Чтение онлайн

а) женщину в интересном положении,

б) человека, которому «вот так нужно на вокзал».

Вас высмеют.

Абсолютно недопустимо хватать окружающих за грудки, использовать по отношению к ним приемы самбо или джиу-джитсу. Рекомендуется помнить, что лучше провести лишний час в очереди, чем 15 суток в отделении милиции.

ОТДЕЛЬНЫЕ УКАЗАНИЯ

Не пытайтесь вызвать такси по телефону. Если вы все же решились это сделать, позаботьтесь, чтобы в максимальной близости с телефонным аппаратом находились валидол, бром, валерьянка, капли Зеленина.

Не разбивайте аппарат об пол и не бейте себя трубкой по голове. Это не помогает.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Помните, что прогулка пешком в праздник — лучший отдых. И вообще способ пешего хождения укрепляет мускулы ног, отлично влияет на печень, благотворно действует на нервную систему. Поэтому лучше всего вовсе не пользоваться услугами транспорта.

Ну, а автор… Что ж, он человек закаленный. Кстати, он может сказать совершенно секретно (причем только вам, читающим эти строки), что на праздники он приглашен сразу в несколько интеллигентных компаний Посудите сами, как тут обойдешься без такси, если захочешь везде побывать?

СОГЛАСНО ЗАКОНАМ ГОСТЕПРИИМСТВА

Принято считать, что иностранный гость — это нечто вроде полпреда своей страны. Воображению тут же рисуются изысканные улыбки, расточаемые чужеземцем, белые перчатки, смокинг, одним словом, сплошной «файф’о’клок». Так сказать, «мерси» и «бонжур».

Также принято встречать иностранных полпредов хлебосольно, оказывая им всевозможный сервис. В свою очередь, хорошо воспитанный гость горячо благодарит хозяев, ласково машет им рукой в белой перчатке и с криками «адью» отбывает к себе в заграницу.

Увы, с недавних пор некоторые западные и восточные джентльмены по мере нахождения на территории Советского Союза начинают проявлять определенное хамство. И порой с известной долей безобразия. То ли сказываются тут пробелы по линии хорошего тона, то ли нервная система у этих господ расшаталась, только происходят с ними всяческие курьезные метаморфозы. Приехал человек человеком, в перчатках. Покушал черной икры. Ну, может быть, водочки выпил. И — пошло! Начал, как говорится, гладью, а кончил гадью.

Эрик Густавссон, матрос норвежского судна «Викинг», на некоторое время вообще перестал быть человеком. Это прискорбное событие имело место в ресторане одного черноморского порта. После «третьей» у истерзанного норвежским сухим законом моряка лицо превратилось в рыло. Нахрюкивая скандинавскую «Рябинушку», матрососвинья подошла к дружиннику Ч. и ударила его ниже пояса.

Дружинник Ч. потерял сознание.

Очевидно, движимые чувством любви к животным, местные власти отнесли Густавссона в вытрезвитель, где произошел процесс относительно очеловечивания.

Тем же вечером профсоюз моряков выделил Эрику путевку в лучшую здравницу, дабы уставший мореход мог подлечить издерганные нервы. Из здравницы общественность вынесла Эрика на паланкине. Осыпаемый розами и лавром, мореплаватель на плечах лучших людей города был принесен в клуб, где состоялся мемориальный концерт с исполнением Грига и Сибелиуса. Наконец, не сказавший «мерси» Густавссон отбыл восвояси на своем славном корабле «Викинг».

Бред?

Отчасти. Мы только чуть-чуть сгустили краски.

Все произошло согласно законам гостеприимства. Поскольку подобные метаморфозы с иностранными подданными зафиксированы во многих пунктах Советского Союза, мы хотим продемонстрировать читателям несколько образцов неистового, самозабвенного гостеприимства.

Джентльмен из южного полушария

В отличие от потомка северных викингов сеньора Энрике привели в Одессу южные муссоны и пассаты. Он приехал из Буэнос-Айреса. Как и полагается, в белых перчатках, с идеальной фрачной парой, спрятанной для подходящего случая.

Поначалу сеньор Энрике тщательно маскировался под джентльмена. Это давалось с колоссальным трудом. В конце концов, не выдержав, сеньор Энрике надел фрак и, буквально не снимая белых перчаток, ударил гостиничную лифтершу Петренко.

Изнемогая от чувства гостеприимства, обслуживающий персонал отвел Энрике в сторонку и попросил сеньора не волноваться и хотя бы на минутку превратиться обратно в человека.

Гордый Энрике не внял гласу персонала и, спрятав фрачную пару, недовольный, уехал в свою Аргентину.

15 турок и бочонок рому

В 18 часов ноль-ноль минут по среднеевропейскому времени моряк турецкого корабля «Айдат», матрос первой статьи Кучукоглы, сойдя на пирс, принял его за одно из подсобных помещений своего судна и стал, пардон, нарушать известное постановление местного горсовета. Не теряя драгоценного времени, соотечественник матроса рулевой Имдат Эданли, находясь в горячечно-пьяном виде, пытался взять на абордаж женское общежитие. С холодным оружием в зубах ему помогал второй помощник капитана.

И тут береговые власти приняли беспрецедентное в морской истории решение: запретили спуск на берег пятнадцати особо опасным мореходам из экипажа «Айдата».

Затем власти поднялись на борт, чтобы выразить официальный протест капитану — господину Тёффику Юлдызсеверу, Капитан долго качал головой и от возмущения не мог выговорить даже традиционный приветственный «салям». Впрочем, возмущение оказалось ни при чем. Просто гордый морской орел был пьян, как самый последний стамбульский сапожник.