Шахшанор
Шрифт:
На тринадцатый день из Ура прибыл верховный жрец Энлиля – освятить отремонтированный храм. Он прошелся вокруг всех строений, возжигая курения и зычным голосом распевая гимны:
Без Энлиля, Могучего Утеса,Не выстроен город, не заложен поселок,Не выстроен хлев, не заложен загон,Вождь не возвышен, жрец не рожден,Не избран оракулом служитель храма,Нет в отрядах начальников войска.Глубоководные рыбы в тростниковых зарослях икру не мечут,Небесные птицы на земле просторной не вьют гнезда,В небесах грозовые тучи не раскрывают пасти.Энлиль! Твое совершенство заставляет умолкнуть!Суть твою не понять, не распутать нити,Нити в скрещенье, незримые смертным…Слово твое! Плоды – оно!Слово твое! Зерно – оно!Креол слушал это с тоскующим видом. Строительные работы закончились, и ему опять стало скучно. Никаких новых развлечений в ближайшее время не намечается.
– Ага, вот эти отроки, – послышался негромкий голос.
Шамшуддин коснулся локтя Креола. Тот обернулся и встретился взглядом с рослым воином в войлочном чешуйчатом панцире, кожаной юбке, боевом шарфе и железном шишаке с гребнем. Судя по самоцветам на мече – один из младших лугалей.
– Это они, точно они, – зашептал на ухо военачальнику жрец. Тот самый, что являлся с угрозами в Шахшанор. – Это они устроили песчаную бурю и разрушили храм Владыки!
– Разрушили?.. – с сомнением посмотрел на святилище лугаль. – Я не вижу никаких разрушений.
– А что здесь происходит? – спросил верховный жрец, подходя к беседующим. – Что случилось, Мяга?
– Ничего особенного, господин мой, – низко склонился жрец. – Просто наш великий император прислал за этими отроками своего воина…
– Что-о?! – воскликнул Креол. – Зачем?!
– Вас отправляют к войскам, мальцы, – криво усмехнулся лугаль. – Поблагодарите вот этого доброго служителя Энлиля.
– Ты что, донес на нас?! – прошипел Креол, хватая жреца Мягу за грудки.
– Не дотрагивайся до меня! – отшвырнул его тот. – Видишь, о чем я говорю, лугаль?! Вопиющее неуважение и грубость!
– Ну да, ну да, – вяло покивал лугаль. – Собирайтесь, мальцы. Император очень разгневан на вас двоих. Промедлите – будет только хуже.
– Разгневан?.. – сглотнул Шамшуддин.
Креол, сердито сопящий в сторону Мяги, тоже поежился. Император Энмеркар – человек суровый и грозный. Даже архимаг подумает дважды и трижды, прежде чем сердить его… а потом все-таки не станет сердить. Что уж говорить о учениках, едва вступивших на стезю Искусства?
– Очень разгневан, – кивнул лугаль. – Но и заинтересован. Если вы двое смогли создать песчаную бурю, разрушившую целый храм, вы должны быть способными мальцами. Такие в нашем войске нужны. Собирайтесь.
Креол и Шамшуддин переглянулись – теперь уже облегченно. Раз в них нуждаются, наказание явно не будет сильным. К тому же они обратили на себя внимание самого императора – а это многого стоит.
– Прибыв в войско, вы поступите под начало своего учителя, – сказал напоследок лугаль. – Почтенного абгаля Халая Джи Беш.