Чтение онлайн

Мируэт. А чем это плохо?

Бенэн. Нечего сказать! Я их запихал в угол комнаты и (с жестом извинения в сторону баронессы) закуриваю трубку. Вдруг вижу, они начинают копошиться, шевелиться и издают какое-то урчание. Мало-помалу оно переходит в членораздельный шум, и знаете, что я слышу? (Подражая произношению комитета). «Может быть, мы напрасно избрали вождем такую дубину».

Движение. Неловкость.

Ле Труадек. Это чрезвычайно неприятно.

Бенэн. Но подождите. Они издают новое урчание, и наконец я различаю следующее (произнося как выше): «Это конченый человек, Женевьева могла бы с таким же успехом (Бенэн стыдливо понижает голос, обращаясь к Мируэту и Ле Труадеку) спать с уличным фонарем».

Мируэт и Ле Труадек. О!

Баронесса, наполовину расслышав, поджимает губы и слегка отстраняет Женевьеву.

Бенэн, не без гордости. Не правда ли, любопытно? На второй день.

Мируэт. Ваш метод представляется мне не вполне безопасным!

Бенэн. Пожалуй. (Продолжая рассказ). Тогда я счел нужным нарушить профессиональную тайну, не мою — доктора Тирбура. И я… я объяснил…

Мируэт. Ну и что же?

Бенэн. Они стали корчиться, как червяк, потом сказали: «Мы нарядим следствие». Затем они немедленно и по собственному почину преобразовываются в следственную подкомиссию и начинают странствовать по комнатам и коридорам, бурча: «Мы ищем истину». Вот! Слушайте!

Слышен топот ног и бормотание.

Мируэт. Это они так шумят?

Бенэн. Да.

Ле Труадек. Это ужасно.

Баронесса, Бенэну. Вы не могли бы их успокоить?

Бенэн. Я не могу на них положиться. (Прислушиваясь). Вы слышите, что они говорят? Им нужна истина. Нам придется дать им ее чуточку как можно меньше, — но все-таки дать.

Шум временами усиливается.

Баронесса. Если их не остановить, то, разгуливая таким образом, они перебьют мои вещицы и поцарапают старинную мебель!

Бенэн. А! А!

Баронесса, внушительно. В Арканзасе не на что натолкнуться… но здесь!

Помещение Партии Честных Людей. Зала заседаний комитета. Большой стол и три двери: главная в глубине, две другие справа и слева.

Мируэт, студент Шевалье.

Входят.

Мируэт, с деловым видом. Значит, все готово для заседания?

Студент. Да, как будто.

Мируэт. Вам известно, что сегодня мы вырабатываем программу внешней политики. Вас, как географа, это должно интересовать?

Студент. О да! А потом, ко всему надо приноравливаться.

Мируэт, оглядываясь кругом. Честные Люди еще не явились?

Студент, указывая на среднюю дверь. Нет, они там.

Мируэт. Их не слышно.

Студент. В это время они обыкновенно всего тише.

Мируэт. А у мсье Ле Труадека ничего нового?

Студент. Ничего.

Мируэт. А что Роланд? Никаких признаков жизни?

Студент. Никаких вот уже больше недели. Мой патрон даже очень встревожен. Он не решается выходить по вечерам и ходит обыкновенно посредине улицы, из-за серной кислоты. Но только вот автомобили.

Мируэт. Он будет?

Студент. Да, да.

Мируэт, задумчиво. Может быть, она считает, что ее дело проиграно, но все-таки мне бы надо было установить за ней полицейскую слежку. (Из комнаты Честных Людей доносится шум). Тш!

Студент, с легким беспокойством. Они как будто собираются выйти. Вы остаетесь?

Мируэт. Приходится.

Студент. Ну, так я пройдусь.

Мируэт. Что? Вы их боитесь?

Студент. Когда здесь мсье Бенэн, я спокоен. Но когда они одни… им всякое приходит в голову…

Уходит налево. Средняя дверь отворяется.

Мируэт, комитет.

Со времени своего последнего выхода, комитет приобрел чрезвычайно зловещую спаянность и уверенность движений. Когда он говорит, трудно решить, каким именно он действует ртом. Он выстраивается за столом.

Комитет, уставясь на Мируэта. Кто вы такой?

Мируэт. Я? Да Мируэт же, ваш Друг Мируэт. (В сторону). Они пересаливают.