Сын Флетча
Шрифт:
– Она родила сына и ничего мне не сказала.
– Как же она этого добилась? Просто встала рядом с тобой, а ты на нее дыхнул?
– Мы с ней трахались. Один раз.
– Та самая толстуха?
– Вот-вот.
– Но ты продрался до нужного места?
– Выходит, да.
– Молодец. Помнится, тебе нравились ее склад ума, ее остроты, ее хорошее настроение…
– Наверное, она что-то увидела и во мне.
– Что именно?
– Кто знает?
– Ты хочешь сказать, она хотела, чтобы ты стал отцом ее ребенка? Она тебя использовала?
– Я мог бы устоять.
– Только не ты.
– Я вел себя излишне беззаботно.
– Она проникла в твою постель, воспользовавшись тем, что ты выпил лишнего?
– Она вывалилась из моей ванны. И упала на меня.
– Ага. Эти женщины вечно стараются подмять мужчин под себя.
– А я все гадал, почему столько лет она не давала о себе знать.
– По закону…
– На закон-то мне плевать.
– Для тебя это обычное дело. Где плод греха?
– Здесь.
– Где?
– На ферме.
– Он запер тебя в коптильне в проливной дождь?
– Не совсем.
– И на кого он похож?
– Я его как следует не разглядел. Он такой грязный…
– То есть весь в грязи?
– Он шел под дождем, преодолевая все преграды. Леса, болота, бурные реки.
– А как у него с головой? Флетч задумался:
– Кажется, он знает, что такое партеногенез.
– Просвети меня, что означает это слово?
– Мир без адвокатов.
– Флетч, этот парень чего-то от тебя хочет?
– Его намерения мне пока не ясны.
– Потому что, помимо календарного срока между зачатием ребенка и его рождением, есть такие мелочи, как анализ ДНК…
– Не думаю, что можно сомневаться в словах Кристел. Она не городская потаскушка.
– Полагаю, что нет.
– Теперь-то я понимаю, что Кристел пошла на это сознательно.
– Дабы заполучить твою сперму?
– Да… Трахнулись-то всего один раз, Олстон.
– Везет же некоторым. Тут поневоле задумаешься. А сколько у тебя детей. Флетч? Возможно, ты дал жизнь половине молодых, что бегают сейчас по улицам. Господи, да они ведут себя точь-в-точь как ты. А если я представлю себе, о чем они думают, так вообще жить не хочется.
– Пожалуйста, не сердись на меня.
– Почему?
– Потому что у меня к тебе две просьбы. Ситуация тут довольно сложная.
– Подогретая тушеная утка не так уж вкусна, – намекнул Олстон на то, что его ждут к обеду.
– В доме телефон не работает. Видишь ли, мне пришлось связываться с тобой по спутниковой связи.
– Из коптильни. Под проливным дождем. Ты уверен, что парнишка не выгнал тебя из дому?
– Я не смогу позвонить кому-то еще. Нет времени. Могу я положиться на тебя, Олстон?
– В чем?
– Во-первых, необходимо выяснить, где сейчас Кристел Фаони. Диктую фамилию по буквам – эф-а-о-эн-и.
– Хочешь послать букет цветов? Поздновато.
– Адрес. И телефон.
– Разве ты не можешь узнать их у сына?
– Ты это сделаешь?
– Только после того, как расправлюсь с уткой. Замуж она не выходила?
– Скорее всего нет.
– Где она была, когда ты в последний раз слышал о ней?
– В Бостоне.
– Когда?
– Двадцать лет тому назад. Двадцать с небольшим.
– Великолепно. Да теперь она может быть мужчиной с фамилией Макджилликадди.
– И второе. Сегодня утром или вчера ночью совершен побег из федеральной тюрьмы Томастон, штат Кентукки.
– От тебя это не очень и далеко.
– Не очень. Бежали четверо.
– И что тебя интересует?
– Все!
– А что тебе известно?
– Преступления, за которые их посадили. Убийство, покушение на убийство, похищение людей и торговля наркотиками.
– Веселенькая компания.
– Я знаю их фамилии.
– Но не собираешься назвать их мне.
– Лири, Морено и Крайгель.
– Я насчитал только троих.
– Джон Флетчер Фаони.
– Кто?
– Повторяю по буквам – эф-а-о-эн-и.
– Святой боже. Бедняга. А я-то мгновение тому назад завидовал тебе. Ты узнаешь, что у тебя есть сын… радуешься… и тут выясняется, что он сбежал из федеральной тюрьмы… За что его посадили?
– Он говорит, что его специализация – покушения на убийство.
– Так он хотел кого-то убить!
– Истины познать нам не дано. Во всяком случае, на текущий момент. Но кое-что выяснить в наших силах.
– Флетч, эти парни неподалеку от твоей фермы? Все четверо? А где Кэрри?
– Наверху. В постели. Мирно спит.
– Я знаком с генеральным прокурором…
– Пожалуйста, Олстон, позвони, куда я тебя прошу. Полицейские тоже здесь. Просто их слишком много, и я не успеваю одновременно заниматься ими и сбором информации.
– Да уж. Не много ли ты на себя берешь? Черт, у меня даже поднялось давление. Видишь, до чего ты меня довел. Сидишь на богом забытой ферме, в миллионе миль от цивилизации, в ревущем урагане, в окружении сбежавших преступников, да еще Кэрри храпит в своей кроватке…
– Кэрри не храпит. И никогда не храпела. Когда она спит, ее совершенно не слышно.
– У тебя не работает телефон. Эти парни перерезали провода?
– Именно так.
– Если в следующий раз я спрошу тебя, почему ты звонишь в дождь из коптильни, ты дашь мне точный ответ?
– Я тебе его дал. Просто хотел ввести тебя в курс дела. – Флетч увидел Джека, который перемахнул через забор и, понурив голову, направился к дому. – Я уверен, что один из этих парней мой сын, Олстон. Я уверен, что он сознательно привел их ко мне. Я хочу знать, почему. Понятно? Так что, пожалуйста, узнай все, о чем я тебя попросил. И не старайся дозвониться мне. При первой возможности я позвоню сам. Наслаждайся уткой.