Чтение онлайн

— Это был наш ежегодный торжественный праздник в честь автора. Основное событие года, когда мы приглашаем какого-то особого оратора, писателя или артиста, — одним словом, кого-то хорошо известного. Была моя очередь возглавить комитет, заняться организацией, найти выступающего. Я знала с самого начала, что хочу пригласить Берил, но сразу же столкнулась с препятствиями. Я не знала, как ее найти. Номера ее телефона не было в справочнике, и я не представляла себе, где она живет. У меня и в мыслях не было, что она живет здесь, в Ричмонде! В конце концов я попросила Джо помочь мне. — Она колебалась, неловко улыбаясь. — Вы понимаете, поначалу я не хотела обращаться к нему, было интересно самой справиться с этим делом. И Джо был так занят. Ну, тем не менее, он позвонил мистеру Харперу вечером, а на следующее утро у меня раздался телефонный звонок. Я никогда не забуду своего удивления. Да я просто потеряла дар речи, когда она назвала себя.

Ее телефон.В справочнике не было номера телефона Берил. В донесениях офицера Рида не упоминалась эта деталь. Знает ли об этом Марино?

— К моему восторгу, она приняла приглашение. Затем задала обычные вопросы, — сказала миссис Мактигю, — насколько большая аудитория ожидается, сколько времени она должна говорить — такого рода вопросы. Она была любезна и мила, но в то же время не болтлива. И это было необычно. Так же, как и то, что не принесла с собой книги. Вы же знаете, обычно авторы стремятся принести свои книги, потом продают их, надписывают. Берил сказала, что это не ее стиль, и, кроме того, она отказалась от гонорара. Это было совершенно необычно. Она показалась мне очень приятной и скромной.

— Аудитория состояла полностью из женщин? — спросила я.

Хозяйка пыталась вспомнить:

— Я думаю, некоторые привели с собой своих мужей, но большинство присутствующих были женщины. Так бывает почти всегда.

Именно этого я и ожидала. Невероятно, чтоб убийца Берил находился среди тех, кто восхищался ею в тот ноябрьский день.

— Часто ли она принимала приглашения, подобные вашему, — спросила я.

— О нет, — быстро ответила миссис Мактигю. — Я знаю, что нет. Во всяком случае, если бы поблизости намечалась такая встреча, я бы узнала об этом и первая бы записалась. Вообще, она показалась мне очень замкнутой молодой женщиной. Сразу было видно, что это человек, который пишет ради удовольствия и на самом деле не беспокоится о популярности. Это объясняет, почему она пользовалась псевдонимами. Писатели, которые скрывают свое настоящее имя, редко появляются на публике. Я уверена, что и в моем случае она не сделала бы исключения, если бы не отношения Джо и мистера Харпера.

— Похоже, что Джо был готов сделать для мистера Харпера почти все что угодно, — заметила я.

— Пожалуй да. Я думаю, это так.

— Вы когда-нибудь встречались с ним?

— Да.

— Какое у вас сложилось о нем впечатление?

— Мне показалось, что он, пожалуй, застенчив, — сказала она задумчиво. — Но иногда я думала, что он несчастлив и считает себя немного лучше, чем все остальные. Внешность его была весьма импозантной, сразу бросалась в глаза. — Она снова смотрела в сторону, и ее глаза лучились. — Конечно, мой муж был ему предан.

— Когда вы в последний раз видели мистера Харпера? — спросила я.

— Джо скончался этой весной.

— Вы не видели мистера Харпера с тех пор, как умер ваш муж?

Она покачала головой и погрузилась в себя, уединившись в то горькое место, которое мне было недоступно.

Я спрашивала себя, что же на самом деле связывало мистера Кери Харпера с мистером Мактигю. Темные делишки? Власть над мистером Мактигю, которая сделала из него совсем не того человека, которого любила его жена? Возможно, просто Харпер был эгоистом и грубияном.

— Кажется, у него есть сестра. Кери Харпер живет со своей сестрой? — спросила я.

Реакция миссис Мактигю озадачила меня — губы ее сжались, и из глаз потекли слезы.

Поставив рюмку на край стола, я взяла свою сумочку.

Она проводила меня до двери. Я осторожно настаивала:

— Берил когда-нибудь писала вам, или, может быть, вашему мужу?

Она отрицательно покачала головой.

— Вы не знаете, были ли у нее еще какие-нибудь друзья? Ваш муж не упоминал об этом?

Она снова покачала головой.

— Может быть, вы знаете кого-нибудь, к кому бы она могла обращаться по инициалу "М"?

Миссис Мактигю печально смотрела в пустой коридор, придерживая рукою дверь. Когда она подняла взгляд, ее глаза были заплаканы и смотрели сквозь меня.

— В двух ее романах были "П" и "А". По-моему, шпионы Союза. О Боже мой, кажется, я не выключила духовку. — Она несколько раз моргнула, как будто ее слепил солнечный свет. — Я надеюсь, вы придете еще раз навестить меня?

— С удовольствием. — Я поблагодарила миссис Мактигю и, мягко коснувшись на прощание ее руки, ушла.

Я позвонила своей матери, как только пришла домой, и единственный раз испытала облегчение, получив обычные лекции и напоминания, услышав этот сильный голос — голос, просто любящий меня.

— Всю неделю было почти тридцать градусов, а я смотрела новости — в Ричмонде температура упала до четырех градусов, — сказала она. — Это же совсем холодно. Снега еще нет?

— Нет, мама. Снега еще нет. Как твоя нога?

— Настолько хорошо, насколько этого можно ожидать. Я вышиваю плед, ты сможешь укрывать им ноги, когда работаешь в своем кабинете. Люси спрашивала о тебе.

Я много недель не разговаривала со своей племянницей.

— Она сейчас работает над каким-то научным проектом в школе, — продолжала моя мама. — Говорящий робот — подумать только. Принесла его вчера и испугала бедного Синдбада до того, что бедняга забился под кровать...

Синдбад был дурным, неприветливым и злобным котом, беспризорным животным с серыми и желтыми полосами, который однажды утром начал упорно преследовать маму, когда она ходила по магазинам в Майами-Бич. Когда бы я ни приезжала навестить маму, гостеприимство Синдбада выражалось в том, что он усаживался на холодильнике, как ястреб, и подозрительно меня разглядывал.

— Ты никогда не догадаешься, кого я вчера видела, — пожалуй, чересчур легкомысленно начала я. Меня переполняла необходимость рассказать хоть кому-нибудь. Моя мать знала все, что касалось моего прошлого, или, по крайней мере, большей его части. — Ты помнишь Марка Джеймса?

Молчание.

— Он был в Вашингтоне и зашел ко мне.

— Конечно, я помню его.

— Он зашел, чтобы обсудить одно дело. Ты помнишь, он адвокат. В Чикаго, — я быстро отступала. — Он был по делу в округе Колумбия. — Чем больше я говорила, тем больше меня обволакивало ее неодобрительное молчание.