопитель дам.
Мы прошли на веранду. Я посмотрел на огромную кровать, старенький диван, стол, покрытый клеенкой, старинные стулья с витыми спинками.
– Места у нас хорошие, – рассказывала бабушка. – В лесу грибы, на болоте клюква, в озере рыба. А ты, милый, что летом не приехал? Сюда по делу или как?
– По делу, – сказал я. – Здесь на одну ночь.
– Ну и хорошо, – согласилась бабушка. – Сейчас лес пустой, что тут делать. Завтра к нам автолавка приедет, она раз в неделю. А ежели конфет шоколадных или пирожных, так это в город. А тебе я могу картошки сварить к обеду. Сметана есть. Колбаски ты, небось, привез из города?
– Картошки мне хватит, – сказал я. – Со сметаной и хлебом – отличный обед.
– Ну и ладно, – сказала бабушка и ушла.
Вернулась она с толстым ватным одеялом и отопителем.
***
Для ноября день выдался теплым, солнечным. Снег, выпавший накануне, таял, на ветках сверкали крупные капли. Почва была песчаная, дорожка в лесу была на удивление сухой. На тропинку выскочила белка и удивилась, что здесь делает человек. Да я и сам иду удивленный, что я тут делаю?
***
– Куда дальше-то? – спросила бабушка.
– Сам пока не знаю, за границу куда-нибудь.
– По телевизору показывали, что там негры машины жгут и мусора у них много.
– Тут лучше?
– Конечно лучше.
Ну что ж, ничему не верить и верить всему, что говорят – два отличных способа не напрягать мозги.
***
Выпили с бабушкой по рюмке коньяку.
– Французский? – спросила она.
– Французский.
– А я больше перцовку люблю, она градусом поменьше. Легче пьется.
Глава 6. В Париже
Рассказ Ирины
Ирина не ожидала, что поездка закончится так хорошо. Никита изменился: стал заботливым, иногда ласковым, с виноватым взглядом. Ирина не знала, что у них было с Аленой, и знать не хотела. Что-то было, иначе, откуда такой виноватый взгляд? Они начали вместе завтракать, и даже иногда вместе ездить на работу. Но главное – они стали разговаривать. О чем – не так важно. О пустяках, а не только о еде и уборке дома. Так продолжалось почти три месяца. Но осенью все стало меняться.
Началось все в сентябре. Дела на фирме шли неважно, поставки из Италии стали нерегулярными. Причина была у них – не хочу рассказывать о скучных деталях. Никита стал настаивать переключиться на какую-то фирму из Франции. Он сам ее нашел и сам вел переписку. Она пыталась ему помочь, но он довольно грубо ее от всего отстранил. Ее французский ему не был нужен, французы переписывались с ним по-английски. «Занимайся продажами», – сказал он. Она и так ими занималась, просто хотела помочь.
Конец ознакомительного фрагмента.