Чтение онлайн

— Как думаете, если сбросить два камня с Холма, какой быстрее упадёт, большой или маленький?

Ушастый Крол прищурился, ожидая неправильного ответа.

— С нашего Холма камни падают одновременно! — ответил Бутям.

— Именно! — вскричал заяц. — Впрочем, и с любого другого холма тоже. Но как быстро упадёт камень — зависит от массы Земли. На планете потяжелее, например на Юпитере, камень падал бы быстрее! На Марсе — медленнее. Понимаете? Мне не нужно изобретать космические весы, чтобы взвесить Землю! Я измерю простые величины и вычислю!

— Ничего не понятно, но звучит здорово. Космические весы — это грандиозно! — поддержал Бутям.

Тут Ушастый Крол слегка отодвинул хомячка, схватил демона Максвелла за лапу и подтащил к своему прибору. Это были крутильные весы. Можно сказать, космические. У обычных весов одна чашечка опускается, а другая поднимается. У крутильных — первая смещается вправо, вторая влево. Исследователь с их помощью собирался определить силу притяжения между огромными валунами. Минут пять заяц что-то тараторил прямо в ухо Дёме, прерываясь, чтобы услышать краткие ответы.

— Ну вот, притяжение мы измерили, что дальше делать? — осведомился Дёма.

— Давай померим ещё несколько раз! — потребовал Ушастый Крол.

— Это ещё зачем? — недоуменно спросил демон Максвелла.

— Как зачем? — Заяц горячо жестикулировал лапами и ушами. — Каждое измерение неточно. Мы сделаем несколько замеров и получим немного разные результаты. Если они будут похожи, значит грубой ошибки нет.

— Но какая может быть ошибка… — попытался возразить говорящий измерительный прибор.

— Никаких «но»! — отрезал экспериментатор. — Давай измеряй снова! А то найдёшь фасолину в гороховом супе и решишь, что весь суп фасолевый! Так и бывает, если измерить только один раз!

Задав ещё десяток вопросов, заяц остановился.

— Вот это да! У тебя что, одно и то же получается? — изумился Ушастый Крол.

— Конечно! Я же демон Максвелла. У нас всё точно, — гордо заявил Дёма. — Если понимаем, что именно узнавать, — добавил он чуть тише.

— А ну, давай ещё раз! — потребовал заяц.

Спорить с ним никто не осмелился. В конце концов, приборы обычно не перечат начальнику лаборатории.

— Э-э-э! — ответил Дёма.

— Что значит «э-э-э»? Это сколько? — насторожился исследователь.

— Наверное, ошибся, — недоумевал хвостатый малыш.

— Вот видишь! — многозначительно произнёс Ушастый Крол. — Ещё раз мерь!

— Ого! — только и выдавил Дёма. — Совсем не то!

— Это ставит под сомнение все предыдущие замеры! Впрочем, и твою странную способность к измерениям! — кипятился заяц.

Их разговор прервал низкий гул, приближавшийся со стороны Волнозера. Верхушки деревьев вздымались и опускались. Будто шальная волна выскочила из озера и понеслась под землёй, то приподнимая, то опуская сушу.

— Папаша Хом! — закричал Бутям. — Он там, на Волнозере! Что же творится?

— Увы, это мы сейчас узнаем, — заметил заяц. — Волна движется сюда.

Волна докатилась до Игровой лужайки. Подготовленные для экспериментов валуны разлетелись в разные стороны. Крутильные весы ударились о ствол дуба. Да что там валуны! Вся местность менялась! Казалось, только Облачный дуб устоял. Берёзы, трава, земля — всё двигалось. Дуб, который прежде рос с краю, ближе к лесу, теперь оказался посреди Игровой лужайки. Ещё недавно плоская поверхность утратила прежний вид. Теперь она состояла из движущихся травяных бугров. Будь они белыми, походили бы на сугробы. Казалось, что встряхивают зелёное мохнатое одеяло. Заяц и хомяки попадали и буквально плавали вверх-вниз. Наконец деревья на краю лужайки поднялись довольно высоко, образовав большой холм, с которого съехала лодка, нагруженная тыквами. На корме восседал Хом-рулевой. Вид у него был немало озадаченный. Как у гроссмейстера, проигрывающего дилетанту. Хомо-лодка слегка клюнула Облачный дуб.

Остановилась волна так же внезапно, как и накатилась. Как будто её придавил свалившийся на лужайку воробей.

— Вы-вы ви-ви-дели? Видели? — повторял ЧиЧиЧик. — Стихийное бедствие! Кошмар! А что делать с причалом? Ужас! А лодки?!

Воробей нервно ходил туда-сюда перед растерянными друзьями и возмущённо поднимал-опускал крылья.

— Видели? — поддержал Тыквин-старший. — Хом плавал по суше, Хом знает!

Ушастый Крол остановил воробья и слегка встряхнул:

— Ничего не понимаю! А ну, излагай по порядку. Не суетись.

— Не надо меня тря-трясти! Я и рассказываю по порядку! Стихийное бедствие! Причал! Лодки! — возбуждённо выкрикивал воробей. — Утром я был с ними. — ЧиЧиЧик указал крылом на Дёму и Бутяма. — На Холме. Камни бросали, болтали. Я остался посидеть и отдохнуть.

— От чего ты там отдыхал? Перетрудился? — спросил Бутям.

— Не важно. Отдыхать то-тоже надо уметь!

— Давай по делу! — прикрикнул заяц.

— Возвращаюсь обратно к Хомонорам. Время обеда, как-никак! Лечу напрямик через озеро, мимо причала, где лодки наши стоят. — ЧиЧиЧик говорил эмоционально, жестикулируя и пританцовывая. — Чувствую, что-то не в по-порядке. Смотрю вниз, а там по-по-по…

Тут рассказчик сделал паузу. Такую длинную, что Бутяму пришлось его слегка толкнуть.

— Да-да! По-поднялась огромная волна и движется по-подо мной. И меня тянет вниз, к ней.

Я лечу быстрее, но не могу от неё оторваться. Волна обрушилась на берег: мостки — в щепки. Лодки с привязи сорвались.

Воробей окинул взглядом слушателей, чтобы оценить произведённое впечатление. Бутям и Дёма стояли в похожих позах: лапы скрещены на груди, головы слегка наклонены. Выражения лиц — одинаково скептические. Ушастый Крол сохранял невозмутимый вид и задумчиво теребил ухо, пытаясь понять природу описанного явления.

— Потом волна покатилась дальше, по суше, будто гналась за мной. Она уменьшилась, но всё равно была заметна.

— Главное, что наше кукурузное поле уцелело. Волна ведь могла разметать весь урожай! — сказал заяц. — Тогда прощайте кукурузные лепёшки!

— А вдруг волна появится опять? — заволновался воробей.

— Без паники! Беги в Хомоноры, приведи сюда Тямбу! — скомандовал папаша Хом Дёме. — Нужна помощь — собрать тыквы и оттащить лодку.

— Я мигом! — отозвался демон Максвелла и умчался в сторону посёлка.