Чтение онлайн

— Не шути с этим, воевода, — сказал Никифор.

— Со вторым крестовым походом не такая уж и шутка была. Мы берем под свое покровительство всех балтов, ну, а иной крестовый поход, — я посмотрел на Никифора. — Ты готов отправиться в Египет?

— Готов, — не думая и не сомневаясь, быстро ответил младший воевода.

— Через три недели отъезд, — сказал я.

Еще когда я пребывал у ромеев, проект православного Крестового похода обсуждался. Как по мне, весьма жизнеспособная идея, с перспективой свести на ноль все усилия европейцев на этом поприще. Опасное, но весьма выгодное дело. Если взять под свой контроль Египет, остающийся важной житницей, а еще захватить преимущество в море… Крестоносцам ничего не останется, как проситься под руку византийского императора.

— В этот раз на землях Братства остается Ефрем. Боброк идет со мной, Алексей командует полками Братства в Славграде и помогает вендам в их войне простив крестов. Лис основывает новый город в устье Буга на берегу Варяжского моря, — подводил я итоги совещания.

Демократия — это хорошо, если лидеру удаетсядобиться нужного ему результата через демократические нормы, так вообще здорово. По сути же, для принятия решений лидеру нужно таким образом лавировать, чтобы любое действиеили событие казалось одобренным большинством. У меня сегодня получилось.

— Воевода, а зачем ты нас пригласил, если решаете о военных действиях? — спросил Жировит, выражая общее мнение владимирских бояр.

— У меня есть предложение к вам, как можно зарабатывать на тех войнах, что ведет Братство. А войн впереди еще очень много и в тех местах, где люди не менее богато живут, чем булгары, — сказал я.

Да, я пригласил на расширенный Военный Совет представителей Владимирского, Суздальского, Ростовского и Городецкого боярства. И было, что им предложить.

Некогда, в иной реальности, родственница последних византийских императоров София Палеолог принесла на Русь новый для русских земель способ формирования войска. Речь идет о поместной коннице, когда испомещенные бояреили боярские дети, дворяне, должны выставлять боевой отряд в зависимости от количества земель, которыми они владели.

Я не князь и все Братство первоначально заточено на войну, так что создавать своих бояр и испомещать их нет ни время, ни резона. А вот предложить подобное союзному мне боярствуочень даже.

— Вы можете давать свои отряды, оснащать их, обучать, в том числе и с помощью моих людей. Сколь много вы вложитесь в ту или иную войну, тем больше получите долю с добычи. Я знаю, достопочтенные бояре, что есть у вас боевые холопы, озаботились некогда вы охраной. В Ростове, так и вовсе более полутора тысяч воинов нынче просто проедают ваши запасы, — объяснял я суть предложения.

Я был уверен, что во время ближайших военных компаний у меня может быть гораздобольше воинов. Все вокруг, на Руси в том числе, знают, что огромные караваны с богатствамиотправляются на земли Братства. Мало того, что мы берем на войне добычу, а из Византии пришел огромный караван, так и русские княжества нет-нет, но отправят поддержку. Все же митрополит Климент внял моим просьбам и напоминает князьям об их обязанности помогать Братству.

Я не дракон или Кощей, что над златом чахнет. Мне мало даже тех ресурсов, что я имею. Много, очень много задач я поставил перед собой и исподволь подымаю вопрос о великих целей перед Русским Царством. Возрождение Ольвии на берегу Черного моря — уже это очень затратно, так как нужно обеспечить немалое количество людей ипродовольствием, пока они сами не станут разрабатывать земли, и войском, и строителями, и корабелами, и торговцами… Так что большие планы требуют больших ресурсов. Недаром я лично собрался в Византию.

— Предложение лепое, думать нужно, — отвечал за всех бояр Жировит.

— А время на размышления нет. Через две недели или около того, я убываю в новый поход. Так что объявляйте всем, кто хочет прощение заслужить у Господа, кто обогатиться хочет за счет сарацин на Святой Земле, пусть готовятся в поход, — сказал я.

Посмотрим, может ли православие быть активным и организовать свой Крестовый поход. Бумага есть, печатный станок уже готов и осваивается. Так что и пропаганда заработает. Можно нанести превентивный удар, чтобы после не оборонять и не подвергать свои земли разорению. Будет внутри державы мир, даже я буду удивляться, сколь развитой и сытой может быть Русская Земля.

Что определяет Величие государства? Высокие стены, архитектура, развитие культуры? Всё это да. Однако, культура и все, что с ней связано, могут быть в прошлом, оставаться наследием от предков, не более. Нет, Византия уже не та, впрочем, ту Византию я и не знал. Величественные здания и сооружения — это впечатляло, но город становился все более ленивым. А лень — главный порок империи на закате.

Величие государства определяется теми людьми, которые в этом государстве в данный момент прибывают, трудятся и формируют каждодневную повестку. И такие люди, на мой взгляд, в Византии есть и в данный момент. Они ещё могут сказать своё веское слово в возвышении восточной Римской империи. Вот, только, пусть и не хочется себя переоценивать, но без моей помощи Византии не выжить.

Вероятные поражения от турков-сельджуков, которые состоялись в иной реальности и вполне возможны в этой, могу предупредить именно я, или последствия моих действий. Если случится так, что Мануил не проиграет в пух и прах сельджукам, а еще и сицилийцам, то империя получает дополнительный шанс к возрождению былого величия.

Четвёртый крестовый поход, который состоялся в иной реальности в 1204 году стал возможен не потому, что вдруг венецианцы были сильными, а крестоносцам помогал сам Бог. Нет, он стал возможным потому что Византия стала слабой.

Нынче же византийские войны расхаживают в панцирях и даже в зачатках латных доспехов.Быстро были переняты образцы русского вооружения, а производственные возможности ромеев пока еще на высоте. Византийцы увидели, как может воевать пехота и насколько это экономный род войск. Так что немалое количество пешцев стали вливаться в византийские войска.

Конечно, есть немалое количество проблем, особенно связанных с тем, что почти на нет сошла торговля с Венецией. Ну нет худа без добра. И уже сейчас византийские купцы, желающие заменить собой венецианцев, начинают чесать репу и поднимать свои седалища. Чуть более плотно на рынках византийских городов стали работать генуэзцы, или пизанцы.

И только лишь флот Византии всё никак не удавалось сделать столь могущественным, чтобы разом ушли проблемы с сицилийским королем Роджером, или с Венецией, с кем бы то ни было в дальнейшем. Хотя, в последнее время в этом направлении имеются подвижки. Например, были затрофеены корабли венецианцев, частью отошедшие и Византии, чатью Братству. Верфи Афин, Константинополя, иных городов, загружены заказами.

Интерес к флоту попробовали возбудить и в обществе. Правда, чаще всего выходило так, что византийские элиты рассуждали про нужность флота, но мало чего для этого делали. В большинстве случаев именно так и происходило, но в меньшинстве же, вельможи корабли строили. Достаточно было пустить слух о том, что император нынче будет благоволить тем знатным семьям, которые вкладываются в строительство флота, так корабли стали возникать, будто бы из ниоткуда. С кадрами еще была острая проблема, но в этом обещали помочь генуэзцы.