Шахшанор
Шрифт:
– Тише, тише, почтенный жрец, пожалуйста, тише! – испуганно схватил его за рукав Шамшуддин.
– Что тише?! Не буду тише! Я донесу на вас императору! Донесу-у-у!
– Не надо императору, не надо доносить!
– А вот донесу! Все, все про вас расскажу!
– Боги видят, мы не нарочно, мы не хотели!
– Не хотели! Поздно теперь уже! Дело сделано, его не воротишь!
– Мы все исправим, почтенный!
– Как?! Как вы собираетесь это исправлять?!
– Сколько ты хочешь? – скрипнул зубами Креол.
– Вы что, собираетесь меня подкупить? – с интересом повернулся к нему жрец. – Я неподкупен. Но исключительно ради интереса – а сколько сиклей вы хотите отдать в искупление своей вины?
Креол угрюмо поковырял в носу. Он не хотел отдавать ни единого сикля.
– В возмещение ущерба я отдам тебе трех рабов, – мрачно предложил ученик мага.
– И что я буду с ними делать? При моем храме их и без того больше, чем нужно. Мне нужны звонкие сикли, отрок! Звонкие сикли!
– Мне они тоже нужны.
– Но твой отец – архимаг!
– И дед тоже.
– Вот-вот! Ты же несказанно богат, отрок! Что такое для тебя горсть сиклей?!
Креол недовольно нахмурился. Ему показалось подозрительным, что жрец так суетится. А не вздумал ли этот сын шакала сплутовать, обманом вытянуть монеты из пары мальчишек?..
– Храм Владыки был разрушен до основания! – возопил жрец. – Ты понимаешь?!
– До основания?.. – медленно переспросил Креол.
– Конечно! Не осталось ничего – ни крыши, ни стен! Только ровная земля!
– Ровная земля, говоришь?.. Ладно… Тогда я возмещу ущерб…
– Отлично!
– Но не сиклями.
– Что?.. А как же тогда?
– Я сам отстрою тебе храм, служитель Энлиля, – вредно улыбнулся Креол. – Мы с Шамшуддином купим материалы, заплатим каменщикам… и все сделаем, как было. Но сначала, конечно, мы должны будем взглянуть, насколько велик ущерб. Ты доволен?
Жрец громко засопел. Кажется, такой вариант ему не понравился. Он отвернулся к стене и вполголоса заворчал, кляня проклятых мальчишек, что слишком много о себе воображают.
– На том и порешим, – ухмыльнулся Креол, поднимаясь на ноги. – Пошли, Шамшуддин. У нас есть работа.
Шамшуддин задрал голову, глядя на здание из красного песчаника. Величественный храм владыки Энлиля, Отца Богов. Относительно небольшой, расположенный вдалеке от людских поселений, но обладающий славной историей и хранящий немало ценных реликвий.
– И вот это он назвал «разрушено до основания»?.. – недоверчиво переспросил Шамшуддин. – Но здесь же только малое святилище обрушилось! А основной храм как стоял, так и стоит!
– Точно, точно, – мрачно кивнул Креол. – И я отгрызу собственную руку, если в этом виновата песчаная буря. Она не была настолько сильной. Наверняка святилище обрушилось само, от старости. А старик решил свалить все на нас.
– Думаю, так все и было, брат. Посмотри на следы. Если верить им, буря только краешком задела храм.
– И что же мы будем делать?
– Я не жадный, – пожал плечами Креол. – Давай отстроим святилище заново. Зачем нам лишний раз ссориться с Энлилем?
– И то верно.
Креол не пожалел отцовских сиклей. Каменщики, нанятые в городе, оказались мастерами своего дела. Из Ура были привезены глиняные блоки и самый лучший кирпич.
Жрица-энтум, живущая при гипару, [2] полностью подтвердила догадки Креола и Шамшуддина. Наливая юношам свежего молока, она поведала, что песчаная буря действительно лишь слегка подтолкнула святилище. Конечно, без этого толчка оно бы продержалось еще какое-то время, но рано или поздно все равно бы обрушилось. Слишком давно не было ремонта.
2
Гипару – загон для жертвенного скота при святилище.
– Давно пора было сломать эту развалину и выстроить заново, – покачала головой энтум. – Ей ведь уже сто пятьдесят лет…
– Сто пятьдесят?!
– Да, мальчики, да. Здесь еще моя прапрабабка проводила обряд «священного брака», да будет милостива к ней Эрешкигаль…
Однако с местным жрецом энтум посоветовала не связываться. Старик это склочный, жадный, злопамятный и очень влиятельный. У него множество высокопоставленных друзей. А еще он любит похваляться, что знаком с самим императором…
– Наверняка лжет, – хмыкнул Креол. – Как тогда, когда говорил, что храм разрушен до основания.
– Кстати, брат, а как ты догадался, что он лжет?
Креол задумался, почесывая подбородок. На лице у него появилось странное выражение.
– Знаешь, Шамшуддин… – медленно произнес ученик мага. – Когда этот лысый урод солгал… про храм… Я просто вдруг почувствовал… даже не знаю, как объяснить… От него как будто… или он сам как будто… Что-то в нем изменилось, если вкратце. И я вдруг понял, что он лжет.
– Аура! – воскликнул Шамшуддин. – Конечно, брат! Ведь в ауре все отражается – чувства, настроение, правда или ложь… все! А ты теперь можешь ее видеть!
– Да, наверное, – неуверенно согласился Креол. – Наверное.
Святилище отстроили за двенадцать дней. Заодно были проделаны небольшие ремонтные работы и в других строениях. Креол, чуть не свихнувшийся от скуки в Шахшаноре, с огромным удовольствием погрузился в новое для него дело.
Конечно, работой он только руководил. Укладывать кирпичи – занятие для каменщика, а не для ученика мага.