Чтение онлайн

Сэм Смит выступил вперед, волоча за собой сумки:

— Считайте, что мы уже в дороге, шериф Слейд!

Девушка неодобрительно глянула на старателя.

— Он что — твой друг?

— Конечно! Будьте уверены, — горделиво ответил Сэм.

— Мне следовало бы догадаться, — сказала она ему со вздохом. — Все твои друзья — нарушители спокойствия.

Бородач смерил ее негодующим взглядом.

— Вот уж нет, шериф!

— Ладно, — сказала девушка устало. — Убирайтесь отсюда оба, прежде чем этот громила на полу придет в себя.

— Будьте уверены, — сказал Сэм Смит.

Он обернулся к попутчику и с усмешкой сказал:

— Пойдем, Тим. Здесь больше делать нечего.

Тим поднял с пола свою шляпу и, пригладив взъерошенные волосы, надел ее. Бродяга и шериф обменялись мрачными взглядами, и Паркер последовал за Сэмом Смитом. Когда они выбрались на деревянный тротуар и вдохнули ночной воздух, он сказал:

— Не стоило тебе держать в секрете, что за шериф в этом

Мэд-Ривер.

— Я тебе намекнул, но ты не понял, — хихикнул Сэм Смит. — Да и жаловаться тебе не на что: она позволила тебе убраться безнаказанно.

— Но я не совершил ничего такого, только защитил себя! — запротестовал Тим.

— И сделал это превосходно, — сказал маленький человек, сияя от счастья. — А теперь пойдем до конюшни и узнаем, какую такую конину нам приготовили в дорогу.

Они двинулись по темной улице. Тим спросил:

— Давно она стала шерифом? Как она вообще получила эту работу?

— Целая история, — сказал старатель. — Ее покровитель занимал это место и был застрелен при поимке конокрада. Горожане так расчувствовались, что на освободившееся место выбрали ее. Они утверждали, что делают это не из симпатии. Может, у них и правда была другая цель.

— Например?

— Помощник шерифа — старый человек, ему уже за шестьдесят, и от него не много проку. Эта девчонка делает все, что может, но ей не управиться с этой мужской работой. Думаю, что кое-кто из местных заправил хотел, чтобы в Мэд-Ривер был слабый шериф.

— Мне показалось, она знает, как обращаться с револьвером.

— Знает.

— Кто-нибудь из ее родственников здесь живет?

— Нет. Ее мать умерла от лихорадки, когда она была лишь маленькой девочкой. А от отца она получила воспитание, более подходящее для парня. Сейчас она сама по себе. И у нее достаточно храбрости… Для девчонки.

— Для девчонки… Безумная затея.

— Не буду спорить. Курам на смех это назначение. Откуда ж быть порядку?..

Друзья добрались до конюшни, пропахшей лошадьми, упряжью и кузней. Тиму был симпатичен этот запах. В маленькой, захламленной комнате тускло светила лампа. Среднего возраста мужчина в грубой одежде храпел, развалившись в кресле и опустив подбородок на грудь.

Сэм Смит подошел к мужчине и хлопнул его что есть силы по спине.

— Вставай, ты, бездельник! Это я, Сэм Смит, явился за своим конем.

Сонный человек быстро вскочил и некоторое время моргал глазами. Затем он узнал Сэма Смита.

— Будьте уверены, мистер Смит. лошадь оседлана и готова для вас. Я приведу ее.

И он собрался идти.

— Минутку, — сказал Сэм Смит. — Мне срочно нужна верховая лошадь для моего друга.

Конюший уставился на него.

— Не знаю, мистер Смит… У нас найдется прелестный пони…

Тим Паркер сказал:

— Я не капризен. Подойдет что угодно — лишь бы на четырех ногах. Поутру верну обратно.

— Олл райт, мистер, — сказал конюший. — Поищем — что-нибудь найдем.

Пегая, которую он привел для Тима, была достаточно бойкого вида. Они выехали из города вместе и направились к обиталищу старика.

— Люди называют его «Каприз Смита», — доверительно сообщил старик. — Но это меня не волнует. Человек имеет право потратить свои с трудом заработанные денежки так, как ему вздумается.

— Согласен.

— Когда я строился — думал, что однажды приведу в дом жену, — продолжал старик. — Но я понял, что слишком поздно спохватился. Не нравлюсь я ни одной из тех, кто нравится мне. Я — слишком стар, а они — слишком молоды. Так и получилось, что я живу там в одиночестве. Если не считать индейцев, которые мне прислуживают.

— Находишь их надежными помощниками?

— Наилучшими. Не веришь?

Тим пожал плечами:

— Я не очень-то люблю индейцев. Для меня будет нелегко видеть их вокруг.

Сэм Смит обернулся, посмотрел в глаза Тиму и задумчиво проговорил:

— Забавно… Никогда бы не подумал, что ты — нервный…

— Вряд ли меня можно назвать нервным.

— Почему же ты так относишься к индейцам?

— Есть причина, — сказал Тим Паркер, пристально вглядываясь в темноту впереди. Дальше они ехали в полном молчании.

В эту ночь Тим не стал обследовать «Каприз Смита» полностью. И он, и старый старатель — оба были вконец измучены. Гостю показали огромную комнату на верхнем этаже, в которой он и проснулся на следующее утро. Солнце уже поднялось, и он увидел, что находится в спальне, обставленной в элегантном итальянском стиле.

Это его позабавило. Грубый наряд жителя дикого Запада и убогая дорожная сумка были как-то неуместны в роскошных апартаментах. Странно был выстроен и обставлен этот особняк. Неудивительно, что местные столько судачили о нем.

Одевшись, Тим вышел через застекленную створчатую дверь на балкон и принялся разглядывать округу. Особняк был окружен неухоженными, заросшими землями. Но дальше открывался вид на голубые и зеленые горные цепи, который действительно производил впечатление. Тим глубоко вздохнул и подумал; а как себя чувствует старый Сэм Смит после утомительного путешествия и обильных ночных возлияний?

Долго гадать не пришлось. Откуда-то со двора раздалось:

— Ну как тебе здесь, Паркер?

Он глянул вниз и увидел маленького старика, улыбающегося во весь рот.